Тревожные для русских решения. Казахстан идёт по пути Украины
Тревожные для русских тенденции в этнокультурной политике Казахстана продолжают набирать обороты. Если раньше все действия руководства страны камуфлировались общими фразами о «нашей общей Победе», то теперь, судя по всему, дело дошло до радикального пересмотра истории Великой Отечественной войны.
Странные инициативы
Ещё в мае 2020 года президент РК Касым-Жомарт Токаев дал поручение создать Государственную комиссию по реабилитации жертв политических репрессий. Ничего криминального в этом, на первый взгляд, нет. Большевистский террор 1920-1930-х гг. стал общей трагедией для всех народов бывшего СССР, для русского — особенно. Однако сразу же впору задуматься над тем, кого именно собираются реабилитировать.
Ведь волн массовых реабилитаций было уже, как минимум, три: хрущёвская (1950-1960-х гг.), перестроечная (конец 1980-х – начало 1990-х гг.) и постсоветская (первая половина 1990-х гг.). Казалось бы, практически всех, кто был подвергнут наказанию без какой-либо вины, уже реабилитировали. Остается лишь разобраться в отдельных запутанных случаях, коих не так много. Осуждали ведь и на законных основаниях: предателей Родины, лиц, занимавшихся бандитизмом, терроризмом, шпионажем (не выдуманным чекистами, а вполне реальным, особенно во время войны).
Тем не менее, в июне этого года как гром среди ясного неба прозвучала инициатива учрежденной Токаевым госкомиссии «восстановить доброе имя»… солдат Туркестанского легиона вермахта. По словам председателя подкомиссии по рассекречиванию закрытых архивных фондов, депутата казахского парламента Берика Абдыгалиулы, большинство коллаборационистов были «вынуждены» пойти на сотрудничество, а реабилитировать не следует только «некоторых» пособников, замешанных в преступлениях.
Кого собрались реабилитировать
Туркестанский легион вермахта нацисты сформировали весной 1942 года из военнопленных красноармейцев – представителей тюркоязычных народов Средней Азии. Туда, помимо казахов, вербовали узбеков, киргизов, каракалпаков, туркменов. Общая численность изменников оценивается историками в районе 11-16 тысяч человек.
При этом всего, по оценке историка Бахыт Садыковой, в плену на территории Германии находились около 1,7 миллиона среднеазиатов. То есть подавляющее большинство представителей советских среднеазиатских республик, попавших в плен к гитлеровцам, не стали служить врагу. Огромное их число погибло от невыносимых условий содержания и издевательств, но они не пошли на сотрудничество с противником.
Нынешняя же казахская этнократия предлагает наплевать на этот подвиг, поставить знак равенства между изменой и верностью присяге. Дескать, можно было претерпеть все мучения и погибнуть героем, можно было нацепить на себя свастику и салютовать Гитлеру — это допустимые сценарии поведения людей в то время.
Туркестанский легион принимал участие в боях против Красной Армии осенью 1942-го во время наступления на юге, на Астраханском направлении, а также в районе Туапсе. За успехи легионеров отметили в приказе 16-й моторизованной дивизии вермахта (командование отмечало, что предатели завоевали «почётное право» носить немецкую военную форму).
Ситуация выглядит омерзительной ещё и потому, что «туркестанцы» замешаны в чудовищных преступлениях против борцов европейского Сопротивления. Так, один из батальонов принимал участие в карательных акциях в Греции. Попытки казахского официоза отмазать пособников национал-социалистов уже вызвали резкий протест со стороны греческой общественности.
Панэллинский союз борцов Национального Сопротивления и Демократической армии Греции выступил с официальным заявлением, в котором отметил недопустимость обеления полицаев.
Казахский Бандера
Впрочем, казахская этнократия вряд ли прислушается к голосу противников реабилитации нацизма. Более того, депутат Абдыгалиулы грозит недовольным репрессиями за «очернение» таких фигур, как Мустафа Шокай, иконы казахского национализма. Шокай плотно сотрудничал с ведомством Альфреда Розенберга (на минуточку, подсудимого Нюрнбергского трибунала), участвовал в создании воинских частей для борьбы против Красной Армии. Сейчас все официозные историки Казахстана в один голос твердят о том, что «деятель национального движения» был чуть ли не подпольщиком и диссидентом. «Сотрудничал и плакал». Но факты говорят об обратном.
После посещения концлагерей с военнопленными в октябре 1941 года Мустафа пишет своему близкому другу, узбекскому нацисту Вели Каюм-хану:
Наши военнопленные говорили о гибели в буквальном смысле слова нашей нации под властью большевиков... Мы видим в лагерях сынов нашего народа, нашей несчастной порабощённой родины. Военнопленные туркестанцы являются, по нашему мнению, весьма важным капиталом в руках Германии. Сама судьба передала ей много тысяч туркестанцев. При их (военнопленных) непримиримом антибольшевизме из них можно было бы создать отличные кадры пропагандистов за новый, демократический, мировой порядок… Да, у нас нет другого пути, кроме пути антибольшевистского, кроме желания победы над Советской Россией и большевизмом.
Комментарии излишни.
Сегодня Шокаю ставят памятники, а его имя как положительный пример представляют подрастающему поколению. Страшно представить, что за поколение вырастет на таких «героях». Или уже выросло?
Очень печально, что на такие вызывающие и провокационные инициативы никак не реагирует Россия. Почему-то у нас считается за правило всегда давать отпор ревизионистам в Латвии, Литве, Эстонии, Польше, игнорируя полнейший беспредел, чинимый азиатскими автократами.