Невзоров: «Русский мир» скоро рухнет
Миллионы людей, демонстрирующих в настоящее время свою преданность Владимиру Путину, поддерживающие присоединение Крыма, мгновенно «перекрасятся» в критический для РФ момент. Скорая гибель идеи «русского мира» неизбежна, считает журналист и советник главы российского «Первого канала» Александр Невзоров.
Такое мнение известный российский публицист Александр Невзоров высказал в эфире ATR в ходе телевизионного марафона, посвящённого Дню сопротивления оккупации Крыма.
Сайт «15 минут» приводит текст интервью Айдера Муждабаева с Александром Невзоровым полностью:
«– У нас на связи из Санкт-Петербурга по скайпу российский публицист и, я бы так сказал, патологоанатом «русского мира». Александр Глебович Невзоров. Приветствую вас, Александр Глебович! Как настроение ваше в такой день?
Невзоров: – Ну, нельзя сказать, что этот день каким-то образом чем-то вообще знаменуется в России. И то, что происходит у вас, те страсти и те надежды, которые вы вкладываете в те слова, которые сегодня говорите, они не доходят до России. Здесь достаточно мощно работают фильтры, отсекающие любую ненужную информацию, поэтому сказать, что мы здесь как-то соощущаем нет, такого нет.
− Ну, я прекрасно знаю, как работает пропаганда российская. Поэтому я и пригласил вас на разговор об истории, ведь не секрет, что аннексия Крыма сопровождалась в том числе и главным образом историческими аргументами о том, что Крым является исконно русской православной землей и так далее. Насколько обоснованы эти духовные православные претензии России на Крымский полуостров, на ваш взгляд?
Невзоров: – Трудно говорить, потому что история вообще не является наукой ни в малейшем смысле. Как ты сам понимаешь, прошлое состоит из многих триллионов неких элементарных частиц. Там и улыбки, и погода, и дождик, и кровь, и смерти, и чей-то взгляд, и еще масса обстоятельств. Никогда обратно сложить эти элементарные частицы в цельную картину у нас уже не получится. Поэтому история − это всегда ссылки одних фантазеров на других.
Я бы вообще не рекомендовал здесь адресовываться к истории, поскольку мне, например, глубочайшим образом наплевать, что там было двести или триста лет назад, я никогда на этом не основываюсь. На тот момент, когда Крым был отмародерен, скажем так, он принадлежал Украине, и это было реальностью, сегодняшней международной нормой.
Дело в том, что то, что произошло, произошло совершенно закономерным, естественным образом, связанным с тем разбуханием имперской идеи, которой Россия на протяжении последних ста – ста пятидесяти – двухсот лет была предана и, в соответствии с которой, она действует. А эта имперская идея – это уже не история, а идеология, поэтому нам немножечко проще проследить ее эволюцию и ее развитие. Она обязывает Россию в ее, скажем так, сегодняшнем историческом состоянии вести себя так же безобразно, как она себя и ведет. И какие-то иллюзии, какие-то мысли про то, что можно демонстрацией страстей или негодованием поколебать те 86 % − я думаю, что это иллюзии и бесконечная надежда.
Но хочу сказать, чтобы совсем на минорной ноте не заканчивать, поймите, этот имперский патриотизм сегодняшний в России – это во многом бизнес. Это бизнес, вероятно, на 99 %. Конечно, есть какие-то одиночные сумасшедшие, которые демонстрируют истеричную искренность, но даже если это, например, Кургинян, то мы обязаны понимать, что Кургинян – очень хороший актер, и на самом деле, за деньги, за положение, за номинации, за возможности он может вспомнить что угодно.
Все эти бесконечные кремлевские знаменосцы, все эти Нодовцы – это люди, которые сидят в той или иной степени на зарплатах, на финансировании, на откатах, на распилах своих собственных движений, и совершенно неизвестно, будут ли они так же искренне орать Крымнаш, если их лишить больших, круглых, хорошо начищенных копеечек, которые катятся в их карманы из Кремля.
Поэтому, когда вы сегодня имеете дело с Россией, вы должны быть очень осторожны в своем пессимизме, вы должны понимать, что скорее всего вы имеете дело с еще одним, мало известным человечеству, фактором и видом продажности.
– То есть, правильно ли я понял, что весь этот Крымнаш, вся риторика, из уст людей, о которых вы говорили, это верность проституток, которые выстраиваются там, где есть деньги, и она закончится, когда все это пройдет, исчезнут деньги и исчезнут все опоры «русского мира» в чисто материальном выражении?
Невзоров: – Если за эту речь на тебя проститутки подадут в суд, я их поддержу. Потому что, за что ты оскорбляешь женщин, которые в силу разных несчастий и житейских тягот вынуждены торговать собой, я не понимаю. Благородное слово «проститутки» тут совершенно не годится.
– Да, я прошу прощения, конечно…
Н. – Давай вместе извинимся перед ними за то, что мы сравнили их с русскими патриотами. Здесь нечто другое, здесь некий загадочный, мало исследованный конгломерат. Пойми, сегодня быть патриотом, быть православным настолько выгодно в России, что заподозрить хоть кого-то в искренности, совершенно невозможно. И к тому же, как нам показывают недавние события, когда вчерашние слезоточивые громоподобные патриоты вдруг в одну секунду оказываются на самом деле большими друзьями и любителями Украины, и бегут в эту Украину, как бежал когда-то Курбский, и оттуда начинают разоблачать. Поймите, эти ребята, которые недавно сбежали из Думы, это очень среднее арифметическое всех депутатов и всех патриотов. В случае, я уверен, когда под попой начнет припекать, так поступят все сто процентов. Сейчас очень интересный момент, очень интересный для наблюдения. А тягаться, кому и как он принадлежал в истории, этот Крым − это совершенно бессмысленно. В России это ни на кого впечатления не производит. В России вообще меньше всего беспокоят какие-то правовые, логические, разумные доводы, здесь никого не волнует, что вместе с этим Крымом Россия обзавелась чудовищным набором проблем, которые не будут решены даже если бы, предположим, все вернулось в состояние, в котором оно должно быть. Все равно проблемы, все равно омерзительная репутация неандертальцев и такого ворья, шпанья, она все равно останется и будет долго – долго портить России жизнь. Равно, как я подозреваю, и украинцы не склонны некоторые вещи прощать, и будут совершенно правы, потому что в ту минуту, когда они были в наиболее тяжелом состоянии, когда они были без сил, без прав, без возможностей, без государства, без армии, без полиции – без всего, в полном раздрае, вот тогда-то у них и отмародерили эту территорию.
– Вы знаете, что, наверное, самым большим ругательством сегодня в Украине является словосочетание «братский народ» по отношению к Российской Федерации?
Невзоров: – Да, я понимаю, я здесь абсолютно понимаю украинцев, и понимаю, что дело здесь скорее не только в Крыме, дело в той мерзости, которая творится на Донбассе. Дело в тех загадочных, непонятных уголовных формированиях, которые захватили Донбасс, которые грабят регион, которые издеваются над регионом, которые подставляют регион. В любом случае, как бы мы ни пытались эти события вертеть и рассматривать на пальцах, мы понимаем, что виновник, у происходящего на Донбассе, только один – и это Россия.
– Скажите пожалуйста, вы как человек, который находится в России – как влияет на настроения этих ультра патриотов и сторонников «русского мира» эта бесконечная цепочка смертей, явно не от рук украинских диверсионных групп, как это говорится пропагандой, этих сторонников «русского мира» в так называемой Новороссии?
Невзоров: – Да на них влияет только курс доллара, больше их ничто не может огорчить или порадовать. Потому что, как я уже говорил, и то, и другое, и третье – это бизнес. В конце концов, они все почему-то убеждены, что к ним эти трагические события не имеют отношения, и потом, не забывайте, что они морочат себе голову действительно рассказами об украинских диверсантах. Я не хочу никак обидеть украинские спецслужбы, но подозреваю, что максимум, на что они способны, это проникнуть и подложить сало.
– Александр Глебович, я в начале вас назвал – и это мое глубокое убеждение наблюдателя со стороны – неким патологоанатомом «русского мира», а это такая врачебная специальность, которая ставит окончательный диагноз и провожает в последний путь человека, а также явление. Каким на ваш взгляд будет конец этого «русского мира» − ваш прогноз наблюдателя за ходом событий и человеческой сущностью.
Н. – Если мы говорим о том монстре, который сегодня называют «русским миром», и я боюсь, что эти слова накрепко приклеились к слюням Кургиняна, к фальшивым купленным шествиям под колорадскими знаменами и ленточками, к выступлению каких-то мотоциклистов, которые не могут связать двух слов, к диким репликами на государственном уровне – вот если имеется в виду под «русским миром» этот мир, то конец его будет, я бы сказал, довольно естественен и забавен.
Я не думаю, что это будет связано с какой-то трагедией, просто в какой-то момент произойдет фазовый переход одних настроений к другим, либо им просто перестанут платить за эти все вопли, корчи и истерики, как например, сейчас перестали уже платить Ноду, прикинув, во что обходится весь этот бушующий патриотизм – первый раз относительно адекватный человек в Кремле посмотрел внимательно платежные ведомости, которые пришлось выписывать на этих марширующих патриотов. Это ответственное лицо завизжало от ужаса, потому что даже не представляло себе, что речь идет именно о таких суммах.
Я думаю, что все будет точно так же, как всегда у нас, то есть лицемерно, позорно, когда люди, которые еще вчера распинались в ненависти к Украине, будут говорить, что это было игрой, все это в шутку, все это не так, мы были вынуждены подчиняться. У нас ведь, по счастью, сейчас лютых настоящих фанатиков практически нет, то есть мы не можем сегрегировать этих лютых фанатиков от людей, материально заинтересованных.
Но я думаю, что материально заинтересованных 99.9 %. Будут им платить за любовь к Украине – они будут кричать Слава Украине и сами себе будут отвечать – Героям Слава. Те же самые персонажи, которых сегодня корежит от слова в Украине, и которые тщательно говорят на Украине.
– Видимо, вы в каком-то смысле описали кончину Советского Союза, которую мы все пережили, когда вдруг за три дня мощнейшего государства мира не стало.
Невзоров: – Тогда были пламенные комсомольцы, которые агитировали за референдум о сохранении Союза, тогда все эти трибуны народные, полународные и не совсем народные, кричавшие о своей верности идее имперства Советского Союза, в течение двух – трех часов полностью перелицевались в пламенных либералов.
Сейчас, вероятно, они будут перелицовываться, я уж не знаю в кого, но то, что перелицуются, и все будут рассказывать про то, что втайне они на самом деле держали кулачки. Вот Бортко у нас – он собрался снимать фильм о Донбассе. На главную роль он пригласил артиста Панина – ну тянет Бортко все время на собачек. Насколько я понимаю, он будет играть Захарченко. Я уж не знаю, сколько собак пострадает в процессе съемок, сколько будет изнасиловано, но вероятно это будет некая аллегорическая картина, в которой артист Панин будет взаимодействовать с собаками желто-голубого цвета во всех совершенно видах, и это будет выдано за очередное торжество русской идеи.
Но когда все закончится, Бортко скажет – ребята, да я ж стебался, что вы думаете, я зря что ли пригласил Панина? То есть, мы видим, что везде эти люди оставляют себе пути, дорожки и даже шоссейные дороги для отступления.»