Ставка на «тигров»
Саммит Россия — АСЕАН, прошедший в Сочи, стал заметным событием в новой геополитической стратегии Кремля. Никогда еще отношения с юго-восточными азиатскими «тиграми», приобретающими все больший вес в мировых делах, не поднимались на такой уровень. Девять из десяти государств были представлены руководителями высшего звена. И только Филиппины, где недавно прошли выборы, прислали делегацию во главе с министром — действующий президент, видимо, уже не интересуется глобальными вопросами, а избранный еще не вступил в должность.
Практически у всех стран «десятки» есть своя история отношений с Россией. Кроме не терявшего самостоятельности Таиланда, все освободились от европейского колониального господства после Второй мировой и сразу же попали в советскую орбиту. СССР, разгромивший фашизм и ставший сверхдержавой, всерьез заинтересовался регионом. Никита Хрущев дважды гостил в Бирме, а лидер Индонезии Сукарно и сам приезжал в Москву. Но особенно теплая дружба, скрепленная кровью, завязались с Вьетнамом. Наши инструкторы, летчики и зенитчики помогли вьетнамцам в многолетней войне с США отстоять свою независимость. Даже в 90-е Россия сохранила здесь как совместные нефтедобывающие предприятия, так и симпатии населения, в том числе десятков тысяч выпускников советских вузов. Сейчас Вьетнам относится к числу крупнейших покупателей нашего оружия, принимает все больше туристов из России, готовится к строительству первой в регионе АЭС.
С Лаосом и Кампучией мы стали сотрудничать в начале 60-х. В 1980-м в ходе первого визита руководства социалистической Кампучии в Москву в переговорах с Брежневым участвовал и возглавлявший тогда оборонное ведомство 29-летний Хун Сен. Спустя пять лет он занял пост премьер-министра — и остается им до сих пор, несмотря на возвращение короля и смену социально-экономической формации.
Что касается Таиланда — когда-то американцам удалось запугать тайцев «коммунистической угрозой». Теперь другое время: русские туристы открыли для себя местные курорты, а окончание периода внутриполитической нестабильности в королевстве позволяет выстраивать долгосрочную стратегию отношений с взявшими власть военными.
Островной Сингапур является не только финансовым и логистическим центром АСЕАН, но и государством с одним из самых высоких уровней жизни в мире. Правящая династия Ли давно интересуется Россией — отец нынешнего премьера и создатель местного «экономического чуда» Ли Куан Ю впервые приезжал в Москву еще в 1970-м.
Есть свои вехи в истории наших связей с Малайзией и даже с бывшей колонией США — Филиппинами, сохранившими чрезвычайную лояльность политике Вашингтона. А вот с Брунеем двухсторонние контакты на высшем уровне началась только в этом веке — зато у Путина и султана за 16 лет накопился серьезный багаж личных взаимоотношений.
Общий интерес России и правительств региона понятен — это экономическое и геополитическое партнерство. Москва предлагает создать зону свободной торговли между Евразийским союзом и АСЕАН: пока такое соглашение заключено лишь с Вьетнамом, но уже половина государств ассоциации проявила готовность к переговорам на эту тему. Нынешний уровень товарооборота и взаимных инвестиций совершенно не соответствует возможностям сторон — потенциал есть, и сейчас самое время развивать связи. Этому дополнительно способствуют два обстоятельства: конфронтация России с США, вследствие которой для нас оказались практически закрыты традиционные источники кредитования на Западе, а также новый виток интеграции стран АСЕАН. В прошлом году было принято решение о начале формирования экономического сообщества государств Юго-Восточной Азии.
600-миллионый регион вступил на путь создания общего рынка с перспективой лет через двадцать выйти на четвертое место — вслед за США, Евросоюзом и Китаем. И стать одним из ключевых центров многополярного мира. Впрочем, Юго-Восточная Азия уже сейчас является ареной постепенно нарастающей борьбы между уходящим гегемоном и поднимающимся драконом.
Вашингтон в годы правления Обамы официально объявил тихоокеанский регион своим приоритетом на XXI век. Планируется возвести тут антикитайский «заградительный вал» — похожий редут, кстати говоря, наши американские «партнеры» хотят выстроить против России в Европе, от Прибалтики и Польши до Румынии и Грузии. Используя территориальные споры между Пекином и рядом стран АСЕАН вокруг островов в Южно-Китайском море, Штаты предлагают себя в качестве защитника от «китайской агрессии». Хотя государства региона и не уклоняются от объятий Дяди Сэма, все же в большинстве из них прекрасно помнят, что творили США в Индокитае в 60–70-е годы. А вот России доверяют, особенно во Вьетнаме, Лаосе, Кампучии. В том числе и на личном уровне: руководят этими странами коммунисты (бывшие — как в Пномпене, или нынешние — как в Ханое).
В Сочи Путин предложил не просто создать зону свободной торговли АСЕАН с Евразийским союзом, но и сопрячь ее с китайским Шелковым путем — это стало одной из важнейших инициатив встречи. Если Штаты тянут регион в антикитайское Тихоокеанское партнерство (к нему уже решили присоединиться Вьетнам, Сингапур, Малайзия и Бруней), то Китай продвигает проект «Всеобъемлющего регионального экономического партнерства», которое включало бы все страны Южной и Восточной Азии, от Индии до Японии.
Наши интересы здесь, в отличие от американских, не имеют антикитайской направленности. А в экономическом плане кооперация государств АСЕАН с ШОС (то есть Китаем, Россией, Индией и Центральной Азией) лежит в русле общеевразийской консолидации, необходимой и для Пекина, и для Москвы. Пока западная часть Старого Света ограничена в своем геополитическом суверенитете, Россия выстраивает отношения с юго-восточной частью материка — стратегические, рассчитанные на десятилетия вперед.
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции