Путин решил защитить бизнес от силовиков

Примирение и применение

В Государственную Думу Российской Федерации поступил законопроект под входящим номером 593998-7. Автор проекта, президент Владимир Путин, назвал его скромно: «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». В прилагаемых справках указано, что правительство и Верховный суд не имеют замечаний к документу – было бы удивительно, если бы они их имели.

Сам по себе проект, как и полагается юридическому документу, малопонятен для широкой публики. Без специальной подготовки сложно оценить такие пассажи, как:

часть третью после слов «преступления, предусмотренного статьями» дополнить словами «146 частью первой, 147 частью первой, 159 частями пятой - седьмой, 159¹ частью первой, 159² частью первой, 159³ частью первой, 159⁵ частью первой, 159⁶ частью первой, 160 частью первой, 165 частью первой».

Между тем это перечень преступлений, по которым предлагается разрешить прекращение уголовного дела в связи с возмещением ущерба или примирением сторон. Как видим, чаще всего упоминается при этом знаменитая 159-я статья – «Мошенничество», под которую можно без особых натяжек подвести как минимум каждого второго активного предпринимателя в России.

Более того, Путин облек в юридическую форму то, что не раз формулировал в качестве пожеланий и требований:

Заключение под стражу в качестве меры пресечения не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159 частями первой – четвертой, 159¹ - 159³, 159⁵, 159⁶, 160, 165 и 201…

– с оговорками, но все же это очень серьезная помощь предпринимателям, которых «закрывают».

Фото: www.globallookpress.com

Вы думаете, это касается отдельных отщепенцев? Как бы не так! По оценкам сопредседателя Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Андрея Назарова,

за 10–15 лет около 3 млн предпринимателей подверглись уголовному преследованию либо получили судимость.

При этом в Едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства зарегистрировано около 6 млн компаний.

Если половина предпринимателей нарушают требования Уголовного кодекса, может быть, дело не столько в них, сколько в кодексе, точнее, в особенностях его применения. Так, 80% бизнесменов, против которых возбудили уголовное дело, теряли бизнес или как минимум значительную его часть. При этом до суда доходит в лучшем случае каждое третье дело. То есть человека арестовали, подержали в заключении годик-полтора и выпустили. Понятно, что за это время оставшееся без хозяина предприятие разрушится – ведь даже с допуском нотариуса к арестованным подследственным у нас серьезные проблемы, ждать порой приходится месяцами. Какая там еще поддержка бизнеса…

Кто не сел, тот и прав

Сейчас в Самаре рассматривается иск одного бизнесмена к другому: еще недавно они были лучшими друзьями и партнерами, а теперь стали злейшими врагами. Оба вели страховой бизнес через мутные офшоры, оба при начале разногласий стали перетягивать одеяло на себя, оба подавали друг на друга в суды. Но арестован лишь один из них – и он сидит уже почти год, поэтому весь его бизнес рассыпался, компании банкротятся, сотрудники ищут новую работу, одноклассникам его племянницы приходят подметные письма. Второй, такой же офшорный деятель, но с чуть более высокими связями, чувствует себя прекрасно и готовится пожинать плоды победы. И это, увы, отнюдь не единичный случай.

Многочисленные призывы Владимира Путина и Дмитрия Медведева перестать использовать право на арест в каких-то сомнительных целях на местах, конечно, слышат, но, как известно, «правительство на другой планете живет», а «жирный карась» – вот он, и снять с него денег можно здесь и сейчас. Потому и понадобился законопроект 593998-7.

Характерно, что месяцем ранее Владимир Путин смягчил другую «универсальную» статью – 282-ю, «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Правда, первыми на эту инициативу (проект еще не обрел статуса закона) отреагировали почему-то российские чиновники и депутаты, начавшие унижать человеческое достоинство с невиданным прежде усердием. Но все же хочется надеяться, что благодаря изменениям возможностей для злоупотреблений со стороны следственных и судебных органов станет меньше.

Упрощение взысканий

Возвращаясь к проекту «послабления бизнесменам», заметим, что он укладывается в ярко выраженную тенденцию последних лет: закручивая экономические гайки, власть одновременно упрощает жизнь, скажем так, добросовестным нарушителям. Волна повышения штрафов за нарушения правил дорожного движения сопровождалась введением 50-процентной скидки за быструю оплату. Рост имущественного налога – «дачной амнистией», позволявшей без штрафных санкций зарегистрировать «незаконную» постройку, чтобы потом платить за нее год от года растущий налог. Все более доступными становятся способы оплаты своих грехов. Так, согласно новым правилам, деньги с банковских счетов можно будет снимать вообще без ведома должника. Теперь вот облегчили жизнь подозреваемым в мошенничестве: суда можно будет ждать на свободе или под домашним арестом.

Хотелось бы, конечно, чтобы новые законопроекты сопровождались более громкими уголовными делами против тех, кто злоупотреблял заключением подследственных под стражу или сбором взяток за закрытие уголовных дел. Но такие дела есть – правда, берут в основном посредников, которыми выступают бывшие силовики. На реальных получателей денег выходят редко – чаще следствие приходит к выводу, что посредники обманывали пострадавших, говоря о своих связях в органах. Так получилось, например, и с громким изначально делом подполковника ФСБ в отставке Дмитрия Гнатива, о котором вот уже полгода ни слуху ни духу. Серьезные обвинения звучат, «посадок» практически нет. Потому что сами себя люди не сажают, а президент и правительство не могут плотно заниматься каждым случаем злоупотребления на местах.

«Честь мундира» по-прежнему выше законности, и если мы не можем избавиться одним ударом от всех «оборотней в погонах», нам хотя бы нужны правила, ограничивающие их возможности. На это и направлен новый президентский законопроект.