Рак можно остановить? Какие технологии уже работают в России

В России развиваются методы лечения онкологических заболеваний, позволяющие воздействовать на опухоли с помощью радиофармпрепаратов и подбирать терапию с учетом особенностей конкретного пациента. Часть высокотехнологичной помощи доступна по полису ОМС. О возможностях ядерной медицины и проблемах ранней диагностики в интервью 360.ru рассказал академик РАН, президент АО «Медицина» Григорий Ройтберг.

По словам врача, развитие лечения онкологии связано не с поиском одного универсального лекарства, а с последовательным внедрением новых методов диагностики и лечения.

«Задача не такая, чтобы дать таблетку — и вы вылечились. Нет, задача — либо излечить, это идеальный вариант, либо перевести заболевание в приемлемую для нормальной жизни форму», — объяснил Ройтберг.

Как тераностика помогает лечить рак

Одним из перспективных направлений Ройтберг назвал тераностику — подход, объединяющий диагностику и лечение с использованием радиофармпрепаратов. Сначала специалисты определяют расположение опухолевых очагов и особенности накопления диагностического вещества, затем применяют препарат, доставляющий радиоактивный изотоп к соответствующим клеткам.

«Тераностика — терапия и диагностика. То есть в одном методе вы объединяете терапию и диагностику», — рассказал академик.

По его словам, такой подход позволяет воздействовать в том числе на метастатические очаги, ограничивая облучение окружающих тканей.

В Институте ядерной медицины в Химках тераностику применяют, в частности, при метастатических формах рака предстательной железы. Ройтберг также сообщил о перспективных результатах применения радионуклидных методов при раке молочной железы и об изучении возможностей их использования при других онкологических заболеваниях. Для разных опухолей необходимы различные радиофармпрепараты.

Институт ядерной медицины в Химках начал работу в 2021 году как подразделение АО «Медицина». Центр специализируется на диагностике и лечении онкологических заболеваний, включая ПЭТ/КТ, лучевую и радионуклидную терапию. По данным клиники, около 90% медицинских услуг института оказываются по полису обязательного медицинского страхования.

Ройтберг объяснил, что институт работает во взаимодействии с региональной системой онкологической помощи. Первичное обследование и постановка диагноза проводятся в медицинских учреждениях по месту жительства, после чего пациентов при наличии показаний направляют на специализированное лечение.

«Когда диагноз поставлен, когда понятно, что надо делать, то к нам направляют на это лечение. Мы, конечно, проводим свой анализ, свою экспертизу, но в основном наша задача — именно специализированная медицинская онкологическая помощь», — рассказал академик.

По словам Ройтберга, после получения направления пациента обычно принимают на следующий день. В институте проводят дополнительную оценку диагноза, после чего приступают к подготовке лечения или непосредственно к терапии.

«Мы работаем семь дней в неделю, и у нас при хорошей загрузке мы работаем 362 дня в году. Это позволяет уменьшить затраты на единицу действительно очень дорогой техники», — пояснил он.

Согласно опубликованным клиникой данным, с 2021 года в диагностическом отделении института помощь получили более 80 тысяч пациентов, в отделении радиотерапии — шесть тысяч, радионуклидной терапии — 1,5 тысячи.

В 2024 году в институте запустили собственный циклотронно-радиохимический комплекс для производства радиофармпрепаратов. В учреждении также установлены цифровые ПЭТ/КТ, линейные ускорители Varian Halcyon и TrueBeam, оборудование для брахитерапии.

Ройтберг рассказал, что собственное производство препаратов позволяет институту снижать зависимость от внешних поставщиков. При этом он отметил необходимость дальнейшего развития лучевой терапии в Московской области, где, по его оценке, охват пациентов этим видом лечения остается недостаточным.

Почему ранняя диагностика остается важной

Ройтберг назвал раннее выявление опухолей одним из основных условий повышения эффективности лечения. По его словам, пациенты нередко откладывают обследование из-за страха услышать онкологический диагноз, хотя своевременное обращение позволяет увеличить шансы на успешное лечение при большинстве форм рака.

Академик рассказал о пациентке, которая в течение двух лет замечала уплотнение в молочной железе, но не обращалась к врачу.

«Чем раньше ты обратишься, тем лучше. Конечно, это серьезно повышает шансы при большинстве форм рака. Не всегда, но при большинстве — да», — отметил он.

Одним из способов улучшения ранней диагностики Ройтберг назвал предварительный опрос пациентов до приема врача. По его словам, разработанная при участии его кафедры методика включает около 20 вопросов о состоянии здоровья, в том числе о необъяснимом снижении массы тела, изменении аппетита и появлении крови в стуле.

Академик сообщил, что методику применяли в Московской области и Кабардино-Балкарии. По его оценке, такой опрос помогает выявлять признаки, требующие дополнительного обследования.

«Если вы организуете доврачебный прием, у нас он обязательный, то медицинская сестра проводит первичный опрос. Когда доктор начинает прием больного, перед ним уже все данные», — пояснил Ройтберг.

Как искусственный интеллект помогает врачам и пациентам

В октябре 2026 года АО «Медицина» объявило об открытии доступа к персональному ИИ-помощнику «София», интегрированному в цифровые сервисы клиники. На 12 октября система была доступна первой тысяче пациентов. До конца месяца учреждение планировало распространить ее на всех пациентов.

«София» использует сведения из медицинской карты: историю посещений, результаты анализов, заключения специалистов и назначения. Система помогает разобраться в медицинских терминах, сопоставить показатели обследований, подготовить вопросы к консультации и записаться на прием.

По информации клиники, ассистент работает во внутренней защищенной цифровой инфраструктуре. При этом он не ставит диагнозы, не назначает и не отменяет лечение. Клинические решения остаются за врачом.

В интервью 360.ru Ройтберг рассказал, что ассистент может учитывать индивидуальную историю болезни пациента при ответах на вопросы о самочувствии. По словам академика, преимущество такого инструмента заключается в возможности обращаться к нему после визита к врачу. Пациенты нередко забывают задать вопросы на приеме, особенно если обеспокоены диагнозом, а цифровой помощник позволяет вернуться к информации в удобное время.

Искусственный интеллект применяется в институте и непосредственно при диагностике и лучевой терапии. По словам Ройтберга, программные системы помогают врачам обнаруживать подозрительные участки на изображениях ПЭТ/КТ, планировать облучение и учитывать изменения положения пациента во время процедуры.

Академик пояснил, что при лучевой терапии необходимо точно направлять излучение на опухоль и по возможности ограничивать воздействие на здоровые ткани. Для этого используются системы, учитывающие движения, связанные в том числе с дыханием пациента.

«Это не замена. Он не проводит сам лечение, но он помогает», — подчеркнул Ройтберг.