БУКВЫ ВРАГА. ЧТО СЛУЧИТСЯ ПОСЛЕ ЗАПРЕТА РОССИЙСКИХ КНИГ (ЗАХАР ПРИЛЕПИН)
Киевский критик Юрий Володарский ненавидит путинизм, рашизм, империализм, сталинизм и тому подобное. Он последовательный сторонник Майдана.
Теперь вот он пытается встать на пути полного запрета книг на русском языке на Украине.
Я не буду Юрию писать, что такие запреты — прямое следствие Майдана, он с этого начинался и к этому должен привести. Не буду, потому что он не поверит.
Но три первых коммента к его статье показательны:
Лора Войнаровская
Книги, косметику, бытовую химию надо давно уже запретить ввозить на территорию Украины из раши.
Валя Павленко
да нічого не станеться….
Константин Гавриш ·
володарский.ты не родственник того упыря володарского?
Не хочу накликать проблем своим — в прошлом — хорошим знакомым. Но когда вас там соберутся бить, вы, того, приезжайте.
Призывая к борьбе с оккупантами и ратуя за развитие отечественного книгоиздания, популисты и лоббисты готовы втрое уменьшить ассортимент книжных магазинов и поставить в тяжелейшие условия всю систему украинской книготорговли
15 января депутат от партии «Народный фронт» Остап Семерак предложил Кабинету министров рассмотреть вопрос о полном запрете ввоза на территорию Украины книжной продукции, напечатанной в России. 20 января глава правительства Арсений Яценюк дал распоряжение четырем министрам, в том числе одиозным руководителям министерств культуры и информации, проработать вопрос и внести соответствующие предложения.
Будет ли запрещен импорт российских книг, в данный момент не знает никто. Однако инициатива Семерака уже вызвала резкую конфронтацию в обществе. Сторонники и противники запрета разделились прежде всего по языковым предпочтениям и степени радикальности политических взглядов. Проще говоря, за эмбарго на российскую книгу выступают преимущественно те, кто ее не читает.
Все аргументы в пользу запрета сводятся к двум – идеологическому и экономическому. Первый гласит: негоже покупать что бы то ни было у агрессора и оккупанта. Второй звучит более рационально: закроем границу для российских книг, чтобы стимулировать производство украинских.
Против первого аргумента восстает печальная реальность. Конечно, торговать с врагом нехорошо, кто бы спорил. Только это почему-то не мешает нам покупать миллиарды кубометров российского газа (пусть и у европейских посредников) и миллионы тонн российского угля (в том числе из оккупированного Донбасса), а также терпеть в украинской экономике значительное присутствие российского капитала. Собственно, понятно почему – иначе загнемся.
Со вторым аргументом ситуация интереснее. Сам по себе запрет российской книги ничего простимулировать не может – от бетонного забора на таможне ни количество, ни качество писателей, переводчиков, бумаги и типографской техники у нас не увеличится. Безусловно, отсутствие конкуренции даст отечественным издателям некоторые преференции, но насколько они будут существенны, сейчас предсказать невозможно.
Зато можно абсолютно точно сказать, что случится, если российская книга исчезнет с украинских прилавков.
Это значит, что ассортимент книжных магазинов, как традиционных, так и сетевых, уменьшится втрое и многие из них вынуждены будут закрыться.
Это значит, что все те книги, которые раньше продавались легально и приносили доход в украинский бюджет, будут продаваться либо на черном рынке, либо напрямую в российских интернет-магазинах.
Это значит, что в свободную продажу не поступит большинство новинок качественной современной мировой литературы, а также подавляющее большинство подарочных, иллюстрированных, просветительских, популярных изданий.
Это значит, что будет крайне затруднен или вовсе закрыт доступ к огромному массиву литературы специальной – философской, исторической, культурологической, юридической, этнографической, биографической, медицинской, психологической, музыкальной, киноведческой, гастрономической и еще бог знает какой.
Это значит, что отечественные студенты останутся без учебников. Даже в таком оплоте украинства, как Киево-Могилянская академия, немалое количество рекомендованной литературы издано в России. О книгах по таким дисциплинам, как физика, химия, биология, программирование, нечего и говорить.
Уверения заинтересованных лиц в том, что после запрета российской книги наши издатели резко увеличат производство и завалят рынок всем необходимым, всерьез воспринимать невозможно. К сожалению, печальная реальность снова дает о себе знать: Украина физически не способна выпускать мало-мальски существенную часть того книжного ассортимента, который она получает из России.
Апеллирующих к патриотическим чувствам сторонников эмбарго, особенно дремучих националистов, считающих русский языком врага и требующих тотальной украинизации, все это ничуть не смущает. Кроме идеологических и экономических аргументов, у них находятся еще и комические. Например такой: кто вам мешает покупать электронные версии книг на российских порталах типа ЛитРеса? Отличная идея, только объясните мне тогда, в чем смысл запрета, если, по-вашему, его так просто обойти и он ни на что не влияет?
Послушайте, вы ведь еще не забыли, как мы насмехались над идиотизмом российских властей, ударивших контрсанкциями по собственному населению, как ржали над их сражениями с хамоном и пармезаном! Неужели теперь Украина будет делать то же самое, что и Россия? Причем запрещать, да простят меня гурманы, не какую-то там жратву, а книги? Книги, блин горелый, источник знаний!
Я не знаю, какое решение примут в Кабмине. Коллеги с политическим чутьем убеждают, что на жесткие и непопулярные меры правительство не пойдет, и мне хочется им верить. Как бы то ни было, никакие благие намерения не могут оправдать вопиющую глупость. Если триумф патриотизма оборачивается торжеством невежества, это значит, что патриотизм ненастоящий.