Захарова: прямая агрессия США в отношении Дамаска приведет к сдвигам в регионе

Армия или дипломаты: возможен ли силовой сценарий в Сирии между Россией и США?

"Лобби в США сейчас реально баламутит воду и не дает договориться. Потому что эта логика – зачем нам дипломатия, зачем ООН, договоры, международное право, зачем нам нужны какие-либо обязательства на международной арене, когда есть сила и право сильного, и есть собственные национальные законы, которые могут стоять выше других законов и подкрепляться силовыми методами решения вопроса. Логику эту мы проходили, ничего нового в ней нет. Заканчивается это одним – полномасштабной войной. Как только наступает право сильного, почему-то с этим приходят непорядок и кровопролитие. Развязать войну намного проще, чем остановить ее и тем более вернуться в мир без хаоса. 

Когда люди сидят у экранов телевизоров и слышат от зарубежных коллег, которых мы называем партнерами, вещи, противоречащие тому, что они говорили месяц назад или пять лет назад, то рука тянется не к телевизионному пульту. Я понимаю, что есть усталость от этого бесконечного вранья, от цинизма, от игры в наперстки. Но нужно понимать, как только мы отказываемся от правового поля, дипломатии, это прямой путь к силовому сценарию". 

О политической тактике и возможном развале ООН

"Лет десять назад точно так же, как сейчас наши американские коллеги работают по допингу, по Сирии, малайзийскому Boeing, шла информационная кампания по поводу того, что ООН нам не нужна. Возможно, это не в такой степени касалось каждого из нас. Сейчас другая концепция. Но сценарий один и тот же. Либо силовой – напором, запугиванием, давлением. Если не получается, находят пути обхода и затем мстят за те решения, которые не были пропущены".

Если западная коалиция и США начнут 
прямое силовое давление на Сирию, как отреагирует Россия?

"Я не могу рассуждать на темы, что будет, если… Этим занимаются эксперты. Моя задача – объяснить, почему так важно оставаться в русле соглашений. Если начнется прямая агрессия США в отношении Дамаска и сирийкой армии, то это приведет к страшным, тектоническим сдвигам не только на территории этой страны, но и в принципе в регионе. Смена режима приведет к тому, что будет не просто вакуум власти, политический вакуум, – он моментально заполнится "умеренными",  а на самом деле никакими не умеренными, а террористами всех мастей, с которыми невозможно будет что-то сделать. Мало того, все это усугубится еще и по иракскому сценарию. Мы знаем, что иракская армия стала основой ИГИЛа на земле, и все, с чем сейчас в регионе борется и коалиция, и Россия, проистекает оттуда".

О закрытии границ в Средней Азии ради безопасности

"Думаю, что это не решение. Контроль, иммиграционная политика, понимание собственных интересов и их отстаивание – это доминантные вещи. При этом развитие интеграционных процессов как раз и является прививкой против того, что в эти страны вместо экономического развития, прогресса, науки будут проходить легко ложащиеся на сознание людей, особенно малообеспеченных,  экстремизм, терроризм. Чем выше будет уровень развития этих государств, тем больше будет возможности у нас не допустить той угрозы, которая нависла над Средне-Азиатским регионом со стороны Афганистана".

О Сергее Лаврове

"Я скажу две вещи, которые меня поражают. Первое – это его профессионализм, помноженный на фантастическую работоспособность. Второй момент: при этом он остается человеком, способным на проявление эмоций. Всегда, если ты профессионал, ты отказываешься от чего-то в себе, как в человеке, и наоборот. А здесь соединились два мира. И для меня это открытие, что есть такие люди".