Кто сохранил Черноморский флот для России
13 мая в России отмечается День Черноморского флота. А в конце мая 1997 года между Российской Федерацией и Украиной был заключен договор, определяющий правовой статус Черноморского флота (ЧФ). Этому событию предшествовали пять лет межгосударственных переговоров, и все это время флот фактически оставался в составе ВМФ России. Как единодушно признают сами военные моряки, сохранить Черноморский флот для России во многом удалось благодаря принципиальной позиции и решительным действиям адмирала Игоря Касатонова, который с сентября 1991 по сентябрь 1992 года командовал Черноморским флотом. Позже, вплоть до 1999 года, он был первым заместителем Главнокомандующего ВМФ России.
В интервью радио Sputnik Игорь Касатонов вспоминает о самых трудных для ЧФ первых неделях и месяцах после распада СССР в декабре 1991 года.
"Не было никаких действий, которые могли остановить Украину от попытки насильственного захвата воинских частей, попыток разложения личного состава, переманивания офицерского состава. Они пытались "уломать" офицеров и реализовать свой замысел захвата флота явочным порядком, не договорно-правовым, а явочным. С учетом пассивности тогдашнего российского руководства. Но это не получилось", – рассказывает Игорь Касатонов.
Не получилось, по его словам, в первую очередь благодаря стойкости личного состава флота, прежде всего – офицеров.
"Украина избрала с учетом того, что почти 95% флота оказались в Крыму и на ее территории, инструмент переприсягания. Мол, присягните, и все будет, как было. Эта авантюрная идея была рассчитана на то, что народ смалодушничает, упрется в бытовые блага, не захочет уезжать и так далее. Но они забыли, что для черноморцев всегда были святы традиции, святы исторические коллизии, в которых рос и мужал Черноморский флот. В том числе и в первую очередь такие приоритеты были у офицерского корпуса. И попытка раздробить офицерский коллектив потерпела неудачу", – сказал Игорь Касатонов.
Как он вспоминает, тогда, в первые недели 1992 года, поддержка из Москвы была очень слабой.
"Естественно, перед тем, как отдавать какие-то приказы, я очень глубоко оценил обстановку, но посоветоваться, честно говоря, было не с кем. Я вам скажу, что руководство в Москве занимало исключительно пассивную позицию. Ни до кого нельзя было дозвониться. Сначала говорили: "соблюдайте спокойствие, не поднимайте панику". А как? Забирают же все… Политически и в правовом отношении уже "новые украинцы" подготовились очень хорошо. Они проработали законодательную базу, в какой-то степени социальные вопросы, ну и опирались на свои наработанные структуры, националистический аппарат, идеологическую базу. Наобещали столько…", – вспоминает Игорь Касатонов.
В этой обстановке командующий флотом принял решение всю ответственность взять на себя.
"Кому присягать – решали моряки, приказа сверху никакого не было. И вот, с учетом полной неопределенности я отдал прямой приказ. Во-первых, что мы не подчиняемся украинской власти, мы – инструмент бывшего Советского Союза, а его правопреемницей является Россия. Поэтому мы как флот, базирующийся в четырех республиках, замыкаемся на Россию. Поэтому украинской присяги не принимать, украинских эмиссаров никуда не допускать и заниматься своими обычными делами, в политической деятельности не участвовать. И все должно быть сконцентрировано в управлении штаба флота, из которого я руководил всеми процессами…", – рассказывает Игорь Касатонов.
Какая-то определенность, по его словам, наступила к августу 1992 года.
"Когда Кравчук с Ельциным 3 августа договорились, что флот нужно делить, что-то отдав Украине, но при этом оставив ЧФ России в Севастополе, тогда настало время переходного периода для наработки позиций государственными делегациями. Переговорный процесс длился почти 5 лет. И только в конце мая 1997 года был заключен договор, где был определен правовой статус флота. Часть кораблей, которые были сверх 50%, Россия выкупала, Украине доставалось 18%. То есть, все остальное, будучи выкупленным и поделенным, доставалось России. И 12 июня 1997 года состоялся подъем на кораблях Андреевского флага", – вспоминает Игорь Касатонов.
Новый этап истории флота начался в 2014, после возвращения Крыма и Севастополя в состав России.
"Черноморский флот до возвращения Крыма в состав РФ жил не так просто. Но это было настоящее оперативно-стратегическое соединение, которое решало задачи не только в Черном море, но и в Средиземном. Сейчас, уже в новых условиях, флот год от года совершенствует свой боевой состав, постепенно переходит к кораблям, подводным лодкам четвертого поколения, как и все наши флоты, совершенствует вопросы межвидового взаимодействия. Укрепляет и сухопутное направление в районе северной части Крымского полуострова, активно участвует в вопросах, которые связаны с охраной мест строительства моста через Керченский пролив. Кроме того, флот участвует во всех процессах, в которых принимают участие наши вооруженные силы, в том числе группировка наших сил в Сирии. И Черноморский флот по-прежнему является гарантом стабильности и мира в Черном море и восточной части Средиземного моря", – заключил Игорь Касатонов.
З.Ы. Фурсов рассказывал в одном из роликов, как Касатонову предлагали миллион долларов, квартиру в Киеве и большую пенсию, чтобы он отступил. Касатонов привел этого посланника из Киева в свой кабинет, показал ему на карте, какую территорию контролирует черноморский флот и спросил типа "и все это я променяю на какой-то миллион долларов?"