National Interest: Южная Осетия и Крым стали расплатой за Косово
Вмешательство в косовский конфликт и признание независимости региона в обход Совбеза ООН стали одной из самых крупных внешнеполитических ошибок США, считает обозреватель The National Interest Тед Гален Карпентер. По его словам, Вашингтон создал «ужасный прецедент», который привёл к отделению Южной Осетии от Грузии и «российской аннексии» Крыма.
Reuters
В конце 90-х годов вскоре после вмешательства в боснийский конфликт Вашингтон «закрепил и усугубил свой просчёт» на Балканах, вступив в косовскую войну, пишет обозреватель The National Interest Тед Гален Карпентер. По его словам, в этот раз США даже не стали искать символического одобрения европейских держав и с самого начала играли первую скрипку.
В итоге после американских бомбёжек Сербии, продолжавшихся 78 дней, руководство страны было вынуждено уступить контроль над Косово оккупационным войскам НАТО. Их действие прикрывалось «фиговым листом» в виде резолюции Совбеза ООН. Несмотря на тесные связи с Белградом и давние интересы в регионе, Москва с неохотой приняла это предложение.
«Этот шаг продемонстрировал военную, экономическую и дипломатическую слабость России, вызванную распадом Советского Союза. Хотя российские власти были разгневаны политикой НАТО, они чувствовали, что практически ничего не могут поделать с вмешательством Запада в традиционную российскую сферу влияния», — рассуждает автор статьи.
Это вмешательство в косовский конфликт создало «ужасный прецедент». Считающийся оборонительным альянс США напал на страну, которая не атаковала его участников, проигнорировал протесты Москвы и силой отделил провинцию суверенного государства.
Ситуацию осложнили действия, предпринятые Америкой и её союзниками в начале 2008 года. Власти Косово хотели формально объявить о своей независимости, но было очевидно, что Россия и, возможно, Китай воспротивятся подобной инициативе. Тем не менее Вашингтон и страны ЕС «беспардонно» одобрили предложенную Приштиной декларацию, минуя Совет Безопасности ООН.
По словам Карпентера, это был «чрезвычайно спорный шаг». Более того, не все европейские страны поддержали подобную политику, опасаясь, что она будет иметь далеко идущие последствия. В частности, Испания беспокоилась, что это решение может усилить сепаратистские настроения среди басков и каталонцев.
Российские власти выступали категорически против этого шага и предупреждали, что несанкционированное действие Запада создаёт опасный, дестабилизирующий прецедент. Вашингтон отмахнулся от этих жалоб, утверждая, что Косово — это «уникальный случай». «Нелогичность и самоуверенность этой позиции были умопомрачительными», — признаёт автор статьи.
Вскоре западные державы выяснили, что их заявления о беспрецедентности косовской ситуации не делают её таковой. Россия продемонстрировала это спустя всего несколько месяцев в Южной Осетии. США и их союзники предсказуемо обвинили в грузинской войне Москву, хотя последовавшее расследование ЕС возложило большую часть ответственности на Тбилиси.
Конфликт продолжался всего пять дней, и после его завершения Кремль ясно дал понять, что усиленные российские войска продолжат защищать автономию Южной Осетии и Абхазии. Параллели с тем, как НАТО мешало Сербии вернуть контроль над Косово, были довольно очевидны.
Администрация Джорджа Буша и НАТО осудили «вторжение» и последующие действия Кремля в Грузии. Но подобно тому, как Россия оказалась практически неспособна как-либо повлиять на поведение альянса в Косово, западные державы зашли в тупик и могли разве что объявить Москве войну.
Косовский прецедент вновь стал преследовать США в 2014 году, когда Кремль увеличил военное присутствие в Крыму и использовал его для «наблюдения» за референдумом об отделении от Украины. Этот шаг стал прелюдией к «российской аннексии» полуострова и возмутил Вашингтон гораздо больше, чем «вторжение» Москвы в Грузию.
На пресс-конференции Барак Обама гневно заявлял, что России нельзя позволять «перекраивать границы Европы под дулом орудий». Однако никто из присутствовавших журналистов не поинтересовался у президента, что он думает о действиях НАТО в Косово, подчёркивает Карпентер.
Между тем косовская интервенция оказалась ещё большей внешнеполитической ошибкой
США, чем предыдущая операция в Боснии. Она усилила «весьма сомнительное» политическое движение «Армия освобождения Косова», которое неоднократно нарушало права человека.
Благодаря этой миссии НАТО стало всё больше трансформироваться из оборонительного военного альянса в механизм для проведения «агрессивных государствообразующих крестовых походов». Отделение суверенной территории силой создало тревожный пример в международной системе, сложившейся после окончания холодной войны, полагает автор статьи.
Вашингтон продолжил подрыв международного права, даровав независимость сепаратистскому образованию без одобрения Совбеза ООН. Эти меры создали разрушительные прецеденты, которые доставили Западу массу проблем.
«И последнее по счёту, но, разумеется, не по значению: действия США и их союзников по НАТО в Косово ещё больше отравили отношения с Россией. По каждому аспекту возглавляемая Америкой косовская миссия была недальновидной и контрпродуктивной», — заключает Тед Гален Карпентер.