Нас не напугать! Андрей Бабицкий

К нам возвращается явление, о котором мы, казалось, забыли, — терроризм. Его источник мне представляется вполне очевидным. Это радикальный ислам, с которым, мы были уверены, нашим спецслужбам удалось справиться. Выясняется, что нет, не удалось. У меня в Питере живёт брат, и я не могу ему дозвониться в течение всего дня, поэтому я страшно нервничаю.

Я рассчитываю, что с ним всё в порядке, но полной уверенности у меня в этом, естественно, нет. Мы снова оказались лицом к лицу со страшной опасностью, которая делает нас полем боя с античеловеческими, небытийными силами, совсем, как выясняется, не уничтоженными.

Что же, в этом смысле мы опять мало чем отличаемся от стран Западной Европы, где исламский терроризм стал едва ли не обычным фоном существования.

Что нам делать в этой ситуации, как себя чувствовать? Жить ли в оцепенении и ужасе, зная, что никто не гарантирован от очередной атаки террористов? Нет, я думаю, что именно этого от нас и ожидают. Собственно, цель террора — ввергнуть общество в состояние страха и кошмара. Нам это совсем не нужно. Задача — сплотиться, снова почувствовать, что опасность рядом и зорко приглядываться к малейшим деталям, которые могут дать представление о том, что тот или иной предмет может оказаться взрывным устройством, а человек, ведущий себя странно и беспокойно, террористом. Это задача общества.

Задача властей ещё более очевидная. Понятно теперь, что, после того как ваххабизм удалось задавить в Чечне и отчасти в Дагестане, спецслужбы стали благодушествовать, полагая, что проблема в целом решена. А то, что радикальный ислам цветёт пышным цветом в других регионах России, что он проник в тюрьмы, где всё большее количество заключённых русского происхождения принимают ваххабитские взгляды, об этом, кажется, перестали думать как о серьёзной угрозе.

Значит, надо вновь взламывать услужливо и самостоятельно закрытые двери в чуждый и страшный мир и выкорчёвывать зло во всех его разнообразных и скрытых обличьях.

Борьба с терроризмом — это задача планетарного значения, и крайне грустно, что мы оказываемся в ряду тех стран, которым придётся жить и умирать с этой проблемой. Но ничего не поделаешь. Чем мы лучше остальных? Ничем.

Радикальный ислам — это сеть небытия, плотно накрывшая собой всю планету. Будем рвать её путы совместными усилиями — обществом, спецслужбами, сотрудничеством с Западом, который может позаимствовать наш опыт и поделиться собственным.

Не всё так плохо!

И брат, наконец, отозвался.

Андрей Бабицкий, LIFE