Виктор Калнберз о латвийских баррикадах: нас обманули, подло и жестоко
Проблемы прибалтийских государств начались задолго до того, как их лидеры начали говорить о российской «агрессии». Еще вначале 1990-х годов народ Латвии был обманут политиками, пришедшими к власти.
О событиях, которые произошли в январе 1991 года в Риге, рассказал Виктор Калнберз, доктор медицины, хирург и академик. Калнберз навсегда запомнил произошедшее в те дни, ибо в тот момент по настоящему, как и все латвийцы, верил в независимость Латвии.
«Как тысячи жителей Латвии — верил в то, что во главе государства встанут честные, порядочные люди, которые поднимут производство и сельское хозяйство», — заявил врач латвийскому изданию Vesti.lv.
Он отмечает, что в тот момент в Латвии было много тех, кто наделся на лучшую жизнь. Виктор Калнберз помнит, как русские трудовые коллективы обращались с просьбой проголосовать за независимость.
«Народный Фронт обещал всем жителям страны равные права, и мне даже в самом страшном сне не могло присниться, что нас обманут», — подчеркивает врач.
В итоге были закрыты фабрики и заводы, а народные богатства были приватизированы в угоду ловким предприимчивым персонам. Академик также не ожидал, что общество ожидает раскол по национальному признаку и то, что русскоязычные граждане будут нагло обмануты, после чего последует решение о «нулевом варианте» гражданства.
«Нас и в самом деле обманули. Подло и жестоко. Разве мог я предположить, что мне откажут в гражданстве Латвии и придется добиваться восстановления справедливости через суд?!», — воскликнул Калнберз.
В заключении Виктор Калнберз рассказал, что страна просто была разворована, а от ее независимости осталось пустое место. Он отмечает, что Латвия не может принять никаких решений без согласования с Белым Домом, НАТО или ЕС. Латвия не перестает оглядываться, чтобы сначала посмотреть на реакцию Евросоюза или США, надеясь выбрать «правильный» вариант. Это коснулось и санкций в отношении РФ.
«Разруха, крах и несбывшиеся иллюзии — вот что осталось после баррикад. И самое ужасное, что с этим нам предстоит жить...», — подытожил Калнберз.