Бутлегеров приравняют к убийцам
В Госдуме собираются серьёзно ужесточить наказание за незаконный оборот и производство спиртных напитков. Штраф за подобные деяния предлагают увеличить до 10 млн. рублей, а тюремный срок — до 20 лет.
Соответствующие поправки в законодательство разработал депутат от ЛДПР Владимир Сысоев, сообщает RT. Он предлагает дополнить УК новой статьёй «Незаконное производство или оборот алкогольной продукции, повлёкшие за собой смерть или иные тяжёлые последствия». За производство, хранение и перевозку в целях сбыта или сбыт контрафактного алкоголя предусмотрен штраф в размере до 10 млн. рублей. За то же преступление, совершённое организованной группой, помимо штрафов, может грозить до 20 лет тюрьмы.
Сам Сысоев жесткость своей инициативы объяснил тем, что сейчас в нашем законодательстве нет инструментов, которые «могли бы остановить алкогольные ОПГ». И нет никаких рычагов, чтобы внятно «реагировать на очаги и рассадники алкогольного зла».
Между тем, статистика, как он выразился, «ужасает размахом этого кошмара». И даже трагедия в Иркутске, где жертвами массового отравления метанолом в конце прошлого года стали более семидесяти человек, на фоне общей беды выглядит «каплей в море». Счет жертв, на самом деле, идет на сотни тысяч.
По данным Роспотребнадзора, злоупотребление алкоголем приводит к преждевременной смерти около полумиллиона россиян ежегодно. От наркомании (для сравнения) смертность в пять раз меньше — сто тысяч в год.
Но помогут ли предложенные меры переломить эту устрашающую статистику?
— Чтобы не было трагедий, подобно иркутской, нужно вводить денатурацию метанола. Метилового спирта, который сегодня находится в свободной продаже, — считает руководитель Центра разработки национальной алкогольной политики Павел Шапкин. — Зайдите в интернет, цены — от 19 рублей за литр.
Метанол используется для технических целей. Но бутлегеры могут перепутать его с обычным этиловым спиртом и использовать как суррогатное сырье для контрафактной продукции. Поэтому метанол необходимо денатурировать — т.е. вводить при его изготовлении такие вещества, которые позволяли бы исключить его использование в пищевых целях.
Есть такое очень горькое вещество — «битрекс» называется, которое сегодня входит в перечень денатурирующих добавок. И существует даже законодательная база для того, чтобы ввести денатурацию метанола.
Собственно, для того чтобы исключить использование или попадание метилового спирта на рынок контрафактной алкогольной продукции достаточно издать постановление правительства о его обязательной денатурации. У кабмина для этого есть все законные полномочия.
Сам механизм денатурации, он давно отработан. Поэтому технических проблем особых здесь нет. Другое дело, что эти меры, которые давно назрели, почему-то не спешат реализовывать.
То есть, усиление уголовной ответственности, наверное, вещь важная. Но вряд ли поможет кардинально решить проблему контрафакта и последствий его употребления.
— Вы думаете, возможность «присесть» на двадцать лет нелегальных производителей не напугает?
— Производители «паленой» водки и сейчас прекрасно осведомлены о том, что им грозит в случае разоблачения, даже если они разливают не ядовитый метанол, а обычный этиловый спирт. Понятно, что это крест на всей своей жизни человек ставит. Поэтому увеличение наказания до двадцати лет, я думаю, по сути, мало что поменяет кардинально.
Тут есть еще один момент — сами производители контрафакта, они не пробуют на себе не сырье, которое используют, ни продукцию. Многие из них вообще алкоголь не употребляют. При этом торгуют спиртосодержащими суррогатами, которые оказываются смертельными.
— А может, чтобы люди не травились, надо, чтобы они просто меньше пили?
— Мы уже устали писать в правительство о том, что сокращать употребление алкоголя в стране нужно не только запретительными и административными мерами. Нужно снижать тягу населения к употреблению спиртного. А для этого, первым делом, нужно внести поправки в закон о СМИ. И убрать демонстрацию самого процесса пития с телеэкранов. Хотя бы до одиннадцати вечера. То есть, с 23.00 до шести утра — пожалуйста, смотрите ваши «Особенности национальной охоты», «рыбалки», и так далее. Но в течение дня телеканалам нужно прекратить трансляцию фильмов про пьянку.
Потому что сегодня почти в каждом фильме и отрицательные, и положительные герои — все подряд — не расстаются практически с рюмкой. И если люди это повседневно видят, то очень сложно им потом объяснить, что алкоголь вреден. А ведь телевидение в основном воздействует на детей. Именно дети, которые еще не разбираются во многом в силу возраста, перенимают такой образ жизни.
Нужно заставить работать Кодекс об административных правонарушениях, особенно в части ответственности взрослых, в том числе и родителей за вовлечение в пьянство несовершеннолетних. По крайней мере, об этой ответственности надо напоминать. Хотя бы показом социальной рекламой по телевидению вместо «пьяных фильмов», которая бы напоминала родителям об их ответственности перед собственными детьми
Тогда, может быть, через какое-то время ситуация начнет меняться. Но, опять-таки, это будет касаться только тех молодых людей, которые сегодня еще являются детьми. На взрослых уже бесполезно воздействовать.
— Почему?
— Потому что те, «самые умные», которые шли за «Клинским» в начале «нулевых», сегодня уже покупают «Боярышник» и клянчат деньги у метро на какие-то алкогольные суррогаты.
У нас, к сожалению, двойные стандарты. С одной стороны, мы на двадцать лет готовы сажать за изготовление контрафактного алкоголя. С другой стороны, у нас рекламируют пиво на телевидении — под видом безалкогольного напитка — в обход существующих ограничений. А Федеральная антимонопольная служба почему-то на это не обращает внимания. Хотя обязана.
И таких несоответствий очень много. Поэтому нам надо начинать системно над этим работать.
Исполнительный директор центра молодежных программ и проектов, вице-президент Международной академии трезвости Андрей Головин согласен с тем, что люди, занимающиеся нелегальным производством спиртных напитков, должны понимать, что их деятельность уголовно наказуема:
— Я вообще сторонник того, чтобы каждый человек понимал свою ответственность за все, что он делает. Тем более, когда по его вине умирают люди от контрафакта. Поэтому ужесточение ответственности здесь, мне кажется, политика в целом правильная. Главное, чтобы не было популизма и перекосов уже в правоприменительной практике.
В то же время наши законодатели и государство должны, как мне кажется, все-таки более активную роль играть в плане снижения спроса на алкогольные изделия. То есть, чтобы у населения не было мотивации к употреблению спиртного. Сегодня государство работает в этом направлении очень слабо. Между тем, активная просветительская работа должна вестись на всех уровнях постоянно. А у нас до сих пор ежегодно почти полмиллиона людей погибает от алкоголя.
Причем, надо понимать, откуда складывается эта цифра.
— Поясните.
— Многие люди — особенно производители алкогольной продукции — в главную повестку борьбы с алкоголизмом ставят именно борьбу с контрафактом. Это неверная позиция. Это лишь часть общей антиалкогольной политики.
Фальсификат ежегодно убивает где-то 40 тысяч человек. Откуда тогда взялись остальные 460 тысяч? А это как раз прямые и косвенные причины употребления легального алкоголя — пьяное ДТП, пьяная драка, убийство, смертность от «пьяной» болезни…
Поэтому когда мы говорим об антиалкогольной политике, то здесь наша задача не допустить, чтобы человек употребил алкоголь, и потом это еще привело к таким тяжким последствиям. Поэтому борьба контрафактом это лишь одна из частей работы, хотя, конечно, контрафакт надо запрещать.
С другой стороны, получается, что мы сейчас всю вину за последствия этого алкогольного произвола на самих людей перекладываем. Но к чему это приведет? Население, оно же не виновато в том, что сегодня сложилась такая ситуация, при которой пропаганда алкоголя у нас идет из каждого утюга. Государство должно не только карать и ужесточать, оно должно вести грамотную антиалкогольную просветительскую политику. Должно объяснять гражданам, почему нельзя пить, почему нельзя пьяным водить машину… Почему вообще трезвым жить лучше.
Между тем, на федеральном уровне у нас сегодня даже нет общественного совета по антиалкогольной проблеме, куда были бы допущены общественные активисты от гражданского общества. В эти советы входят, как правило, чиновники и представители алкогольных производителей. А они, как известно, отстаивают свои интересы.
Источник - Свободная Пресса .