Дипломатическая пауза
Россия весьма удачно закончила 2016 год. Переход Турции из лагеря оппонентов в лагерь союзников России в Сирии позволил организовать переговоры по урегулированию сирийского кризиса, которые 23 января начнутся в Астане «на троих» (Россия, Турция, Иран). Символичен уже факт переноса переговорной площадки из европейской Женевы. Но ещё важнее смена формата. За столом отсутствуют страны Залива и государства ЕС. США же приглашены в качестве наблюдателя. Таким образом, Москва, Тегеран и Анкара демонстрируют даже не свои возможности по контрою ситуации в Сирии, а контроль над всем Ближним Востоком.
Немаловажен и уход Обамы. И не потому, что Трамп будет пытаться достичь с Россией взаимоприемлемого компромисса. Пытаться то он, конечно, будет, но вот достигнет ли? Просто с уходом администрации Обамы глобалисты теряют контроль над ведущей страной западного мира, обостряются противоречия между США и ЕС, в котором пока глобалисты позиции удерживают. Они временно лишились возможности выступать единым фронтом. В начале 2017 года очевидно приоритетным для Запада становится внутренний конфликт между глобалистами и националистами.
Если к тому времени, как он будет разрешён, России, Турции и Ирану удастся выработать взаимоприемлемый формат урегулирования сирийского кризиса и сконцентрироваться исключительно на подавлении недоговороспособных группировок, переговорная позиция Москвы по потенциальному компромиссу с Трампом резко укрепится. Ближний Восток для Запада – ключевая стратегическая точка, а Сирия сегодня – ключ к Ближнему Востоку. Если Запад не смог захватить её военным путём, ему придётся договариваться с Россией на российских условиях – здесь уже особо не поторгуешься.
Но это способно в корне изменить и ситуацию на Украине. Для обеспечения учёта своих интересов на Ближнем Востоке Запад будет готов к любому формату урегулирования украинского кризиса. Всё равно от Украины толку никакого – она скорее балласт, чем приз как для Европы, так и для США. При этом понятно, что Россия не планирует за свой счёт убирать мусор за Западом. То есть, вокруг сумм, которые ЕС, США, МВФ выделят на восстановление Украины Запад может поторговаться. Можно поспорить также по срокам выделения необходимых средств. Но вот по такому принципиальному вопросу, как сам формат урегулирования, очевидно торговли не будет.
Минский формат необходимо будет реализовать, превратив Украину, под лозунгом децентрализации в федерацию настолько мягкую, что правильнее было бы назвать её конфедерацией. Нацистские банды придётся разоружить, даже если они уже считаются регулярными подразделениями вооружённых сил и национальной гвардии. Виновные в военных преступлениях и преступлениях против человечности должны будут ответить перед судом.
Впрочем, всё это произойдёт только в том случае, если Украина как целостное государство доживёт до появления на Западе конструктивного подхода к урегулированию данного кризиса. Ситуацию в Киеве сейчас правильно описать термином «гонка на выживание». Официальная власть в лице Порошенко судорожно пытается получить хоть какие-то «знаки внимания» Запада, которые можно было бы истолковать как поддержку. Петру Алексеевичу необходимо дотянуть до того счастливого момента, когда можно будет начать очередной раунд консультаций в нормандском формате. Во-первых, переговоры традиционно можно будет представить в украинских СМИ как великий дипломатический успех Порошенко. Во-вторых, сам факт участия Порошенко в переговорах несколько укрепит его позиции внутри Украины – нельзя же подрывать позиции власти в тот момент, когда она на последнем рубеже защищает национальные интересы.
Одновременно, политические оппоненты Петра Алексеевича всё настойчивее требуют досрочных выборов, мотивируя свою позицию тотальным недоверием народа к власти и постепенной утратой властью контроля над ситуацией в стране. Причём как минимум часть этих оппонентов опирается на хорошо вооружённые и очень не любящие Порошенко нацистские подразделения национальной гвардии и вооружённых сил (вроде широко известного, но далеко не единственного в этом роде, полка «Азов»). Пока Порошенко пугают, чтобы отдал власть по-хорошему. Но в любой момент может случиться по-плохому.
Таким образом, чем раньше состоится очередной раунд переговоров в нормандском формате, тем больше шансов у Порошенко продержаться у власти пару лишних месяцев.
Есть и ещё один момент, заставляющий как Киев, так и Запад желать скорейшего проведения переговоров. В апреле должны состояться выборы президента Франции, на которых победит либо умеренный националист Франсуа Фийон, либо более радикальная Марин Ле Пен. Шансов нет не только у Олланда или социалистов, но у политиков, открыто поддерживающих прежний курс, диктовавшийся глобалистскими элитами. Следовательно, позиция Франции станет более гибкой – однозначной поддержки любой своей глупости или подлости Порошенко от Елисейского дворца больше не дождётся. Новый президент никак не связан с обременительным украинским кризисом, не несёт за него ответственности и значительно более свободен в манёвре.
Таким образом, после апрельских выборов во Франции переговорные позиции Украины ухудшатся. Более того, крайне сомнительно, что едва вступивший в должность президент не найдёт ничего более важного, чем очередная встреча в нормандском формате. Ему (ей) необходимо будет какой-то время на ознакомление с ситуацией, выработку позиции, подготовку к переговорам.
Но, как было сказано выше, Порошенко не может ждать. Под ним в Киеве кресло уже не шатается – горит. Да и Меркель не с руки терять поддержку вечно дремлющего, но полностью с ней во всём согласного Олланда.
Поэтому следует ожидать, что в течение ближайших месяцев Париж и Берлин будут оказывать на Москву серьёзное давление, настоятельно требуя провести очередные переговоры в нормандском формате как можно скорее. Киев, скорее всего, попытается «подсобить» им, устраивая вооружённые провокации на линии соприкосновения. Запад традиционно использует любую подобную провокацию как аргумент в пользу того, что надо срочно собраться за столом переговоров и всё обсудить. Не исключены и попытки давить на жалость – мол, уходящего Олланда надо проводить, устроить ему прощальный саммит и т.д. Если выторгуют встречу, то под тем же предлогом попросят что-нибудь уступить, чтобы Олланд красиво ушёл.
Однако, с точки зрения российских интересов, встреча в нормандском формате в ближайшее время если и не вредна, то абсолютно бессмысленна. Решить что-то всерьёз и надолго с тремя «хромыми утками» всё равно невозможно. Кроме того, России целесообразно дождаться общего усиления своей международной позиции по итогам переговоров в Астане по урегулированию сирийского кризиса, а также по результатам первых шагов по воплощению достигнутых договорённостей. К лету также должна определиться ситуация во взаимоотношениях США и ЕС, прояснится содержание внешней политики Трампа, станет ясно, насколько возможен компромисс с Западом и, если да, то на каких условиях.
Чем сильнее будет общая позиция России, тем лучшие условия можно будет получить по Украине. Москве необходимо в ходе переговоров развести вопрос установления своего доминирующего политического влияния на Украине и финансового участия в восстановлении украинской экономики. Это единственное узкое место, но пройти его будет непросто. Кредиторы Украины захотят гарантий выплаты государственного и гарантированного государством долга в общей сумме около 70 миллиардов долларов США. В не меньшую сумму обойдётся украинский «план Маршалла».
Естественно, наши западные партнёры, сбрасывая с плеч украинский политический балласт, попытаются передать России и его финансовые обязательства. Для Москвы же важно, чтобы Запад восстановил разрушенное за свой счёт. При этом чем серьёзнее будут российские успехи на других направлениях и чем сильнее будет шататься режим Порошенко, тем к большему конструктивизму в переговорах будет склонен тот же ЕС.
Так что Россия может совершенно спокойно взять паузу в переговорах на украинском направлении. А Олланда, чтобы ему не так грустно было уходить, можно наградить орденом. Российского у него ещё нет.
Ростислав Ищенко