Запад неправильно понял Путина
Jyllands-Posten, Дания
Йетте Эльбэк Маресса (Jette Elbæk Maressa)
Восстание в Сирии началось в марте 2011 года с нескольких граффити о том, что народ хочет свергнуть режим. Как известно, режиму это не понравилось, и ответил он очень жестко.
После нескольких месяцев кровопролитных боев тогдашний министр иностранных дел (Дании) Лене Йесперсен (Lene Espersen) провела в Нууке пресс-конференцию вместе с госсекретарем США Хиллари Клинтон. США поспешили успокоить: «Президент Асад скоро окажется в тотальной изоляции», — заявила Хиллари Клинтон, в то время как Лене Йесперсен согласно кивала.
Весной 2011 года президента России звали Дмитрий Медведев, он показал себя как человек вполне приемлемый. В ноябре 2010 года, за три месяца до восстания в Сирии, он принимал участие в саммите НАТО в Лиссабоне. Была и рота почетного караула, и красная ковровая дорожка — ведь это был не просто саммит, а историческая оттепель между Западом и Россией после того, как после войны в Грузии в 2008 году отношения были заморожены.
«Мы считаем Россию партнером», — заявил Барак Обама. Премьер-министр Ларс Лёкке Расмуссен аплодировал с боковой линии. И, возможно, именно эти исторические слова музыкой отзывались в слуховых проходах, когда США и Европа в течение долгого времени делали ставку на то, чтобы догнать Россию в сирийском конфликте.
В июне 2012 года Хиллари Клинтон вновь провела пресс-конференцию с датским министром иностранных дел. На этот раз в Копенгагене.
«Сирийцы нас не слушают. Возможно — и только возможно — что они слушают русских, поэтому на них мы тоже давим», — сказала Хиллари Клинтон, в то время как Вилли Сёвндал (Villy Søvndal) согласно кивал с боковой линии. Накануне Рождества он, тем не менее, предсказал, что режим Башара Асада в 2013 году падет.
Пресс-конференция с участием Хиллари Клинтон и Вилли Сёвндала в Копенгагене произошла через месяц после того, как Владимир Путин вновь стал президентом России. Многое указывает на то, что Запад неправильно понял новую реальность.
Из нового доклада Академии Вооруженных сил Дании «Внешнеполитические операции России во времена Путина» следует, что Запад привык к тому, что Россия не слишком интересуется «арабской весной». Россия молчаливо кивала, когда речь зашла о нападении на Ливию в 2011 году, но, конечно же, не представляла себе, что резолюция ООН может быть использована ради свержения Каддафи.
Стало ясно, что на карту поставлено что-то важное, но «настоящее изменение в восприятии Россией действительности явно обозначилось только тогда, когда Путин вновь стал президентом, когда была проведена линия на песке», — пишут авторы доклада Сара Гандруп (Sarah Gandrup) и Кристиан Холм (Christian Holm).
Россия не поверила заявлениям Запада о правах человека и демократии. Для Кремля Сирия стала жесткой геополитической игрой и вопросом о силе и влиянии России.
Двумя годами позже США сами предоставили России шанс достичь цели, когда Обама сначала не стал подкреплять силой свои слова о красной черте, а потом и госсекретарь Джон Керри дал возможность решения вопроса о химическом оружии путем переговоров. Россия за этот шанс ухватилась, и, таким образом, сентябрь 2013 года стал поворотным пунктом и очевидной победой России, утверждают авторы доклада.
По состоянию на конец 2016 года: Россия не сдалась, Алеппо пал, а Западу остались только пустые слова:
«Ответственность за жестокие нарушения несет только режим Асада и его союзники, Россия и Иран», — завил Обама на своей пресс-конференции в пятницу.
Датский министр иностранных дел Андерс Самуэльсен (Anders Samuelsen) даже попросил своего посла в Москве выразить протест в российском Министерстве иностранных дел, но ему хватило чувства реальности для того, чтобы добавить, что «западные демократии немного могут сделать, если Асад и Россия решили пойти в этом деле до конца».
Йетте Эльбэк Маресса (Jette Elbæk Maressa) — корреспондент отдела международной политики