Глава KNAB: кто-то из депутатов мне может отомстить

Упреки в политической ангажированности действий Бюро по борьбе и предотвращению коррупции (KNAB), пожалуй, сопутствуют всей истории его существования. И не всегда безосновательно — это признает и сам руководитель KNAB Ярослав Стрельчонок.

Ведь он хорошо помнит, когда добросовестность коллег вызывала большие сомнения даже у него самого, а руки оказывались связаны — достаточно вспомнить абсурдный сериал с попытками Стрельчонока уволить своего же зама Юту Стрике.

 

В начале октября Верховный суд отменил и другое кадровое решение главы KNAB. А уже в ноябре парламент будет решать о новом руководителе бюро. По признаю Стрельчонока, иллюзий на свой счет у него нет: среди депутатов вполне могут найтись те, кто захочет ему отомстить.

 

В интервью программе Латвийского радио 4 «Действующие лица» Стрельчонок пояснил, что как раз сейчас разгорается новый Юрмалгейт, в котором замешаны сразу две политические партии — «От сердца — Латвии» и Союз «зеленых» и крестьян. Он не исключил, что на голосовании 16 ноября это ему могут припомнить.

 

«Вот сейчас очень часто говорят, почему, мол, это задержание произошло именно сейчас, перед выборами руководителя KNAB. Здесь я хотел бы задать риторический вопрос: а заинтересован ли я в этом как руководитель?».

 

«Мы называли имена партий, которые замешаны в этом деле — Союз «зеленых» и крестьян, «От сердца — Латвии». За мою кандидатуру будут голосовать в парламенте. Меня могут переизбрать, а могут нет. Кто-то из депутатов может просто мне отомстить таким образом», — сказал глава KNAB.

 

При этом он добавил, что действия бюро были полностью согласованы с прокуратурой и судом.

 

«Задержание предпринимателя Юлия Круминьша и мэра Юрмалы Гатиса Труксниса было связано с незаконным финансировании политических партий. Запрещено финансировать политические партии используя посредников и используя средства свыше 18,5 тыс. евро. Это основной момент, по которому мы оцениваем законность финансирования.

 

Решение конечно примет суд, но у нас есть обоснованные подозрения. Я хочу заметить, что на протяжении долгого периода времени до задержания мы работали с информацией, полученной оперативным путем. Которую, замечу, надзирала прокуратура. После того, как мы передаем информацию в следственный отдел для возбуждения уголовного дела, дальнейшие санкции мы получаем от суда. Они перепроверяют обоснованность того, что мы будем делать», — акцентировал Стрельчонок.

 

Глава бюро абсолютно уверен, что сегодня любые спекуляции о политической ангажированности KNAB неуместны. Но вместе с тем признает, что несколько лет назад ситуация едва ли не вышла из под его контроля, когда его подчиненные пытались вести свою игру в угоду определенным политическим силам.

 

«Этот вопрос был очень актуален 4-5 лет назад, и для меня он был очень болезненным. Внутри учреждения мы по этому вопросу очень много работали, и у меня, как у руководителя, было много вопросов к руководителям блока борьбы с коррупцией, к моему бывшему заместителю Юте Стрике. Например, почему я или пресса узнаю о каких-то активных действиях KNAB раньше, чем, грубо говоря, следователи; почему мы проводим какие-то активные мероприятия именно в период выборов, а не до или после них. Ответы на эти вопросы я не мог получить, и были признаки, что все было специально так спланировано», — заявил Стрельчонок.

 

Несмотря на все это, уволить неблагонадежных сотрудников главе бюро попросту не позволили. Вмешиваются со стороны в его прямые обязанности и сегодня — это позволяет несовершенство законодательства, с которым Стрельчонок, по его словам, пытается бороться уже несколько лет.

 

«Меня как работодателя и как налогоплательщика волнует вопрос проигранных судов и выплаченных компенсаций с точки зрения совершенства законодательства.

 

В 2012 году мы уже поняли, что закон оставляет пространство для интерпретаций норм таким образом, что недобросовестного работника невозможно уволить. Он может приходить на работу и ничего не делать или даже не приходить вовсе, но получать зарплату. Как работодатель и как налогоплательщик я не хочу держать таких лодырей.

 

Поэтому в первую очередь были приняты решения об освобождении работников (конечно же, за этим последовали судебные тяжбы). А во-вторых, в конце 2012 году мы подняли вопрос о несовершенстве закона, регулирующего деятельность KNAB. В 2013 году была создана рабочая группа, которая закончила свою деятельность к концу года. С сентября 2013 года по апрель 2016 года мы пытались изменить закон. Если бы нам это удалось, то ни судов, ни проигрышей не было бы», — считает руководитель бюро.

 

Стрельчонок подчеркнул, что изменениям в законодательстве препятствовала как общественная организация Delna, успевшая «кардинально поменять свое отношение к закону», так и теперь уже экс-премьер Лаймдота Страуюма («Единство»). Тем не менее он выразил надежду, что изменения в законе все-таки будут приняты и недобросовестные сотрудники больше не смогут пользоваться брешью в законе. Что касается самого бюро — то оно, уверен Стрельчонок, встало на правильную колею.

 

«Я хочу закончить свой срок со спокойной совестью. Как я пришел на эту должность с позицией, что все перед законом равны и учреждение обязано задать любые вопросы по нашей специфике любому, вне зависимости от к какой политической партии принадлежит должностное лицо, какой у него статус и какое материальное состояние».

«И мы эти вопросы будем задавать. И мне очень приятно, что в любом случае учреждение на эти рельсы уже встало и будет проводить такую политику и дальше», — признался глава KNAB.

 

Кроме того, Стрельчонок рассказал о собственных наблюдениях, накопленных за годы работы в бюро.

 

«Я в бюро работаю уже с 2003 года, то есть больше 13 лет. Начинал как специалист, главный специалист, руководитель Отдела по контролю за деятельностью должностных лиц.

 

Можно построить такую пирамиду: есть часть людей, которым не важно — писан закон, не писан — они все равно возьмут взятку; другой части (она чуть побольше) нужно погрозить пальцем, может, где-то административно их наказать, предупредить, и для них этого будет достаточно, они поймут. А есть те, которым коррупция неприемлема. Есть закон, нет закона — они бы все равно не стали работать на свой карман, на своих родственников.

 

Они будут честно выполнять свою работу. Есть такие люди», — настаивает руководитель KNAB.

 

Вместе с тем Стрельчонок, впрочем, признает, что коррупция — неискоренима...

 

«Я не буду идеалистом, коррупция также стара и неискоренима, как и проституция. Здесь можно провести аналогию — должностное лицо просто продается за определенные средства.

 

Если говорить о коррупции во власти, то у некоторых всегда будет соблазн заполучить какую-то часть госфинансирования или госбюджета для себя, своих родственников или своего бизнеса. Поэтому работа была, есть и будет, но мы все должны стремиться к идеалу и своим отношением не давать повода должностному лицу вымогать, а если он делает это — сообщать.

 

Открытой коррупции на административном уровне стало намного меньше. Уже не так, как 10-15 лет назад, когда направо и налево безнаказанно требовали и получали взятки. Но что касается закупок, то проблема коррупции остается актуальной в строительстве, медицине, в политике. Остается определенный соблазн и у влиятельных представителей политических партий», — заключил глава бюро.