Какие черти вылезли из пробирки
Глава Олимпийского комитета России Александр Жуков объявил, что уже нынешней осенью Госдума примет закон об уголовной ответственности за допинг. Важный шаг — только вот кому навстречу? На прошедшем недавно саммите Международного олимпийского комитета говорили о реформе всей мировой системы допинг-контроля. Но удастся ли МОК совладать со своим детищем — Всемирным антидопинговым агентством (ВАДА)?
Мы, безусловно, больше других натерпелись от колдунов из ВАДА. Достаточно сказать, что Игры в Рио-2016 пропустила треть нашей олимпийской сборной и вся паралимпийская. Но теперь уже перед остальным миром встали вопросы: хороша ли система, требующая стольких жертв якобы ради благой цели, и в чьих интересах она работает? Скандал с россиянами всколыхнул тихую заводь лабораторий и чиновничьих кабинетов. «Может быть, сегодня по имиджу российского спорта и нанесен удар, но в целом Россия стала катализатором перемен. Все понимают, что нужны определенные стандарты антидопингового контроля», — резюмировал Виталий Мутко, с этой недели уже вице-премьер.
Особо возмутительным выглядит принцип коллективной ответственности за прием допинга, проповедуемый ВАДА. Причем агентство собирается применять его и дальше. После осенних кибератак на серверы ВАДА его глава Оливер Нигли дал понять, что ответственность за действия хакеров (неустановленных!) могут понести все те же... российские спортсмены. «Преступные действия ставят под угрозу работу по восстановлению доверия к России», — грозит Нигли.
Подозрительную активность борцы с допингом развили в области перепроверки анализов прошлых лет. Из-за чего у России к настоящему моменту отобрали почти два десятка олимпийских медалей Пекина-2008 и Лондона-2012. В том числе и таких знаковых, как золото Юлии Зариповой, серебро Марии Абакумовой, бронзу Анны Чичеровой... И это явно не предел. Так каков максимальный «срок годности» допинг-проб? Ходят слухи, что перепроверке подвергнутся и пробы из Афин-2004 и Сиднея-2000. А это пахнет уже глобальным переписыванием олимпийской истории. К чему это ведет? Наш борец Бесик Кудухов, погибший в автокатастрофе в 2013 году, был посмертно лишен медали Лондона-2012. Медаль должна отойти индийцу Йогешвару Датту, но... «Медаль должны закрепить за Бесиком. Это будет уважительно по отношению к его семье. Человеческое сострадание для меня превыше всего», — заявил Датт.
Весной ВАДА село в лужу из-за внесения в допинг-лист мельдония. Аналоги безобидному препарату существуют в западных странах — но запретили именно мельдоний, популярный в России и странах СНГ. И на таком фоне вдруг всплывает история с «терапевтическим использованием» бесспорного допинга, санкционируемым ВАДА при наличии якобы медицинских показаний у спортсменов. Это не просто аскорбинка, а гормоны-анаболики, опиоды, риталин, дающие реальный перевес в соревнованиях. Подобная система заработала еще в 2004-м, и к настоящему времени лучше всего ее освоили американцы, среди которых теннисная звезда Серена Уильямс и олимпийская чемпионка по гимнастике Симона Байлс. На долю спортсменов из США приходится треть легального допинг-подкорма: в прошлом году они получили почти 600 подобных разрешений, а, к примеру, норвежцы — в 10 раз меньше. «Терапевтическое использование» разрешили и россиянам: в Рио-2016 таких было четверо. Выводы делайте сами...
Данные этой программы были засекречены, но теперь благодаря хакерам мир увидел во всей красе вопиющее несоответствие моральных и юридических норм. Неслучайно против нее высказались зарубежные звезды. «Если спортсмену нужно запрещенное лекарство, то это означает, что он болеет. А если он болеет, то должен отдыхать», — рассуждает биатлонист Мартен Фуркад. «Существует реальная проблема из-за того, что получить разрешение на допинг легко, и спортсмены этим пользуются», — признал велогонщик Николас Роч.
Недоумение вызывают и «расследовательские» методы ВАДА. К примеру, знаменитый доклад Макларена, на основе которого сборная России чуть не пропустила Рио-2016, состоял из показаний одного человека — эмигрировавшего в США Григория Родченкова, якобы занимавшегося подменой проб в Сочи-2014. Версию другой стороны Макларен не изложил и вообще в Россию приехать не удосужился. «Спортивные организации не могут брать на себя обязательства полиции», — жалуется экс-глава агентства Ричард Паунд. Но можно ли наказывать спорт-сменов на основе опусов такой организации?
Доклад Макларена в итоге стал яблоком раздора между ВАДА и МОК. Антидопинговое агентство, которое сам же Олимпийский комитет когда-то и создавал, раскритиковало МОК за недостаточную жесткость к россиянам и при этом демонстративно отказалось предоставить детали доклада. Ситуация, описанная во «Франкенштейне»: возмужав и окрепнув, дитя обнаружило, что больше не хочет подчиняться родителю...
Но МОК так просто не сдался. Его глава Томас Бах выступил с призывом «целиком пересмотреть» деятельность ВАДА. Некоторые члены МОК пошли еще дальше, уличив ВАДА в «самовосхвалении» (Херардо Вертейн, Аргентина) и разрушенной репутации (Алекс Гилади, Израиль), призвав создать совершенно новую антидопинговую структуру (Ларри Пробст III, США).
На сегодняшний момент предлагаются разные подходы: от полной независимости ВАДА и наделении его сверхполномочиями по ведению следствия и наказанию виновных (предложение антидопинговых агентств 17 стран), до прозрачности и подконтрольности деятельности агентства (вариант МОК). На октябрьском саммите в Лозанне члены МОК предложили свести роль ВАДА к функции тестовой лаборатории, а правовую сторону передать в Спортивный арбитражный суд (CAS). В ВАДА готовятся дать ответ на исполкоме 20 ноября.
Слово эксперту
Николай Дурманов, экс-глава московской антидопинговой лаборатории
— Интересы МОК и ВАДА после Игр в Рио разошлись. Для МОК в приоритете проведение соревнований на должном уровне, поддержание нужной экономической температуры, то есть обеспечение потока спонсоров, рекламодателей. А интересы ВАДА сосредоточились на приуроченных к главным турнирам скандалах. Очевидно, что нельзя дать превратиться ВАДА во второй (а, может быть, и первый) центр власти в мировом спорте, совершенно не подконтрольный никому.