Лунная дымзавеса. Анатолий Вассерман

Генеральный конструктор и генеральный директор днепропетровского (не принимать же всерьез «декоммунизационное» переименование бывшего Екатеринослава, а ныне Днепропетровска в Днепр) конструкторского бюро «Южное» Александр Викторович Дегтярёв потряс мировую общественность. По его словам, Украина может возобновить отправку людей в космос и создать базу на Луне. Украина, по Дегтярёву, входит в пятерку стран, располагающих необходимыми кадрами и технологиями, и надо только продвигать их на рынке, поскольку для осуществления грандиозных планов не хватает только денег.

Для специалистов здесь веселее всего выглядит употребленное Дегтярёвым слово «возобновить». Создатель днепропетровского ракетостроительного комплекса Михаил Кузьмич Янгель (1911.11.07–1971.10.25) занимался исключительно военным космосом. Правда, тяжелые межконтинентальные ракеты, созданные там, заодно использовались под маркой «Зенит» для запуска спутников разного назначения да боковые секции сверхтяжелой ракеты «Энергия» сделаны на базе тех же «Зенитов». Но «Энергия» вывела в космос многоразовый корабль «Буран» только однажды — и без экипажа: он даже приземлился на автопилоте. Так что космические средства Украины никак не могут возобновить запуск космонавтов — могут только начать с нуля.

Впрочем, по мнению большинства обсуждающих заявление Дегтярёва, главное — напоминание о нехватке денег. Украина еще в мирное время печально прославилась казнокрадством и коммерческим расхитительством, рекордным даже на общем фоне осколков былого Союза. Достойное продолжение давней традиции: в вооруженных силах Российской империи выходцы с Малой Руси считались самыми вороватыми среди всех интендантов. А уж после государственного переворота 2014.02.22 террористы, захватившие Киев, не только сами грабят все, до чего дотянутся, но и прочим гражданам Украины создали комфортные условия для разноБЕЗобразных способов неправедной наживы. Естественно, слова Дегтярёва восприняты как обычный в оккупированной террористами части юго-запада России призыв: подайте на бедность, а мы уж наобещаем рано или поздно что-то сделать взамен.

Увы, если бы все дело сводилось к попрошайничеству под обещания!

На протяжении всей постсоветской истории преобладающим устремлением всех желающих чувствовать себя независимыми (в том числе и от реальности) властителями Украины остается уничтожение всех (и культурных, и хозяйственных) ее связей с остальной Россией. Ведь украинцы — такая же своеобразная и такая же неотъемлемая, как архангелогородцы, белорусы, сибиряки, уральцы, часть русского народа. Не зря говорят: когда Украина провозгласила независимость, остальная Россия потеряла меньше 1/10 своих просторов, а сама Украина — более 9/10 своих. Смириться с такой потерей русское большинство граждан Украины сможет, только забыв о былой общей родине.

А еще лучше — решив, что родина их бросила. Поэтому с самого начала укронезависимости власть позиционировала доставшуюся ей окраину как нечто не просто отдельное, а враждебное остальной России. Ответные шаги вынужденной самозащиты укрохозяева объявляли доказательствами подлых агрессивных замыслов клятых москалей.

Чем выше технология, тем больше возможных ее применений в оружии. От политики самоизоляции Украины сильнее всего страдает высокотехнологичная часть ее хозяйства. Николаевские судостроительные заводы, в советское время способные создать мощнейшие боевые корабли (а заодно — танкеры предельно допустимого для прохода через Босфор водоизмещения: 180 тыс. тонн), лишившись возможности работать по заказам РФ, давно заглохли. Харьковский «Турбомаш» выживал только поставками оборудования для российских атомных электростанций и только до тех пор, пока его не начали производить в самой РФ. Днепропетровский «Южмаш» делал ракеты «Зенит» в рамках совместных с РФ космических программ вроде «Морского старта» да дорабатывал для установки на американских ракетах старые двигатели НК-33, созданные под руководством Николая Дмитриевича Кузнецова (1911.06.23–1995.07.31) еще в конце 1960-х для советской лунной программы. Затем российский «Энергомаш» создал по американскому заказу новые двигатели, не нуждающиеся в дополнении для стыковки с тамошними баками да трубами, и бизнес «Южмаша» заглох.

Разработчики не могут долго действовать в отрыве от серийного производства. Как только Санкт-петербургский завод имени конструктора Владимира Яковлевича Климова (1892.07.23–1962.09.09) освоил всю номенклатуру турбовинтовых двигателей запорожского завода «Мотор-Сiч» и авиастроение РФ перестало нуждаться в поставках с Украины, львиная доля персонала из Запорожья перекочевала в Питер. Точно так же сотрудники «Южмаша» двинулись на российские предприятия того же профиля еще задолго до переворота — как только стало ясно, что РФ рано или поздно заменит старые днепропетровские разработки собственным производством. Переворот с запретом на почти любое взаимодействие Украины с остальной Россией только ускорил процесс, порожденный чисто экономической причиной: при разделе страны ее части страдают и теряют производство тем быстрее, чем они меньше.

Сейчас самые высокотехнологичные (и, значит, в нормальной экономике самые высокодоходные) отрасли экономики Украины не просто парализованы, а практически разрушены. Самые высококвалифицированные их сотрудники либо перешли на подножный корм, либо перебрались на работу по специальности туда, где эта работа востребована — в РФ, либо ведут переговоры с коллегами, дабы обеспечить себе трудоустройство сразу после переезда.

Еще недавно Украина и впрямь располагала технологиями и специалистами, полезными для участия — вместе с остальной Россией — во многих особо сложных работах, включая даже выход на Луну. Теперь же слова Дегтярёва о нехватке денег маскируют безнадежную утрату того, без чего деньги заведомо бесполезны, — людей, способных решать новые задачи. Красивое обещание — дымовая завеса, скрывающая разрушения, причиненные независимостью Украины от остальной России. 

Без воссоединения не будет восстановления.