"Мы нарвёмся": да, Украина сумеет нанести ядерный удар
Экс-директор Чернобыльской АЭС, а ныне советник генерального директора Национального научного центра «Харьковский физико-технический институт» Михаил Уманец ничего нового на своей пресс-конференции в УНИАН не сказал. Просто систематизировал то, что говорили и до него и одновременно с ним многочисленные специалисты как из Украины, так и из Российской Федерации и даже из МАГАТЭ.
Если коротко: по причине жадности, бедности, глупости и непрофессионализма Украина как никогда близка к концу своей когда-то самой передовой в могущественном СССР ядерной энергетики. Сроки эксплуатации одиннадцати из пятнадцати действующих энергоблоков украинских АЭС истекают в ближайшее время, стабильность работы станций находится под угрозой.
Они просто старые. А денег на продление нашли совсем немного: из пятнадцати атомных энергоблоков Украины срок эксплуатации продлен только для четырех — на десять и двадцать лет. И тут опять-таки нет ничего удивительного: стоимость продления срока эксплуатации для одного блока того типа, что используется в украинской ядерной энергетике, в среднем составляет 300 миллионов долларов США.
И его продление для одиннадцати энергоблоков обойдется Украине очень дорого, таких ресурсов на этой территории просто математически нет.
И тут, в принципе, можно говорить просто о постепенном угасании украинской ядерной энергетики как таковой: просто, в качестве примера, - если не найти денег, скажем, на продление сроков эксплуатации крупнейшей на современной Украине (шесть энергоблоков) Запорожской АЭС к 2017 году, то ее эксплуатацию нужно, согласно техническим регламентам, прекращать. Ну, а к 2020 году при текущих трендах некогда цветущая республика может потерять уже более половины мощностей, причем, чем их восполнять, не знает вообще никто.
Но даже и это – не самое страшное, увы.
В конце концов, мужественное руководство нынешней «незалежной» территории не раз говорило, что никакие трудности, стоящие перед населением, его стремление к свободе и непреходящим ценностям ни под каким видом не остановят.
Тут хуже другое.
В 2015 году на АЭС Украины было задокументировано 15 нарушений, квалифицированных в соответствии со шкалой INES (Международная шкала ядерных событий), что в 1,5 раза больше, чем в 2014 году.
А в 2016 году только за первые пять месяцев на украинских АЭС зафиксировано уже семь нарушений, что вдвое больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Плановых же, или объявленных таковыми, отключений АЭС было четырнадцать, что также вдвое больше, чем в прошлом году.
И вот это – уже по настоящему страшно, потому как атомная энергетика, как говорит нам опыт станции, аварию на которой украинский эксперт Михаил Уманец некогда мужественно ликвидировал, шуток с собой не любит и принципиально не понимает. Впрочем, тут лучше дословно: «Можно говорить о том, что на серьезный инцидент мы нарвемся. С 16 октября 2014 года в Украине нет главного инспектора по ядерной и радиационной безопасности. Должность ликвидирована, и никто туда не идет, – потому что ни один уважающий себя профессионал не согласится работать на этой должности после того, как Кабмин направил в Верховную Раду проект закона, в котором говорится, что решения инспектора по ядерной и радиационной безопасности могут отменяться руководителем органа госрегулирования или назначенным им лицом – вы будете отвечать перед генпрокурором за то, что творится на станции, но ваши решения будут отменятся, – никакой власти. Удивительно, что руководство по ядерному регулированию согласно с этим фактом. Оно подписало этот закон».
Это страшно по одной простой причине: авариям на атомных электростанциях границы не писаны. А значит — это отнюдь не только собственная украинская головная боль.
Дмитрий Лекух