Клуб читателей: Антон Копасов: Мужчины сгорают

Продолжительность жизни мужчин в России намного меньше, чем у женщин. Никого не заинтересовало, почему эти мужчины не дожили до пятидесяти, до сорока, до тридцати. В чем причина нашего феноменального гендерного лидерства? В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Антона Копасова о том, почему высокая мужская смертность затрагивает все слои российского общества. Очень стыдно отвлекать уважаемую публику от крайне серьезных и наболевших тем, которые будоражат умы российских граждан. Особенно в последние дни. Особенно женскую половину. Тем более по таким пустякам отвлекать. Но тут сугубо личное. В июне-июле ушли два моих друга. В студенческие годы мы снимали полуподвальную комнату, ходили на репетиции нашего ВИА, которому один из ушедших дал двойное название «С песней по свадьбам, или Абы бабки». Смотрели футбол под пиво по черно-белому телевизору, водили девчонок, крутили магнитофон – жили полной студенческой жизнью, в общем. Одного убил грипп, другого – неудачная операция. До полтинника не дотянули. Кто бы мог представить? Да кто угодно! Дело-то обычное, заурядное. В прошлом году не стало двух моих одноклассников. Уже лет восемь как покончил с собой лучший друг ранних школьных лет. Из нашей уличной «пятерки неразлучных» остались двое. Один не вернулся из армии, другой погиб, работая на стройке, третий умер от инфаркта 27 лет от роду. И так далее, как говорится – список можно еще долго продолжать. Особенность этого скорбного списка будет в том, что там только мужские имена. Подруги нашего детства и юности, насколько мне известно, слава богу, живы и здоровы. К моменту окончания Советского Союза продолжительность жизни среди мужчин равнялась 57 годам. Лет на пять меньше, чем в дружественной Уганде, но на год больше, чем в неопределившейся Буркина-Фасо. С тех пор наука шагнула далеко вперед, и люди стали жить дольше… и в Уганде, и в Буркина-Фасо. А тем более у нас, где мужчинам теперь Госкомстат отмеривает все 59. У женщин все не так хорошо, правда. Они живут на три года меньше европеек, всего 74.  По разнице в долголетии между полами мы были, есть и, судя по всему, будем абсолютными чемпионами книги Гиннесса – 15 лет. Обладатель второго места плетется на полкруга позади с позорными восемью годами. В чем причина нашего феноменального лидерства, знает каждый гражданин, а еще лучше – гражданка. Водка! Причем нашему брату с сестрой, в отличие от тупых закордонников, никакая статистика не нужна для того, чтобы сделать окончательный и правильный вывод. Видимо, поэтому никогда, ни разу, нигде в необъятной стране никто не собирался провести исследование на тему рекордной сгораемости мужского населения. А тем временем из моего вышеупомянутого списка, где я навскидку набросал дюжину фамилий, только двое злоупотребляли алкоголем. У всех, кроме двоих, были дети. Никого не заинтересовало, почему они не дожили до пятидесяти, до сорока, до тридцати. Те, кто подумает, что это наш народ такой бесчувственный, пусть первыми бросят в меня камень. Я уверен, что если бы наши российские кошки/лошади/куры или северные олени уступали на треть по продолжительности жизни своим заграничным собратьям, то решением правительства был бы образован научно-исследовательский институт и из госбюджета выделили бы большие деньги для изучения данной проблемы. Если бы такая же ситуация сложилась, не дай бог, с нашими женщинами, то … на ум приходят такие вещи, как всеобщая мобилизация и введение комендантского часа до преодоления национальной трагедии. Но пока что и кошки, и куры смотрятся неплохо на общеевропейском уровне, поэтому в тренде ужесточение уголовного законодательства для сугубо мужских преступлений. Крики, синяки и ссадины больше не нужны. Перенимается опыт скандинавских стран, где для того, чтобы гарантировать свою свободу на последующие несколько лет, перед интимной близостью нужно взять письменное согласие партнерши. Можно и устное, но тогда в присутствии свидетеля женского пола. Иначе как докажешь, что то самое «нет» не было произнесено на том или ином этапе. Разница в том, что из скандинавских тюрем возвращаются, а из российских зачастую нет. После исправления кодекса наш рекорд в гендерной флуктуации долголетия вновь обновится, да так, что ошарашенные преследователи сойдут с дистанции. Напоследок один вопрос, преимущественно для аудитории, активно возбуждаемой феминистскими флешмобами вроде #Янебоюсьсказать. А вы точно осознаете, что среди тех, у кого совсем немного шансов дожить до полувека, не только ваши отцы и мужья, но и сыновья? Или чего я влез со своими мелочами?

Теги:  алкоголь, демография, уровень жизни, смертность, гендер