Отцы и дети найдут общий язык
Есть книги, которые становятся настольными для каждого нового поколения. Секрет популярности — попытка найти ответ на вечные вопросы. Один из них, безусловно, касается взаимопонимания отцов и детей. Нынешние взрослые так же, как древние египтяне и греки, продолжают сетовать на ленивую, безответственную, необразованную молодежь. А, с другой стороны, на кого, если не на наследников, возлагать надежды о будущем?!
Уже не одно десятилетие неизменным успехом у родителей пользуется книга доктора психологических наук Юлии Борисовны Гиппенрейтер «Общаться с ребёнком. Как?» Общий тираж издания превысил 100 000 экземпляров, и вот в эпоху всеобщего увлечения социальными сетями книга снова расходится на цитаты и бурно обсуждается пользователями интернета. В частности, особый интерес у современной аудитории вызывает отрывок, где мама пишет письмо своему взрослому сыну и признается в допущенных ей ошибках. А после получает ответ уже зрелого мужчины.
«КП» также перечитала трогающие за душу строки из известной книги и попросила современную маму с активной жизненной позицией, воспитывающую семь сыновей от года до 20 лет, а по совместительству столичного предпринимателя и психолога Алину Беларёву прокомментировать их.
Насколько внимательны родители к своим словам и поведению в общении с ребенком и думают ли о последствиях?
ПИСЬМО СЫНУ
(Отрывок из книги Ю. Б. Гиппенрейтер «Общаться с ребенком. Как?»)
— «Сыночек, сейчас, спустя столько лет, когда я осознаю, как ранили тебя мои слова, какую боль приносили тебе мои крики и срывы, как закрывали, закупоривали эти раны твою душу, меня охватывает ледяная дрожь.
Иногда от бессилия, напряжения, неудовлетворенности, потерянности в жизни, просто незнания, что со всем этим делать, у меня не хватало сил услышать и поддержать тебя в сложные для тебя моменты, и вместо этого во мне просыпалось что-то звериное, дикое, что могло кричать на тебя и даже иногда прикладывать руку... на ангела, с чистыми глазами. Я вспоминаю, как я могла обронить обидные слова в твой адрес, хлопнуть дверью, поставить в угол, наказать за какую-то мелкую провинность. Как я могла не слышать, не чувствовать себя и тем более и тебя, извергая эти страшные крики и движения и бесконечно пугая тебя этим.
Сыночек, сейчас, спустя столько лет, я не могу уснуть ночью, вспоминая эти моменты и осознавая, каким ужасом, каким взрывом твоей микровселенной для тебя это было, когда самый близкий тебе человек, опора, защита, тыл, твой персональный Бог на первое время на земле разворачивался к тебе львиной мордой, извергающей дикие звуки.
Если бы тогда я только могла чувствовать и видеть, как вздрагиваешь ты от одного моего резкого движения или тона, как все сжимается у тебя внутри в малюсенький комочек, как ты не в силах сдержать слез, как дрожит твоя губка... а позже ты не перестаешь вынимать руки из карманов, теребишь волосы, щелкаешь ручкой, отводишь глаза или моргаешь слишком часто, качаешься на стуле, закрываешься в комнате, когда я прихожу с работы...
Если бы только я понимала, что желая видеть тебя реализованным и успешным, заставляя тебя усиленно учиться, отчитываться о домашнем задании и выученных уроках и правилах, я увеличивала эту дистанцию между нами. Между мной и тобой. Между тобой и твоим доверием миру и соединённостью с ним.
Если бы только я всё это знала, чувствовала и понимала, тебе бы не приходилось так часто болеть, отсиживаться дома из-за непринятия сверстниками, пересиливать сложные душевные состояния, сказавшиеся на памяти и нервной системе, с гигантским напряжением вытягивающие хотя бы на троечку.
Если бы я осознавала всё это, когда тебе было 2, 5, 10, 13... Сейчас, когда я вижу тебя взрослым мужчиной, который сомневается в себе, робеет перед начальником, работает на нелюбимой работе, потому что не знает, что хочет, предпочитает отсидеться, чем действовать, считает себя неудачником и лентяем, который ничего не хочет от жизни и живёт по накатанной, как большинство людей, расслабляется только после стакана алкоголя... у меня холодеет внутри от каждого допущенного мною крика на тебя и каждое обидное слово в твой адрес.
Сынок, под всеми этими слоями есть любовь... Безусловная, чистая, естественная... Такая, которая течёт от родителя к ребёнку по задумке природы независимо от оценок в школе, поведения и количества часов, проведенных или не проведенных вместе.
И только теперь я знаю, что ты пришёл ко мне, чтобы пусть даже так поздно, но разбудить меня. Спасибо тебе за это. Твоя... мама».
ПИСЬМО МАМЕ
(Отрывок из книги Ю. Б. Гиппенрейтер «Общаться с ребенком. Как?»)
— «Мама ...
Сегодня утром я прочитал твоё письмо и весь день оно меня не отпускало. Мне хотелось подобрать для тебя те слова, которые были бы тобой услышаны и поняты верно.
И я понял, что единственное, что я бы хотел сказать и пожелать тебе, мама, это чтобы ты была счастлива. Просто счастлива. Ведь под всеми твоими стараниями сделать меня успешным, ты желала мне счастья, а часто счастье человека не в успешности, хороших оценках или соответствии общественным стандартам. Счастье — быть собой, быть принятым, услышанным, расслабленным... а значит, счастливым... без ожидания ударов хотя бы от самых близких людей. Без ожиданий быть каким-то особенным, чего-то достичь, начиная от оценок за четверть и заканчивая дипломом университета и престижной работой.
Мама, детям несчастливых родителей сложно быть счастливыми, понимаешь? И я вижу, что твои будни на нелюбимой работе, твои блуждания в лабиринтах отношений с отцом, твои собственные чрезмерные старания быть успешной, соответствовать социальным требованиям забирают гигантское количество твоих сил и совсем не приносят счастья и радости. Ты не улыбаешься, ты напряжена, твои глаза не блестят, и я помню, как вздрагивал от одного твоего напряженного вздоха. Если маме так плохо — что говорить обо мне? Если мама, взрослая, большая, сильная не может выстоять в этом большом мире и быть в нем собой: счастливой, красивой, искрящейся, то что говорить обо мне? Ещё маленьком и не разобравшемся с существующими здесь порядками.
И я помню, как бегу к тебе, мама, радостный, наполненный, взволнованный, такая волнительная, пьянящая радость во мне, такие чувства, ощущения, искристость, живость, жизнь, и уже за секунду вижу твой взгляд, твою походку, я уже предугадываю слова... от которых вся эта красота внутри меня стремительно гаснет... и поначалу каждый раз я как будто забываю об этом и снова бегу к тебе радостный и счастливый, жизнь во мне всё ещё бьёт ключом. Но с каждым разом я всё больше и больше принимаю ваши правила «игры» и сам становлюсь таким же: взгляд мой тухнет, ощущения затираются и жизнь перестает казаться огромной возможностью, а рамки и шаблоны торжествуют.
Ну, ты и сама это теперь знаешь, мама, поэтому я остановлюсь на этом. И ещё раз хочу повторить тебе, мама, что я очень-очень хочу, чтобы ты была счастлива. Я не знаю, что сделает тебя счастливой, об этом знаешь только ты сама. Любимая работа, мужчина... тебе виднее. И не важно, сколько мне лет, 2, 5, 10, 13, 20... если ты хочешь видеть меня счастливым, пожалуйста, подойди к зеркалу, посмотри себе в глаза и честно ответь сама себе: ты счастлива? И если нет, то, вспомни, мама, что детям несчастливых родителей очень сложно быть счастливыми, понимаешь? И здесь никого не обмануть и не пролезть в игольное ушко. Пожалуйста, вспомни о себе, себя... и сделай себя счастливой. Детям счастливых родителей всё под силу: любые сложности. Мама, твоё собственное счастье — самый ценный вклад в моё будущее.
Я очень тебя люблю. Будь счастлива, мама. Твой сын».
КОММЕНТИРУЕТ ПСИХОЛОГ АЛИНА БЕЛАРЁВА:
— Пока ехала на встречу, перечитала отрывок из книги, вспомнила — я с ним уже знакома.
Читая ранее, думала о том, что мамы, защищая, как львицы, своих детей от жестокого внешнего мира, порой с этим же львиным рыком обращаются к самим детям, таким образом становясь частью того, от чего детей защищают. То есть ведут себя абсолютно алогично.
Как правило, это следствие проблем в личной жизни, финансовой, да в любой... В автобусе толкнули, на работе недооценили, соседка нахамила, и т.д., и т.п. Накопился комок нервов — сорвалась на ребёнке, пар выпустила, успокоилась. А потом самообман: это все для его же блага! В итоге: несчастная мать, несчастный ребёнок — где же здесь благо?
Вот и получается закономерность: чем спокойнее и счастливее жизнь у матери, тем счастливее ребёнок. И не только в период детства, но и когда вырастает взрослым, он будет иметь главный навык, переданный от мамы: уметь быть счастливым!
...Это были мои мысли несколько лет назад. Сегодня же, перечитав данный отрывок, первое, что пришло на ум: какие они молодцы, что без взаимных упреков и обид, пусть запоздало, но пытаются найти общий язык; не забывая говорить о взаимной любви, деликатно идут навстречу друг другу, чтобы потом идти вместе в одном направлении.
Как важно успеть понять, услышать друг друга. Лучше поздно, чем никогда. По сравнению с Богом мы все несовершенны. Мы все имеем право на ошибку. Главное — успеть её признать и исправить. Обрести своё счастье никогда не поздно! Только у счастливой матери могут быть счастливые дети — это абсолютная правда!
А что думаете вы, дорогие читатели: существует ли золотая середина в общении родителей и детей? Поделитесь своим мнением и опытом в комментариях.