Правила жизни Джейка Джилленхола

НИКТО НЕ СМОЖЕТ ПОНЯТЬ МЕНЯ за два часа.

Я НЕ ЛЮБЛЮ ИНТЕРВЬЮ, потому что давно понял, что если кто-то хочет что-то обо мне написать, он сделает это так, как задумал, — и я ничего не смогу с этим поделать. Ну, может, вставлю четыре-пять слов.

ВСЕ МОИ ПРОБЛЕМЫ МНЕ ИЗВЕСТНЫ: я слишком много слушал других и вечно затыкал себя.

МОЯ АКТЕРСКАЯ КАРЬЕРА РАЗВИВАЛАСЬ ОЧЕНЬ ПРОСТО. Вначале было «Кто такой Джейк Джилленхол?», потом появилось «Дайте мне этого Джилленхола», потом — «Дайте мне кого-нибудь, кто похож на Джилленхола». А потом опять «Кто такой Джейк Джилленхол?».

Я ПРОВАЛИЛ ПРОБЫ НА РОЛЬ ФРОДО БЭГГИНСА просто потому, что никто не сказал мне, что хоббиты должны говорить с британским акцентом.

В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ Я СТАЛ ОДЕРЖИМ ИЗУЧЕНИЕМ ЯЗЫКОВ, которые нужны мне для ролей. Я просто подумал, что раз уж я беру уроки бокса для фильма о боксе, то почему бы мне не выучить для кино новый язык.

Я ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ АКТЕРОВ, потому что мне нравится смотреть, как другие работают.

ОПЫТ РАБОТЫ С ХИТОМ ЛЕДЖЕРОМ, возможно, самое важное переживание в моей жизни. Всегда и во всем он был на шаг или на полшага впереди. Я помню, как легко ему удавалось успокаивать на съемках лошадь. Он просто подходил к ней и говорил: «Шшш», — а потом садился на эту лошадь, и она радостно бежала под ним. А я подходил к лошади и говорил ей: «Сейчас я собираюсь забраться на тебя», — а лошадь смотрела на меня так, будто хотела сказать: «Да пошел ты в жопу».

КОГДА МЫ СНИМАЛИ «ГОРБАТУЮ ГОРУ», Энг Ли (режиссер картины. — Esquire) сказал мне, что двое мужчин, выпасающие овец, — это более сексуальная сцена, чем двое мужчин, занимающиеся сексом.

КАК Я ОТНОШУСЬ К ГОМОСЕКСУАЛЬНОСТИ? Мне кажется, что для мужчины очень важно найти правильную женщину, а для женщины — правильного мужчину. Но иногда мужчине важно найти правильного мужчину, а женщине — правильную женщину.

ПАРУ РАЗ, СНИМАЯСЬ В ПОСТЕЛЬНЫХ СЦЕНАХ, я слышал от женщин: «Не беспокойся, я тысячу раз имитировала оргазм в жизни. Сымитирую и сейчас».

Я НИКОГДА НЕ ЗАНИМАЛСЯ СЕКСОМ В ТРУСАХ, и меня всегда удивляли актеры, которые делают это на экране. Нет, конечно, я пробовал это делать в обычной жизни, но повторять не рекомендую никому.

ПРАВДА ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, что никто уже и не вспомнит большинства тех фильмов, которые заработали когда-то кучу денег. Очень часто коммерческий успех никак не связан с тем, чтобы остаться в памяти.

Я СТАРАЮСЬ ОКРУЖАТЬ СЕБЯ ЛЮДЬМИ, которые говорят: «Мы можем хотя бы сегодня не говорить о кино?»

Я АНГЛОФИЛ, и большинство моих друзей — англичане. Возможно, англичанам проще понять мой пессимизм.

ЭД ЦВИК (американский режиссер и продюсер. — Esquire) сказал мне одну замечательную вещь: «Все, чему мы учимся в жизни, мы учимся через позор». И это правда. Моменты, когда ты чувствуешь унижение, освобождают тебя — если, конечно, ты можешь преодолеть их. Я таким образом научился многому.

КОГДА ТЫ ПО-НАСТОЯЩЕМУ ХОРОШ В СВОЕМ ДЕЛЕ, НЕ ТАК УЖ И ВАЖНО, чем ты занимаешься. Великий чистильщик бассейнов лучше посредственного актера.

ТО, КАК ТЫ ПОСТУПАЕШЬ С ЛЮДЬМИ, важнее того, насколько ты талантлив.

НЕНАВИЖУ, КОГДА КТО-ТО ГОВОРИТ, что умирает от голода. В мире есть те, кто действительно умирают от голода, так что мы должны придумать другой способ сообщать о том, что не ели целых четыре часа.

Я ВЕРЮ В БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ. Я верю в то, что нами управляют молекулы. Я верю в то, что раз мы на 90% состоим из воды, то полнолуние должно влиять на нас так же, как оно влияет на море.

В ПЛАНЕ ВЕРЫ МОИ РОДИТЕЛИ БЫЛИ ОЧЕНЬ ПРОГРЕССИВНЫ. Мой отец христианин, а мать иудейка, и на 13-летие они решили устроить для меня что-то вроде обряда инициации — но не еврейскую бар-мицву. Они хотели, чтобы в этот день я сделал что-то для людей, так что мы отправились в приют для бездомных, где все вместе поработали до позднего вечера. А потом там же они устроили вечеринку в честь моего дня рождения.

МОЙ ОТЕЦ ПРОИСХОДИТ ИЗ СТАРОГО ШВЕДСКОГО РОДА ГИЛЛЕНХОЛОВ, который уходит корнями в XVII век к моему далекому предку — Нильсу Гуннарссону. Эта семья была очень влиятельна в Швеции до тех пор, пока мой прапрадед не эмигрировал в США. Но несмотря на все это, я чувствую себя евреем, потому что моя мать — русская еврейка из Нью-Йорка.

Я БОЮСЬ МНОЖЕСТВА ВЕЩЕЙ — тем более, что живу в страшное время. А еще я еврей, а евреи в целом склонны тревожиться.

ВОПРЕКИ РАСПРОСТРАНЕННОМУ МНЕНИЮ, я люблю валять дурака и не воспринимаю себя слишком серьезно.

НЕ СЛУШАЙ НИКОГО, кроме тех, кто тебя вдохновляет.

ЗАБАВНО, что люди находят интересным то, как другие люди заказывают себе кофе или выгуливают собак в парке.

ИНОГДА МЕНЯ ПРЯМО ТЯНЕТ НА ФЕРМУ: выпить парного молока и посмотреть, как режут свинью.

СУМАСШЕДШИЕ ЛЮДИ НИКОГДА НЕ ЗАДАЮТСЯ ВОПРОСОМ, все ли с ними нормально.

МЫ ЖИВЕМ В ТОСКЛИВОЕ ВРЕМЯ, когда актеры становятся политиками, а политики — актерами.

НАДЕЮСЬ, КОГДА МИРУ ПРИДЕТ КОНЕЦ, Я СМОГУ ВЗДОХНУТЬ С ОБЛЕГЧЕНИЕМ, потому что у меня появится много новых дел.

СПРОСИТЕ СЕБЯ, ПОЧЕМУ КРАСНАЯ КОВРОВАЯ ДОРОЖКА — КРАСНАЯ. Ответа нет. Да, черт возьми, она могла быть любого другого цвета.

НЕЛЬЗЯ быть звездой вечно.