Ирина Линдт: ни перед кем не оправдывайся, кроме Бога, сказал мне Золотухин
Все люди мудрые...
- Валерий Золотухин иногда рассказывал в интервью, что впервые он меня не увидел, а услышал - и влюбился в голос. На самом деле историю эту он придумал сам. Когда я ему говорила: «Зачем ты врёшь?», отвечал: «Я не вру, я сочиняю. Всё должно быть красиво!» Было так: я репетировала на Таганке Грушеньку в «Братьях Карамазовых», Валерий Сергеевич по трансляции долго не мог понять, кто это говорит.
И пошёл посмотреть, что за актриса играет...
Когда родился наш сын Ванька, Валерию Сергеевичу было уже 63 года. Каким он был отцом? Наверное, в зрелом возрасте люди уже по-другому на многие вещи смотрят, поэтому Валерий Сергеевич совершенно млел от сына... Он после рождения сына стал очень сентиментальным... Ванька, конечно, обезоруживал... Но Золотухин не жил с нами в том смысле, в каком живут муж и жена, у которых ребёнок, один дом и так далее. У нас была другая ситуация. Он жил у себя. Я, когда родился Ваня, переехала к маме, чтобы она помогала с ребёнком, подсказывала. Валерий Сергеевич вообще кочевник был, он жил в поездах, самолётах - такой график... С рождением сына образ жизни Золотухина не изменился, ему не приходилось пытаться засыпать под детский плач.
Хотя, безусловно, появилась ответственность за ребёнка... Валерий Сергеевич - мягкий человек, вообще не мог повышать голос. Никогда! Поэтому те попытки, когда он на ещё маленького Ваньку пытался прикрикнуть, так смешно и неубедительно выглядели. И сын такой же - Ваня не переносит крика вообще, абсолютно в папу.
Золотухин приходил к Ваньке поиграть. Любил повторять поговорку: «Котята любят не тех, кто их кормит, а тех, кто с ними играет». Это правда. (Улыбается.) У них свои были игры: мультик посмотрят, разделят роли персонажей между собой и играют. То сражались, то ещё что-то... Меня они туда не принимали. (Улыбается.)
Старшие сыновья Валерия Сергеевича, Денис и Серёжа, приезжали к Ваньке на дни рождения. Дружили ли они? «Дружили» - это не совсем то слово... Просто все люди мудрые... Глупо было самому себе портить жизнь... Зачем устраивать проблему из естественного желания отца, чтобы его сыновья общались? Что плохого здесь?
Пожал сыну руку
- Золотухин так и не узнал, что серьёзно болен. До последнего думал, что поправится... Но болезнь так стремительно развивалась... Помню, однажды сказал мне: «Ни перед кем не оправдывайся, кроме Бога». Валерий Сергеевич уже был в полусознании, когда это говорил, и мы можем только догадываться, что чувствуют люди в этом состоянии. Может, что-то приоткрывается уже человеку... Я ему так и не сказала, что у него рак (у актёра была опухоль головного мозга. - Ред.). Мне казалось, что он просто не выдержит, узнав правду. Он был настолько помешан на Ваньке... А сама я... Ты будто превращаешься в зомби, по какой-то программе существуешь... Меня пускали к нему в реанимацию, я приезжала каждый день. Он уже был в коме, на искусственном дыхании, не слышал, не видел никого, ничего... Так продолжалось, наверное, последние 20 дней, если не месяц. Уже даже врачи мне говорили: «Не сиди с ним всё время - такие больные вампирят очень сильно, энергию отнимают». Мне действительно временами казалось, что у меня крыша поехала, я даже пошла делать томограмму головы. Но врачи сказали: «Не надо тебе никаких анализов сдавать - они «всё плохо» покажут, сейчас у тебя весь организм в состоянии стресса».
Ваньке мы говорили всё как есть. На его глазах папа заболел, Ваня за ним ухаживал. Когда он был у него в последний раз в реанимации, Валерий Сергеевич был уже совсем слаб, но ещё успел пожать Ваньке руку.
Он умер в реанимации, и рядом в тот момент были только врачи. Это утром случилось...
Ваня был на похоронах, бросил земельку, был на панихиде... Я накануне посоветовалась с детскими психологами. Попался очень толковый специалист. Она мне сказала: многие не берут детей на похороны, считают, что будет травма душевная. На самом деле потом у ребёнка возникают проблемы, он не понимает, куда девался папа.
После смерти Золотухина про меня начали говорить, будто я срочно занялась наследством. Если бы мне надо было, я бы это сделала в один момент: как только узнала диагноз, заставила бы его написать завещание: «У тебя сын несовершеннолетний, пиши, оставляй ему всё - у тебя рак». И он бы это сделал. Но для меня это вещи были совершенно невозможные. Мне было важнее, чтобы он ушёл в тот мир со спокойным сердцем. Поэтому я вообще не касалась подобных тем (наследницей Золотухина стала его официальная жена Тамара. - Ред.).
Чтобы помнили
Кто-то говорит, время лечит... И всё равно остаётся боль.
Я, наверное, только последний год начала понимать, что жизнь продолжается. Валерий Сергеевич, конечно, на себе всё тянул, и было тяжело вдруг оказаться лицом к лицу со всеми проблемами. Но это всё решаемо. Сложнее всего для меня было понять, что у Ваньки нет папы... 8 лет Ваньке было, когда Валерий Сергеевич умер, всё-таки очень маленький возраст.
Не так давно мы организовали Фонд Валерия Золотухина.
С одной стороны, хотелось сохранить всё наследие, которое оставил после себя Валерий Сергеевич: фильмы, дневниковые записи, воспоминания, прозу, огромное количество песен... С другой стороны, мне хотелось всё собрать для сына, чтобы ребёнок знал своего отца, не чувствовал себя одиноким, помнил его, когда вырастет... Мне кажется, что нам удаётся в этом смысле найти гармонию, Ванька, когда видит Золотухина по телевизору, говорит: «О, мам, смотри - папа».
Мы хотим, чтобы наш фонд помогал талантливым ребятам, актёрам. Уже выпустили спектакль. Готовим диск «Песни Валерия Золотухина в исполнении Ивана Золотухина», которым мы хотим отметить день рождения Валерия Сергеевича.