Секреты на продажу: кто работает против Путина и ВПК России?
Военный эксперт, член-корреспондент Российской академии ракетных и артиллерийских наук, капитан первого ранга Константин Сивков в эфире программы «Точка зрения» рассказал о сильных и слабых местах российского военно-промышленного комплекса, степени взаимодействия с Украиной и рисках приватизации оборонных предприятий.
«Оживление в ВПК сегодня имеет место быть, и в отличии от событий 6-7 летней давности у нас действительно появились образцы оружия, которые являются российскими, хоть и созданы на базе советских. Примером здесь может быть ракета «Калибр». Ее первые испытания прошли в 1988 году, но до конца она не была доведена в связи с отсутствием финансирования и доводки головки самонаведения. Сейчас все доведено до ума, и ракета превосходно работает. К тому же, в отличие от американского аналога было достигнуто почти двукратное превосходство по дальности стрельбы при той же точности и надежности.
Самолет Су-34 –тоже советская разработка, в 1988 году прошел первый полет, самолет был принят на вооружение Советского Союза, но так и не поступил туда. Теперь спустя четверть века после доработки на новой авионике он принят на вооружение российской ВВС, но, тем не менее, самолет отвечает всем современным требованиям. Танк Т-90 тоже был принят в порядке 300 единиц на вооружение советской армией, а потом наступило длительное затишье. В российской истории была модернизирована система управления огнем, бортовая информационно-управляющая система, башня, и он успешно демонстрирует высокую эффективность в боевых действиях в Сирии.
Слабым местом нашего ВПК как было, так и остается – производство базовых элементов. То есть микроэлектроника, материалы различного рода, особенно жаропрочные, углеродные для сопел двигателей, наноматериалы, различные детали, из которых формируется сам корпус техники. Вопрос с металлами, с броней есть, но эти вопросы уже частично были решены, а частично решаются.
Я хочу напомнить, что в 90-е годы уничтожение промышленности именно этого рода шла под знаменем, что мы будем все это закупать за рубежом, а нам самим не нужно ее производить, это экономически невыгодно. Теперь у нас стоит задача возрождения целых отраслей, хотя в СССР эти отрасли закладывались на протяжении десятилетий.
Потеря Украины для нашего ОПК критична лишь на некоторое количество лет, до момента появления собственного производства вместо украинских предприятий. Мы в любом случае должны были бы уходить от сотрудничества с Украиной по этим позициям. То же КБ «Южное» сейчас закрыто, оно лежит на боку и не производит никаких ракет. «Мотор Сич» в предбанкротном состоянии. Так или иначе, мы вынуждены были оттуда уйти, чтобы возрождать производство у себя. Например, специальные газотурбинные двигатели корабельные двигатели.
ВПК нигде полностью на рыночных принципах не работает, и даже там, где имеются частные компании, больше всего в США, они живут, прежде всего, на государственных контрактах, то есть находятся под ручным управлением госпредприятий в форме заказов. Фактически ВПК работает под единым жестким планированием. Как это объясняется? Для того, чтобы произвести корабль класса крейсер, эсминец, фрегат и тем более авианосец необходима кооперация нескольких тысяч предприятий. Сделать это на фоне рыночных отношений принципиально невозможно, поэтому без национализации стратегических предприятий нам ВПК, строго говоря, не поднять.
Поэтому те попытки начать новую волну приватизации с включением в нее предприятий ОПК, у меня вызывают тревогу. Например, если иностранным инвесторам передать 25% УВЗ, то ведь иностранные инвесторы как собственник тут же получат доступ к государственной тайне, военным технологиям. И как дальше решать вопросы с обеспечением режима секретности и безопасности?
Сегодня президент Путин ручным управлением налаживает работу ВПК, а те силы, которые инициируют процессы новой волны приватизации, экономический блок правительства, по сути дела работает против президента. И силы эти достаточно могущественны».