Адвокаты рассказали правду о голодовке Савченко

21-22 марта украинской летчице Надежды Савченко будет вынесен приговор. Произойдет это в российском Донецке Ростовской области. Адвокаты Савченко в интервью украинскому изданию «Страна» рассказали, в каких условиях находится их подзащитная.

Савченко защищают четыре адвоката: Марк Фейгин, Николай Полозов, Илья Новиков и Александр Плохотнюк.

 

В интервью «Стране» Фейгин и Полозов рассказали о том, как проходит голодовка Савченко.

 

Николай Полозов: Савченко находится в одиночной камере. По сравнению с другими подследственными, российская власть все-таки постаралась создать видимость человеческих условий: камера отремонтирована, в ней есть душ. В следственном изоляторе режим. В шесть утра — подъем. Далее – следственный изолятор обходит начальник, принимает жалобы. Потом завтрак, свободное время. 

 

Марк Фейгин: Она очень давно не ест еду, которую ей дают в СИЗО. Савченко употребляет детское питание. 

 

Николай Полозов: Это даже не питание. Это такая жидкая витаминизированная смесь с аминокислотами, витаминами, которая ей необходима в условиях голодовки. С декабря это уже третий месяц голодовки. У нас хорошо налажена логистика. Мы-то чаще всего находимся в Москве, а она — в Новочеркасске рядом с Ростовом. Поэтому большую поддержку ей оказывает Генеральное консульство Украины в Ростове-на-Дону. Голодовка – это отказ от приема твердой пищи… 

 

Марк Фейгин: Если бы она голодала, вообще не употребляя ничего, она бы через 20-25 дней умерла. 

 

СТРАНА: То есть выходит, Савченко не отказывается употреблять пищу, а отказывается употреблять пищу, которую ей предлагают в российском СИЗО. Так, выходит? 

 

Марк Фейгин: Да, вашу пищу не ем. На ваших условиях не сижу. Вашим правилам не подчиняюсь. 

 

СТРАНА: А на что это в итоге влияет? 

 

Марк Фейгин: Вы у нас спрашиваете? Я вам отвечу, что это ни на что не влияет, потому российская власть глуха, ей абсолютно все равно: голодаете вы, или умираете. Поэтому я как раз противник голодовки в силу этих причин. Переубеждаю ее, потому что толку от этого никакого, поскольку вы можете хоть умереть, они могут не обратить внимание. 

 

СТРАНА: А сухая голодовка – это отказ от воды и еды, без смесей? 

 

Марк Фейгин: Отказ от воды. 

 

Николай Полозов: От всего. Чтобы у вас не было такого превратного ощущения, что мы заставляем кого-то голодать. Я хочу сразу обозначить, что мы как защитники всегда выступали резко против шагов Надежды по объявлению как просто голодовки, так и особенно сухой. Каждый раз, когда мы с ней встречаемся (последний раз позавчера), разговор начинается с: «Надежда Викторовна, давайте будем прекращать голодовку». 

 

СТРАНА: Выходит, история с фейковым письмом якобы от президента для вас фактически удача, раз оно побудило Надежду прекратить голодовку? 

 

Марк Фейгин: Нет. Дело в том, что выходка пранкеров никак не повлияло на голодовку. К тому моменту, когда я зашел к Надежде, она уже начала принимать воду. Выходит, за несколько часов до моего визита. Весь этот пранкинг был затеян с одной целью – дискредитировать все дело само собой. Больше ни для чего. Хотя смысл-то не в том, чтобы просто взять и умереть. Чтобы умереть, не обязательно голодать. 

 

СТРАНА: Но вы же помните, как начала напрягаться ситуация, когда возникла угроза смерти? 

 

Марк Фейгин: Надежда и стремилась к тому, чтоб напряжение переросло в какой-то результат. Другое дело, что Надежда не суицидальщица, она не страдает психическим заболеванием, чтобы взять и покончить жизнь самоубийством. Это не для этого делается, это делается для того, чтобы привлечь внимание к ее ситуации, сказать: посмотрите, я не виновная, год и восемь месяцев сижу ни за что. И голодовка здесь важный инструмент. Другое дело, что решение российская власть не будет принимать под давлением голодовки. 

 

СТРАНА: Получается, что любая голодовка затевается для того, чтобы в последний момент все равно ее закончить, после того как к процессу привлечено максимальное внимание? 

 

Марк Фейгин: Не совсем. Голодовка обостряет ситуацию, и Надя ее обостряет, в расчете на то, чтобы приняли соответствующие решения. И они принимаются. Только не в тот момент, когда вы там голодаете, или заканчиваете голодовку. Меняется ситуация настолько, что вы ставите перед обстоятельствами ту же власть, тот же Кремль. Ничем другим не выйти из этого дела, кроме как любыми способами отдать Савченко Украине. И этого она добивается. Потому что в период голодовки, напомню вам, по этому поводу высказались все самые существенные мировые лидеры: Европарламент, Байден, Джон Керри. 

 

СТРАНА: Какая конечная цель у вас и у Савченко в период голодовки? 

 

Марк Фейгин: Все это приводит к тому, что Надежда сидит громко, в отличие от Сенцова, Кольченко. Вы о ней слышите, вы о ней говорите. Международные наблюдатели изучают ее дело, по которому видно ее полную непричастность к обстрелу 17 июня. Все. О чем можно в обвинении говорит? Оно рассыпается. Незаконное пересечение границы? А какой ее мотив? Зачем ей было пересекать границу, если ее отпускают из плена, о чем утверждал и Плотницкий на суде, и другие свидетели. Хотя зачем, когда Владимир Рубан просил отдать Савченко ему, а он взамен отдал бы так называемых ополченцев. Ну так если вы хотели ее просто отпустить, отдали бы Рубану, он бы посадил ее в поезд, и она уехала бы в Киев. Поезда еще тогда ходили. Если судьбой человека интересуются, она постоянно в фокусе внимания, об этом постоянно рассказывают Путину его чиновники, окружение поддавливает. И это действительно приводит к тому, что принимаются политические решения.