Незаконные дома: снести или оставить?

Журналисты «АиФ на Оби» пообщались с экспертами и выяснили, какие дыры в законе мешают вовремя пресечь строительство незаконных домов.

Зачем обижать сироту?

По некоторым данным экспертов, только в Новосибирске сегодня более сотни незаконно построенных многоквартирных домов, в которых купили квартиры порядка 600 семей. Здания эти невысокие, в 3–4 этажа. Но стоят они на участках, предназначенных под индивидуальную застройку, то есть инфраструктура не предназначена на такую нагрузку. Чиновники собираются снести все незаконные постройки, чтобы впредь неповадно было.

Но пострадают вместе с ушлыми хозяевами участков и невинные люди. Один из них – Евгений ДЕНИСОВ – вырос в интернате города Обь. Прошлым летом он как сирота получил от государства жильё. «В администрации города Обь, – рассказал Евгений, – мне сообщили, что в Кировском районе Новосибирска приобретают для меня квартиру. Я заключил договор соцнайма на пять лет и получил заветные ключи. Квартира небольшая, в четырёхэтажном доме на окраине Новосибирска по адресу: Радиостанция, 1, но мы очень радовались. Думал, что буду жить с женой и дочкой. Сделали ремонт. Однако вскоре выяснилось, что дом построен незаконно и его будут сносить. При этом никто не обещает другую квартиру взамен этой и потраченные сотни тысяч за ремонт не вернут. Мы что же, станем бомжами?»

Многоэтажный дом по адресу: ул. Крестьянская, 40, в котором проживает 21 семья, также признан незаконным и подлежит сносу. Немало и других адресов.

Куда власть смотрела?

Люди, купившие квартиры, не понимают, почему не остановили строительство в самом начале? Валерий ГНОЕВОЙ, заместитель начальника инспекции Госстройнадзора НСО, объясняет: «Мы могли бы пресечь такое строительство на «нулевом» этапе, сопоставив размеры вырытых котлованов с параметрами предполагаемых «дач». Но у нас для этого недостаточно полномочий: федеральный закон запрещает проводить проверки на объектах индивидуального жилого строительства, высота которых ограничена тремя этажами. Нужно вернуть контрольные полномочия по выдаче разрешения на ввод объекта органу, который выдавал разрешение на строительство, и безобразия сразу прекратятся».

Тем не менее квартиры в этих домах регистрировали в Росреестре. Почему честные люди должны отвечать за ошибки чиновников? Но и здесь свои оправдания. Елена МЕРКУЛОВА, начальник отдела регистрации договоров долевого участия в строительстве управления Росреестра по НСО, считает, что всему виной упрощённый порядок госрегистрации прав на объекты, возведённые на землях, предназначенных для индивидуального жилищного строительства. «Приказом Минэкономразвития определено, что техплан здания готовит сам правообладатель по декларации утверждённой формы, – продолжает она. – Все пишут, что строят не многоквартирный, а просто жилой дом. Данные предоставляются кадастровому инженеру, и дальше система автоматизированно обрабатывает техплан, сведения попадают в кадастр».

О сложностях решения этой проблемы рассказал Александр КОЛМАКОВ, заместитель руководителя департамента строительства и архитектуры мэрии Новосибирска: «К сожалению, в законодательстве нет механизма, который бы позволял пресечь незаконную стройку. Доказать нецелевое использование земельного участка на стадии строительства практически невозможно. Ограничения по площади на частный дом не прописаны. Незаконный дом на улице Крестьянской был чуть более 500 кв. метров. Получается, что здание приобретает признаки многоквартирного на этапе окончания строительства, когда видно, что есть несколько подъездов, отдельные квартиры».

Кстати, штрафы физлицам смешные: за использование участка не по назначению – 1,5 тысячи рублей, за строительство капитального дома без разрешения – от 2 тысяч рублей. В принципе, приостановить строительство многоквартирного дома, которое идёт на непредназначенной для этого земле, можно в судебном порядке. Однако на практике такой способ не работает. Ведь за неисполнение решения суда о приостановлении строительства штраф – 2,5 тысячи рублей. Эксперты говорят, что единственный выход для жителей незаконных домов, если застройщик устранился от решения проблемы, – объединиться и привести своё жильё в соответствие со всеми требованиями.

Нужно идти на мировое соглашение

Наталья ПИНИГИНА, заместитель председателя квалификационной коллегии судей Новосибирской области:

– Я считаю, что здания многоквартирных домов, состояние которых не угрожает жизни и здоровью людей, нужно сохранить, несмотря на то, что построены они незаконно. Ведь люди, которые приобрели квартиры в таких домах, потратили последние сбережения, они не подозревали о том, что участвуют в чём-то незаконном.

Да и снос сотни объектов новостроек потребует немалых затрат из государственного бюджета.

А потерпевшим следует понастойчивей заявлять в судах о своих правах на приобретённую недвижимость. Им нужно идти на мировые соглашения с истцами, подающими иски о незаконности построек. И администрации муниципальных образований, возможно, отзовут свои претензии из судов, в том случае, если собственники выполнят требования по увеличению мощностей – тепло-, электро-, водоснабжения.

Работа с последствиями

Сергей НОВОКШОНОВ, заместитель начальника управления архитектуры и строительства Новосибирской области, начальник отдела территориального планирования:

– Возлагать ответственность за появление проблемы «самостроев» только на местную власть – неправильно. Дело в том, что все наши действия ограничены российским законодательством. Схема обмана, при которой многоквартирные дома строятся на участках, не предназначенных для этого, стала возможной после принятия в 2008 году 122 федерального закона, который ещё называется «дачная амнистия». Он позволил регистрировать частные дома по упрощённой системе. Действие этого закона уже несколько раз продляли, из-за этого проблема может сохраниться до 1 марта 2018 года. Именно тогда он перестанет действовать. Но нет гарантии, что мошенники после этого не найдут новых лазеек... К сожалению, сейчас мы можем реагировать только на последствия мошеннических схем. Мы планируем создать нормативную базу для того, чтобы жители, которые будут признаны пострадавшими, могли восстановить свои права.