Отложенная польза миграции. Реплика Георгия Бовта
Эксперты Всемирного экономического форума в Давосе главной угрозой в 2016 году объявили проблему вынужденной миграции. Не менее 60 миллионов человек на Земле станут вынужденными переселенцами. Неудивительно: за последние три года только три из 40 затянувшихся конфликтов в мире были разрешены. Другая причина переселения народов – растущее неравенство между богатым условным Севером и беднеющим Югом в силу установленных правил мировой экономики, которые благоволят тем, кто и так богат и силен. Если раньше проблема перемещенных лиц была в основном проблемой развивающихся стран, оставаясь на периферии внимания мировых СМИ, то теперь беженец стал главным героем новостей. И образ его, вырванного войнами или нищетой из чуждой культуры и ожидающего, что на него посыплется хотя бы часть западного благоденствия, вызывает у западного обывателя сложные чувства.
Два века назад Европа сама заселяла мир, европейцы составляли четверть жителей Земли. Сегодня 500 с лишним миллионов граждан ЕС – это жалкие 7%. Демография, наложенная на экономическое глобальное неравенство, говорят, что теперь заселять будут Европу. В Африке сейчас 1 миллиард человек, к середине века будет 2,5 миллиарда. В одной Нигерии в 1960 году проживало 50 миллионов, сегодня — 180, а через 30 лет будет 400. Почти как весь ЕС, где прирост коренного населения затормозился.
За последний год в Европу нахлынуло намного более миллиона мигрантов. Беспрецедентно со времен Второй мировой войны. Основной приток дает Ближний Восток, разворошенный попытками экспорта туда демократии. Из одной Сирии убежало более 6 миллионов, часть – в Европу, где канцлер Меркель обещала принять их всех. Некоторые эксперты панически предсказывают, что в следующем году в ЕС пробьются до 3 миллионов человек.
Пытаясь реагировать на проблему, евробюрократия решила формально отменить так называемое Дублинское правило. По нему, ответственность за обработку заявления беженца несет страна, на землю которой он впервые вступил. Соответственно, вся тяжесть легла на "крайних" в ЕС — Грецию, Италию или Венгрию. Но Греция не могла обработать всех 850 тысяч мигрантов, что прошли через нее в 2015 году. Через маленькую Венгрию прошло 200 тысяч, число поданных заявок на убежище – наивысшее в Европе: 20 на тысячу местных жителей, этот показатель в 4 раза выше, чем в большой Германии. Дублинское правило уже не работает: беженцы прорываются в "богатую и добрую" Германию. Она первой и отказалась от отправки прорвавшихся туда, где их впервые приняли. Возможно, такая инициированная Меркель гостеприимность будет стоить ей карьеры. Ее решение принять огромное число мигрантов критикуют даже внутри правящей коалиции.
Как будет работать прием беженцев, в Брюсселе пока сами не знают. Выступая в Давосе, президент ФРГ Иоахим Гаук защищал систему квотирования приема мигрантов между всеми членами ЕС как "морально и политически необходимую". Но такие доводы не хотят слышать, прежде всего, восточноевропейские новобранцы ЕС. Мы против квот, говорят они, нам самим денег мало. Соседняя с Германией Польша категорически отказывается принимать мигрантов. Из 160 тысяч мигрантов, которых еще прошлой весной договорились расселить по квотам по ЕС, на сегодня определено место проживания лишь 4 237 человек, а фактически расселено лишь 300. Почти весь прибывший в Европу миллион оказался в ФРГ. Она уже потратила на эту армию 10 миллиардов евро, а придется тратить до 55 миллиардов в год, если дело пойдет такими темпами. Пособие беженцев в Германии достигает 400 евро в месяц, а в странах Балтии – менее 150. Плюс трехразовое питание, проезд, медстраховка и т.д. С учетом строительства бесплатного жилья и прочих мер адаптации траты на одного беженца могут достигать 13 тысяч евро в год. В успешной немецкой экономике есть бюджетный профицит в 13 миллиардов евро, и она может позволить себе даже увеличить такие расходы. Но не подорвут ли они даже немецкую машину? Которая выступает пока локомотивом для увязшей в стагнации Европы.
При этом даже в любящей порядок Германии, где процент одобрения прошений о легальном статусе составляет в среднем до 45%, лишь треть тех, кому отказано, были реально депортированы. Остальные растворились на просторах Европы.
За действиями Меркель есть и расчет. Что приезжие в перспективе выйдут на рынок труда стареющей Германии. Если брать весь ЕС, то экономически активное население к 2020 году уменьшится на 7,5 миллиона человек, а без мигрантов на 11 миллионов. Сейчас весь прирост населения ЕС идет только за счет мигрантов, по 500 тысяч в год. К форуму в Давосе подоспел доклад МВФ о пользе миграции. Это, дескать, повышает гибкость рынка труда, а "негативные эффекты" будут краткосрочными. Вклад мигрантов в рост экономики ЕС составит, по прогнозам МВФ, 0,13% в 2017 году, в Германии 0,3%. Это, конечно, замечательно. Но как быть, когда многие мигранты не готовы и не хотят интегрироваться в европейскую культуру и традиции, что создает массу проблем для местного населения, подчас приводя к вспышкам насилия и ксенофобии? Как подсчитать такую цену массового переселения? Со временем все будет хорошо, надо потерпеть сегодня, пытаются успокоить скептиков сторонники "гостеприимства без границ". Это как строительство коммунизма: счастье наступит. Но не сейчас, а когда-нибудь потом.