УКРАИНУ ОСВОБОЖДАТЬ НЕКОМУ…
Александр Дмитриевский
В последние дни из уст разных политиков зазвучали заявления о приостановке проекта Новороссии на неопределённый срок. Многими людьми эти слова были восприняты как пораженчество, однако, если взглянуть глубже, то вырисовывается главное: отрыв Донбасса от Украины приобрёл необратимый характер со всеми вытекающими последствиями.
Вначале считающийся лидером Новороссии Олег Царёв высказал мнение, что Одесса и Харьков не поднимаются потому, что не видят преимуществ у Донбасса. Экс-депутат Верховной рады считает, что эти два центра живут по принципу «лишь бы не было войны», поэтому пока готовы терпеть любое разорение.
Чуть позже один из соратников Царёва, ныне занимающий высокий пост в ДНР, заявил, что восстание произошло преждевременно, а Харьков и Одесса оказались не готовы к тем шагам, которые предпринял народ Донбасса. Следовательно, придётся ждать, когда там вырастут новые революционные вожди.
Тем не менее, эти заявления не стоит рассматривать как окончательный отказ от идеи Новороссии, а как её переформатирование в существующих условиях и, более того, на условиях тех, кто ведёт борьбу за свободу.
Начнём с того, что Донбасс, по крайней мере его освобождённая часть — уже не Украина, как бы ни пытались доказать обратное ведущие главы внешнеполитических ведомств планеты. Там активно строится инфраструктура и принимаются законы, которые уже никак не вписываются в украинские реалии, а гармонизация норм и стандартов ведётся по образцу российских.
Сами жители Донбасса после всего пережитого уже не чувствуют себя гражданами Украины, а большинство из них уже ничем не связаны с Незалежной, кроме пока ещё лежащего в кармане паспорта с бесовским трезубцем на обложке. Зато весьма наглядным показателем является массовое заклеивание автовладельцами жовто-блакытного флажка на номерах своих машин символикой ДНР и ЛНР.
Товарная логистика тоже перепрофилируется на Россию, а украинские товары на полках активно замещаются российскими. Гривна в обороте пока ещё сохраняется, но с каждым днём уступает позиции рублю, который превратился не только в полноценное платёжное средство, но и в валюту, в которой получает доходы значительная часть граждан. А в плане транспортных связей количество российских городов, куда можно уехать из Донецка и Луганска, намного превышает количество украинских.
Украинский язык и культура за прошедший год заняли своё реальное и, отметим, очень скромное, место в духовной жизни Донбасса. Их никто не преследует, но и популярностью они не пользуются, хотя с улиц постепенно исчезают монументы одиозным фигурам, таким как диссидент Васыль Стус, а некоторые вузы уже переименовывают в честь более достойных личностей.
Украина уже воспринимается донбассовцами как нечто чужеродное. Поэтому всё отчётливее становится понимание того, что Украину освобождать некому.
Подчеркну: именно освобождать. Среди ополченцев и мирных граждан желание стереть бандеровщину с лица земли не только не уменьшилось, но и набирает всё большую силу. И желание разгромить врага в его логове растёт.
Только вряд ли человек, переживший геноцид от тех, кого когда-то считал своими братьями, пойдёт на запад как освободитель. Скорее его будет вести желание совершить суровое, но справедливое воздаяние (и даже возмездие!) за причинённое ему и его близким горе.
Поэтому вряд ли жители Центральной и Западной Украины будут им восприниматься как братья, которым несут свободу. Это будет противник, с которым можно обходиться достойно и гуманно, но не более того.
Конечно, остаётся надежда на то, что Одесса и Харьков восстанут при приближении донбасского ополчения. Может быть тогда и приобретёт новую силу идея Новороссии.
А пока Донбасс для Украины потерян, и ни в обновлённый украинский проект без бандеровщины, ни, тем более, в существующее нацистское государство он уже не впишется. Он заплатил огромную цену за свободу, и решать проблемы «страны 404» своей кровью уже не будет.