Турция «прёт буром»: почему в Анкаре смеются над санкциями ЕС

Фото: geralt / pixabay Решение Евросоюза ввести санкции против Турции носит крайне красноречивый характер, если учитывать контекст. В каком-то смысле перед нами наглядный портрет международной политики периода разрушающейся однополярности. Во-первых, само разведочное бурение на кипрском шельфе, за которое формально Турцию будут карать — ведётся с конца весны. Само по себе это бурение, отметим, многими расценивается отчасти как шантаж ЕС и властей официального, признанного Кипра, не желающего включать непризнанный «северный», турецкий Кипр в механизм принятия решений по месторождениям углеводородов. Во-вторых, сам характер мер, введённых против Турции, носит характер скорее декларативный, чем реальный: приостановка диалога на высоком уровне и отмена заседания совета ассоциации Турции — ЕС. Речь идёт также о сокращении помощи Турции в следующем году. На первый взгляд, суммы достаточно внушительные (последний транш, одобренный Евросоюзом, составлял 1,5 млрд евро). Но реальное сокращение составит всего 145 миллионов евро, что для экономики масштаба турецкой не критично. К тому же помощь Турции тесно увязана с вопросом беженцев/мигрантов с Ближнего востока, а он является сильнейшим механизмом в руках Эрдогана. Повторная волна нелегалов, которую он всё ещё в состоянии наслать на Европу, вероятно, будет меньше, чем волна 2015 года. Но для того, чтобы обрушить несколько правительств или подорвать и без того непростое положение Меркель — хватит и этого. В Брюсселе и Берлине это отлично понимают. Глава турецкого МИД Чавушоглу высказался о решении Евросоюза презрительно: «Называть решение ЕС санкциями – значит принимать это решение всерьез. Но не стоит это делать, решение принято для удовлетворения греческой части Кипра. Проблема в том, что права турецкой общины острова не принимаются в расчет, с ними не хотят делиться по справедливости. Мы будем продолжать защищать их права и активизируем нашу деятельность. Надеюсь, мы в скором времени отправим еще один корабль». Есть, впрочем, основания подозревать, что истинный контекст происходящего и Анкара, и Брюссель старательно не упоминают. А именно — едва ли совпадением является тот факт, что санкции были введены сразу же после начала поставок в Турцию С-400. Этим ходом Евросоюз, с одной стороны, как бы солидаризируется с Вашингтоном и «раньше обкома» включается в процесс наказания Турции. А с другой — переводит этот процесс в собственную повестку. Таким образом то, что внешне выглядит как синхронизация действий с США, недовольными самостоятельностью Турции, по сути также является своеобразным проявлением самостоятельности. Только оформленной с некоторой аккуратностью. Теперь, если администрация Трампа потребует от ЕС присоединения к налагаемым на Анкару санкциям — Брюссель всегда сможет ответить, что санкции он уже ввёл и обдумывает новые, но механизм должен быть детально проработан — во избежание причинения вреда европейским странам. Если учесть,что США тоже едва ли решатся на что-то большее чем персональные санкции против ряда турецких должностных лиц — можно говорить, что раунд остался за Эрдоганом.