Глава Минэнерго России назвал условия продолжения транзита газа через Украину после 2019 года
Фото: Пресс-служба Минэнерго РФ
Министр энергетики России Александр Новак в эксклюзивном интервью телеканалу "Россия 24" подвел итоги прошедших в Брюсселе трехсторонних переговоров в формате Россия-Еврокомиссия-Украина.
Он отметил, что новый договор должен быть конкурентоспособным в экономическом плане с уже существующими проектами – "Северным потоком" и "Турецким потоком". Кроме того, Александр Новак также напомнил о незавершенности текущего судебного разбирательства между "Газпромом" и "Нафтогазом".
Глава Минэнерго РФ также подчеркнул, что Россия не будет обсуждать предложения Украины о какой-либо привязке или изменению исковых требований к заключению нового контракта, отметив, что это "асбурдная позиция", которая "в принципе не может рассматриваться".
– Александр Валентинович, добрый вечер. Переговоры закончились и в двухстороннем и в трехстороннем форматах, какие главные итоги вы можете назвать?
– Если говорить о трехсторонней консультацией, с украинской стороной, с Еврокомиссией, то основной вопрос, который обсуждался – это транзит газа, начиная с 1 января 2020 г., поскольку 10-летний сегодняшний контракт заканчивает свое действие.
До конца года у нас есть время, чтобы согласовать подходы по транзиту газа с 1 января 2020 года. Как мы неоднократно заявляли и 17 января Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин говорил в Сербии о том, что учитывая растущие потребности Европы в импорте газа, Россия готова обеспечивать загрузку и строящихся газопроводов, и действующих газопроводов, и, в том числе, одновременно обеспечивать транзит газа через Украину. Потому что – и мы сегодня обсуждали это в трехсторонних консультациях – импорт газа будет расти в Европе, потребление будет расти: за счет снижения собственной добычи и за счет роста спроса.
Понятно, что транзитный контракт еще будет обсуждаться, еще есть время. Но базовым условием его является коммерческая привлекательность, то есть, создание таких экономических условий, которые были бы конкурентоспособны по отношению к другим направлениям – тому же "Северному потоку", "Турецкому потоку". Это первое.
Второе – как известно, "Газпром" и "Нафтогаз" находятся в судебных разбирательствах. Сегодня еще эта процедура не закончена, апелляционная инстанция должна в ближайшее время рассмотреть апелляционный иск "Газпрома" к "Нафтогазу". Это тоже важное условие для того, чтобы обеспечивать и разработку, выработку конкретных параметров нового контракта с 1 января 2020 г. Должно состояться либо решение арбитражного суда, либо стороны должны найти решение в рамках мирового соглашения. Сегодня это обсуждалось в рамках трехсторонней группы.
Мне кажется, что все были довольно конструктивны сегодня, и мы договорились о том, что в мае проведем очередную встречу на министерском уровне для того, чтобы к тому времени эксперты поработали над деталями будущего контракта.
– Получается, что должны быть выполнены оба условия, о которых вы говорите, для того, чтобы новый контракт мог быть заключен?
– Безусловно, потому что были нарушены базовые договоренности и баланс интересов. Как известно, решением арбитражного суда одни нормы были приняты, другие – наоборот, был приняты – те, которые в контракте не были прописаны, они были подсчитаны. Поэтому важно найти компромисс, важно соблюсти баланс интересов, который был при подписании этих контрактов.
– Есть ли понимание того, какие условия сегодня готова предложить Украина с точки зрения экономики?
– Во-первых, хотел бы сказать, что Украина сегодня вместе с Еврокомиссией сегодня довольно подробно представляли те изменения, которые были внесены в украинское законодательство. Украина переходит на европейское законодательство. Там происходят процессы разделения "Нафтогаза", на газотранспортную систему, на добыточную компанию. Эти процессы еще не завершены. Планируется, как говорят наши партнеры, что будут участвовать иностранные инвесторы в газотранспортной системе. Конечно, все будет зависеть от того, какие будут приняты окончательные решения со стороны Украины и какие будут условия контракта. В настоящее время эти процессы не завершены.
– Со стороны "Нафтогаза" поступило сообщение о том, что они, возможно, снизят свои исковые требования к "Газпрому" с $12 млрд до $2 млрд в том случае, если будет заключен новый контракт. Вы обсуждали этот вопрос в ходе трехсторонних переговоров?
Знаете, это несколько абсурдная позиция со стороны наших украинских партнеров, потому что это новый иск, который мы совершенно не воспринимаем, поскольку это иск относительно тех объемов, которые якобы не будут прокачены в будущем в случае незаключения контракта. Мы все прекрасно понимаем, что это в принципе не может рассматриваться.
– Если говорить не про транспортировку, а про поставку газа на Украину – этот вопрос пока не обсуждается?
– Наши партнеры считают свои потребности. Сегодня мы обсуждали, в том числе, в рамках двухсторонней встречи с господином Шефчовичем, что запасы газа в подземных газохранилищах Украины сейчас значительно ниже чем год назад на эту же дату – на 1 млрд 320 млн куб м газа. В настоящее время Украина не закупает газ, а получает его реверсом. Это российский газ, который они просто покупают дороже через Словакию, Венгрию и Польшу.
В принципе, для нас не имеет значения, напрямую они покупает или через третьи страны. В данном случае потребители Украины несут более высокие издержки и расходы.
– В завершении, насколько я понимаю, в ходе двухсторонних переговоров вы с Марошем Шефчовичем обсуждали вопрос БРЭЛЛа. Как в дальнейшем возможно провести отключение прибалтийских стран, чтобы оно произошло для Белоруссии, России и соответственно, самих этих трех стран.
– Действительно, этот вопрос повестке дня уже много лет, потому что прибалтийские страны приняли решение выйти из синхронной работы. Срок, о котором нас сегодня Еврокомиссия информировала это 1 января 2025 года. Я считаю, что мы готовы к этому. Мы провели определенные инвестиции в Калининградскую энергосистему, в энергосистему Северо-запада России. То есть наши энергосистемы готовы работать в любых условиях. Хотя мы считаем, что это конечно, нецелесообразно. Это увеличивает издержки – в первую очередь, прибалтийских стран. Сегодня мы это обсуждали. Наши европейские коллеги договорились о том, что предоставят нам дополнительную информацию о тех линиях электропередач, подводных кабелей, которые будут соединять прибалтийские страны с европейской энергосистемой. При этом мы обсудили, в том числе, что коммерческая составляющая должна остаться – это перетоки, которые на сегодняшний день осуществляются из Российской Федерации в Прибалтийские страны, это и мощности, и электроэнергия, которые позволяют нам осуществлять экспорт электроэнергии в эти страны. Большое спасибо за интервью, спасибо, что нашли время.
– Если говорить о трехсторонней консультацией, с украинской стороной, с Еврокомиссией, то основной вопрос, который обсуждался – это транзит газа, начиная с 1 января 2020 г., поскольку 10-летний сегодняшний контракт заканчивает свое действие.
До конца года у нас есть время, чтобы согласовать подходы по транзиту газа с 1 января 2020 года. Как мы неоднократно заявляли и 17 января Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин говорил в Сербии о том, что учитывая растущие потребности Европы в импорте газа, Россия готова обеспечивать загрузку и строящихся газопроводов, и действующих газопроводов, и, в том числе, одновременно обеспечивать транзит газа через Украину. Потому что – и мы сегодня обсуждали это в трехсторонних консультациях – импорт газа будет расти в Европе, потребление будет расти: за счет снижения собственной добычи и за счет роста спроса.
Понятно, что транзитный контракт еще будет обсуждаться, еще есть время. Но базовым условием его является коммерческая привлекательность, то есть, создание таких экономических условий, которые были бы конкурентоспособны по отношению к другим направлениям – тому же "Северному потоку", "Турецкому потоку". Это первое.
Второе – как известно, "Газпром" и "Нафтогаз" находятся в судебных разбирательствах. Сегодня еще эта процедура не закончена, апелляционная инстанция должна в ближайшее время рассмотреть апелляционный иск "Газпрома" к "Нафтогазу". Это тоже важное условие для того, чтобы обеспечивать и разработку, выработку конкретных параметров нового контракта с 1 января 2020 г. Должно состояться либо решение арбитражного суда, либо стороны должны найти решение в рамках мирового соглашения. Сегодня это обсуждалось в рамках трехсторонней группы.
Мне кажется, что все были довольно конструктивны сегодня, и мы договорились о том, что в мае проведем очередную встречу на министерском уровне для того, чтобы к тому времени эксперты поработали над деталями будущего контракта.
– Получается, что должны быть выполнены оба условия, о которых вы говорите, для того, чтобы новый контракт мог быть заключен?
– Безусловно, потому что были нарушены базовые договоренности и баланс интересов. Как известно, решением арбитражного суда одни нормы были приняты, другие – наоборот, был приняты – те, которые в контракте не были прописаны, они были подсчитаны. Поэтому важно найти компромисс, важно соблюсти баланс интересов, который был при подписании этих контрактов.
– Есть ли понимание того, какие условия сегодня готова предложить Украина с точки зрения экономики?
– Во-первых, хотел бы сказать, что Украина сегодня вместе с Еврокомиссией сегодня довольно подробно представляли те изменения, которые были внесены в украинское законодательство. Украина переходит на европейское законодательство. Там происходят процессы разделения "Нафтогаза", на газотранспортную систему, на добыточную компанию. Эти процессы еще не завершены. Планируется, как говорят наши партнеры, что будут участвовать иностранные инвесторы в газотранспортной системе. Конечно, все будет зависеть от того, какие будут приняты окончательные решения со стороны Украины и какие будут условия контракта. В настоящее время эти процессы не завершены.
– Со стороны "Нафтогаза" поступило сообщение о том, что они, возможно, снизят свои исковые требования к "Газпрому" с $12 млрд до $2 млрд в том случае, если будет заключен новый контракт. Вы обсуждали этот вопрос в ходе трехсторонних переговоров?
Знаете, это несколько абсурдная позиция со стороны наших украинских партнеров, потому что это новый иск, который мы совершенно не воспринимаем, поскольку это иск относительно тех объемов, которые якобы не будут прокачены в будущем в случае незаключения контракта. Мы все прекрасно понимаем, что это в принципе не может рассматриваться.
– Если говорить не про транспортировку, а про поставку газа на Украину – этот вопрос пока не обсуждается?
– Наши партнеры считают свои потребности. Сегодня мы обсуждали, в том числе, в рамках двухсторонней встречи с господином Шефчовичем, что запасы газа в подземных газохранилищах Украины сейчас значительно ниже чем год назад на эту же дату – на 1 млрд 320 млн куб м газа. В настоящее время Украина не закупает газ, а получает его реверсом. Это российский газ, который они просто покупают дороже через Словакию, Венгрию и Польшу.
В принципе, для нас не имеет значения, напрямую они покупает или через третьи страны. В данном случае потребители Украины несут более высокие издержки и расходы.
– В завершении, насколько я понимаю, в ходе двухсторонних переговоров вы с Марошем Шефчовичем обсуждали вопрос БРЭЛЛа. Как в дальнейшем возможно провести отключение прибалтийских стран, чтобы оно произошло для Белоруссии, России и соответственно, самих этих трех стран.
– Действительно, этот вопрос повестке дня уже много лет, потому что прибалтийские страны приняли решение выйти из синхронной работы. Срок, о котором нас сегодня Еврокомиссия информировала это 1 января 2025 года. Я считаю, что мы готовы к этому. Мы провели определенные инвестиции в Калининградскую энергосистему, в энергосистему Северо-запада России. То есть наши энергосистемы готовы работать в любых условиях. Хотя мы считаем, что это конечно, нецелесообразно. Это увеличивает издержки – в первую очередь, прибалтийских стран. Сегодня мы это обсуждали. Наши европейские коллеги договорились о том, что предоставят нам дополнительную информацию о тех линиях электропередач, подводных кабелей, которые будут соединять прибалтийские страны с европейской энергосистемой. При этом мы обсудили, в том числе, что коммерческая составляющая должна остаться – это перетоки, которые на сегодняшний день осуществляются из Российской Федерации в Прибалтийские страны, это и мощности, и электроэнергия, которые позволяют нам осуществлять экспорт электроэнергии в эти страны. Большое спасибо за интервью, спасибо, что нашли время.