В Русском музее открылась экспозиция "Серов не портретист"
Но основная масса работ - а их в семи залах корпуса Бенуа около двухсот - вовсе не тот Серов, который приходит на ум первым делом. Это не те хрестоматийные портреты, которые составили славу не только художнику, но и всему русскому искусству. Ни девушки, освещенной солнцем. Ни девочки с персиками. Ни княгини Юсуповой с ее черной бархоткой и белоснежным шпицем. Ни Николая II c грустно-обреченным взглядом, появившимся еще задолго до Октября. Ни остроугольной Иды Рубинштейн.
Чем же тогда любоваться, что разглядывать? Есть что. Как подчеркнула на открытии выставки Евгения Петрова, замдиректора Русского музея по научной работе, в задачу устроителей входило показать многогранного Серова в его постоянных поисках на всем протяжении художественного пути. Сорока семи неполных лет жизни художника хватило, чтобы поражать нас по сей день колоссальностью и разнообразием совершенного.
В постоянной экспозиции Русского музея два зала посвящены живописи Серова. Во временной экспозиции, кроме живописи, - карандаш, пастель, акварель, темперу, гуашь, тушь, тиражную графику в филигранных офортах и даже скульптуру. Если говорить о жанрах, Серова смело можно отнести и к пейзажистам (здесь и природный, и архитектурный пейзаж), и к мастерам исторической живописи, и к анималистам, и к иллюстраторам, и к шаржистам.... И даже два абсолютно "чистых" натюрморта можно увидеть на выставке. Недаром в свое время, будучи предельно востребованным как портретист, он сам открещивался от этой узкой роли: "Я - не портретист. Я - просто художник". Но, работая в любом жанре, Серов выходит за его пределы. Пейзаж у него больше, чем пейзаж, портрет больше, чем портрет, набросок больше, чем набросок.
Завершается выставка залом с античными мотивами и известнейшим "Похищением Европы". Но внимание неизбежно притягивает "Одиссей и Навзикая" - впервые эта работа представлена так, как была задумана художником. Вытянутый по горизонтали сюжет Гомера окаймлен сверху и снизу двумя темными полосами, сразу переводящими работу в ряд символического искусства. Внизу черная земля, сверху черное античное небо, а между ними яркая и узкая полоска жизни посреди поглощающей ее вечности.
Огромный слайд совместной работы Валентина Серова и Константина Коровина панно "Хождение Христа по водам" встречает зрителей в первом же зале. Сам громадный холст - 5,5 х 7 метров - слишком велик и тяжел, чтобы можно было дать его на обозрение. К тому же он подвергался большому количеству последующих наслоений, что пока делает его реставрационно непригодным. Долгое время он хранился варварски - на сгибах слой живописи утрачен. Тем не менее организаторы сочли необходимым представить и эту совместную работу двух художников. Кстати, неподалеку от нее замечательный небольшой портрет со спины Коровина на берегу реки. И "Голова Христа" - подготовительный эскиз к панно кисти Серова - в том же зале.
Отдельный зал посвящен исторической живописи Серова. Блистательной, динамичной, композиционно безупречной. Эпохи Петра I или Анны Иоанновны предстают перед нами во всем блеске, во всех противоречиях характеров персонажей. Но и современность вторгалась в жизнь художника, не спрашивая разрешения: он стал свидетелем расстрела рабочих на 5-й линии Васильевского острова, это его не только потрясло, но и нашло свое отражение в работах с элементами политической сатиры.
Удивительны изображения животных у Серова - его иллюстрации к басням - буквально учебник анималистики. Оставим в покое анатомию, но - позы, движения, повадки различных животных и птиц предельно выразительны и узнаваемы. Лаконизм и пластичность офортов Серова тоже стоят отдельного разговора. Подытожим: универсализм Серова фантастичен. Освобождаться от стереотипов восприятия и расширять сознание можно вот так: просто побывав на его выставке. Просто встретившись с искусством.