Свободные деньги — вариант спасения от банковского рабства.
Экономическое чудо города Вёргл
«Жил-да был …», так начинаются многие сказки и история эта и впрямь звучит как сказка: жил-да был в маленьком австрийском городке Вёргль один железнодорожник, точнее — машинист паровоза, которого в 1931 году выбрали городским головой, бургомистром. Звали его Михель Унтергуггенбергер и родился он в семье малоземельного крестьянина в Тироле. В 12 лет он был вынужден оставить школу и податься на заработки помощником на лесопилку, чтобы помогать семье. Но в помощниках он долго оставаться не захотел, и в 15 лет пошёл в ученики к механику в городе Имст. В то время ученик платил мастеру за обучение и Михелю приходилось экономить грош за грошем, часть суммы он выплатил позже, будучи уже подмастерьем. Проработав несколько лет в подмастерьях, он отправился в странствования, чтобы расширить свои знания и увидеть новые страны. Его путь лежал через Боденское Озеро в Вену и дальше, в Румынию и Германию. Так, в странствиях, интересующийся всем ремесленник Михель познакомился с первыми формами рабочего сообщества: профсоюзом и потребительским товариществом.
В возрасте 21 год, Михель Унтергуггенбергер поступает на работу на железную дорогу и его посылают на узловую станцию Вёргль. Несмотря на хорошую работу и стремление как можно лучше выполнять порученное, он не продвигается по службе, поскольку он — социал-демократ и профсоюзный активист. В 1912 году профсоюз посылает его представителем в кадровую комиссию Австрийских Государственных Железных Дорог, в группу «Локомотивные бригады участка Иннсбрук». По окончании Первой Мировой войны его избирают районным руководителем, затем — заместителем бургомистра и в 1931 году он становится бургомистром города Вёргль со всеми его 4216 жителями.
О всемирном экономическом кризисе двадцатых и тридцатых годов написаны десятки книг и проведены сотни исследований. Это было время тяжелейшей нужды безработных, что во многом помогло Гитлеру прийти к власти в Германии.
В 1930 году на узловой станции Вёргль работало 310 железнодорожников, в 1933 году их осталось всего 190! Безработные засыпали своего бывшего коллегу, которого они выбрали бургомистром, просьбами о помощи.
Но что он мог предпринять? Безработица росла не только среди железнодорожников. В городе не было крупных заводов, а мелкие фирмы города и округи разваливались на глазах; росло число получателей пособия по безработице. К тому же увеличивалось число людей, о которых заботилась кухня для неимущих; таковых «исключённых из налоговой ведомости» насчитывалось в 1932 году 200 человек.
Михель Унтергуггенбергер, хотя и не имел готовой идеи, но сложа руки не сидел. Он подумал: «Образованные люди, написавшие множество книг по экономике, уж они-то знают, что посоветовать!» Читая работы Карла Маркса, он натолкнулся на имя Йозефа Прудона, написавшего «Систему экономических противоречий» и залпом прочёл эту книгу. Но всё не то! Лишь прочитав работу Сильвио Гезелля «Естественное ведение экономики» ему в голову пришла спасительная идея. Он перечитывал избранные страницы раз за разом, пока не убедился, что нашёл ответ на свои вопросы. И поскольку Унтергуггенбергером владела идея помочь нуждающимся, он разработал программу помощи.
Прежде всего, он встретился отдельно с каждым членом из городского управления и из комиссии по благотворительной помощи и беседовал с ними, пока не убедился в их поддержке его идеи. Затем он созвал совещание, на котором сказал:
В нашем маленьком городе насчитывается 400 безработных, из которых 200 вычеркнуты по бедности из налоговой ведомости. В области же число безработных достигает 1500. Наша городская касса пуста. Наш единственный источник доходов, это долги по налогам в размере 118.000 шиллингов, но мы не можем получить по ним и гроша ломаного; у людей просто нет денег. Городской сберкассе Иннсбрука мы задолжали 1.300.000 шиллингов, и мы не в состоянии платить проценты по этому долгу. Кроме того, мы должны Земельному и Федеральному правительствам, и так как мы им не платим, мы не можем рассчитывать на выплату ими нашей части из бюджета. Наши местные налоги принесли нам за первое полугодие всего 3000 шиллингов. Финансовое положение нашего района всё ухудшается, поскольку никто не в состоянии платить налоги. Единственная цифра, которая всё растёт и растёт, это количество безработных.
И тут бургомистр изложил свой план «Исчезающих Денег».
Национальный Банк выпускает деньги в оборот, но этот оборот очень медленный, его надо ускорить. Денежные суммы должны быстро менять своих владельцев, то есть деньги должны вновь стать средством обмена. Конечно, мы сами не можем назвать наше средство обмена «деньгами» поскольку это запрещено. Но мы назовём его «Подтверждением о выполненной работе». Такие «Подтверждения» мы выпустим в размере 1, 5 и 10 шиллингов (по этим цифрам можно представить себе размеры зарплат того времени). Самый важный вопрос: примут ли торговцы эти «Подтверждения» к оплате?
Тут начинается важная глава нашей сказки: «Подтверждения» были приняты как средство оплаты. Квартиросдатчик получил ими причитающуюся квартплату, продавец в магазине засчитал их в оплату и проводил покупателя словами: «Благодарю Вас, приходите ещё!»
Прежде всего, в городе приступили к проведению самых необходимых работ. В качестве первых работ по благоустройству, 11-го июля 1932 года, была начата прокладка канализации в одном из районов, давно назревшие дорожные работы и асфальтирование главных улиц. Объём работ составил 43.386 шиллингов, из которых лишь часть была выплачена в качестве зарплаты. На строительство лыжного трамплина было затрачено 500 рабочих смен, на 4000 шиллингов была организована кухня помощи и так далее. Четвёртая часть всех зарегистрированных безработных смогла вновь получать хлеб и улучшилось положение в семьях безработных.
Выплата зарплаты осуществлялась всем без исключений только «Подтверждениями». Из городского управления они направлялись прорабу, он распределял их среди своих строителей, а они расплачивались ими с булочником, мясником, парикмахером и т.д. Выпуском «Подтверждений» ведало городское управление, но их можно было купить в Кредитно-ссудном Обществе города Вёргль и там же продать за настоящие деньги.
Почему однако этот план назывался «Исчезающие деньги»? В нём было предусмотрено месячное обесценивание «Подтверждений» на 1%; в год выходило 12%. За этот процент владелец «Подтверждения» должен был покупать марку в 1, 5 или 10 грошей, которая в конце месяца наклеивалась на «Подтверждение». Если на «Подтверждении» отсутствовала марка, оно обесценивалось на указанный 1%.
Подтверждение о выполненной работе на 10 шиллингов
Следующая глава нашей сказки: банк не взимал никаких сборов за управление оборотом «Подтверждений», вся прибыль направлялась в городскую кассу. Кредитно-ссудное Общество выдавало из своих доходов ссуды лицам, чья кредитоспособность не вызывала сомнений, под (сказочные) 6%. Выплаты под эти проценты так же перечислялись в городскую кассу.
Известие об улучшении положения в городе Вёргль и округе обошло весь мир. Вёргль стал чем-то вроде места паломничества экономистов. Все они очень хорошо отзывались о преимуществах «Исчезающих денег», ведь их было бессмысленно запасать в доме, их владельцы клали их в сберкассу. И поскольку эти платёжные средства имели хождение лишь в Вёргле, то на них осуществлялись и крупные покупки и никому не нужно было ехать за покупками в Иннсбрук.
Швейцарский журналист Бурде писал: «Я посетил Вёргль в августе 1933 года, точно год спустя после начала эксперимента. Несмотря ни на что надо признать, что успех его граничит с чудом. Улицы, пребывавшие ранее в ужасном состоянии, можно сравнить сейчас разве что с автобанами. Здание Городской управы капитально отремонтировано и являет собой красивый особняк с цветущими геранями. На новом бетонном мосту красуется памятная доска с гордым текстом: «Построено на свободные деньги в 1933 году». Все работающие жители — убеждённые сторонники свободных денег. Во всех магазинах свободные деньги принимаются наравне с настоящими».
Жители соседнего с Вёрглом Кицбюеля вначале смеялись над экспериментом, однако вскоре решили опробовать его у себя. Они выпустили «исчезающих денег» на 3000 шиллингов; по 1 шиллингу на жителя. Выпущенные в обоих городах средства платежа принимались к оплате как в одном, так и в другом городе без ограничений. Многочисленные области захотели следовать примеру Вёргля, но предпочли всё же подождать, чем закончатся действия, предпринятые правительством.
Фашистское правительство Дольфуса подало в суд. Надо же! Простой рабочий, ходивший в школу лишь до 12-ти лет, не изучавший ни национальной ни международной экономики, не имеющий ни одного учёного титула, железнодорожник и социал-демократ осмеливается поправлять австрийскую денежную систему! Выпускать деньги любого рода позволено исключительно Национальному Банку. «Исчезающие деньги» были запрещены. Бургомистр Унтергуггенбергер не смирился с запретом и подал протест в суд. Разбирательство прошло через все три возможные инстанции, но безуспешно. 18-го ноября 1933 года его протест был окончательно отклонён. Но поскольку подача протеста в суд не могла отсрочить исполнение ранее принятых судебных решений, «Исчезающие деньги» были изъяты из оборота ещё 15-го сентября.
С того времени мы многое испытали и пережили: марионеточное государство Дольфуса, Третий Рейх Гитлера, нужду и лишения Второй Мировой войны и тяжёлую работу по восстановлению разрушенного. Сегодня мы являем собой государство, с которого остальной мир во многих аспектах может брать пример. Но пример Вёргля и его мудрого бургомистра мы не должны предать забвению истории.