Мнения: С кем «русские ЧВК» конкурируют на африканском рынке военных услуг
В апреле-мае этого года информационные канонады, сопровождающие деятельность бойцов так называемой и формально не существующей «ЧВК Вагнера», сместились из Сирии в сторону африканского континента.
Роль первой скрипки в этой арии сыграла французская пресса, которая не могла не откликнуться на поразительную наглость неизвестных русских бойцов, стремительно занявших ключевые объекты в столице Центральноафриканской республики городе Банги. Специалисты уже начали говорить, что своим появлением в ЦАР, а также активизацией отношений с Мозамбиком и ДР Конго Россия оказалась не на своей территории.
Надо сказать, что африканский континент во многом явился колыбелью для возникновения ЧВК в том виде, в котором к ним постепенно привыкают на Западе.
Борьба за африканский рынок услуг безопасности разгорелась нешуточная: в компанию к американцам, французам, британцам, китайцам и русским сегодня стремятся попасть даже украинцы.
Поскольку, предположительно, для игры «на чужом поле» используются формально не существующие в России частные военные компании, интересно разобраться, какие ЧВК традиционно сильны при работе на африканском континенте, и с кем предстоит столкнуться российским проводникам услуг безопасности.
«ЧВК буров»
Если не уходить во времена «царя гороха» (или, скорее, применительно к Африке императора Бокассы), то окажется, что одним из сильнейших игроков на рынке ЧВК «чёрного континента» была южноафриканская ЧВК Executive Outcomes.
Образованная подполковником Эбеном Барлоу в 1989 году, эта компания не только стала средством выживания для белых южноафриканских военных после прихода к власти в ЮАР правительства черного большинства, но и впервые сделала войну не просто успешным, но и легальным бизнесом.
По иронии судьбы одной из первых успешно проведенных ЧВК Executive Outcomes миссий стала операция против сил УНИТА – партии «черного социализма» с антикоммунистическим уклоном – в Анголе.
Позже были операции в Заире, Бурунди, Замбии и других странах. Так, в 1995 году сотрудники Executive Outcomes вернули правительству Сьерра-Леоне контроль над месторождениями алмазов, подавив попытку государственного переворота.
Кстати, в Сьерра-Леоне компания использовала купленные в России вертолеты, которые поначалу пилотировались белорусскими и российскими летчиками. Российские специалисты вообще оказались довольно востребованными для работы в военной сфере на континенте.
В декабре 1998 года Executive Outcomes прекратила свое существование в результате закулисных игр конкурентов, под давлением международных организаций и самой ЮАР, которая ужесточила законодательство в отношении иностранной военной помощи компания. Несмотря на это, ее специалисты оказались востребованными как в Африке, так и за пределами континента.
При этом ЮАР и сегодня остается страной с развитым сектором военных услуг.
Сам Эбен Барлоу не только консультирует правительства ряда африканских государств по вопросам военной безопасности, но и продолжает успешно решать задачи по борьбе с разного рода людоедскими и исламистскими группировками, с которыми не могут справиться ни международные организации, ни контингенты британских или американских войск.
Так, в 2015 созданная им ЧВК STEPP занималась подготовкой нигерийских сил специального назначения и добилась существенных успехов в борьбе с террористической группировкой Боко Харам.
Учитывая сложные взаимоотношения южноафриканских специалистов с европейскими и американскими коллегами, ветераны Executiveт Outcomes вполне могли бы выступить партнерами для российского бизнеса, в том числе в перспективе и для российских ЧВК.
Конкуренция без правил
Франция, Великобритания и другие европейские страны после ухода из бывших колоний, естественно, сохранили свое влияние в ныне независимых государствах. Одним из инструментов влияния в 90-е годы стали ЧВК, с самого начала действовавшие в интересах государств, международных организаций и транснациональных корпораций.
После вынужденного ухода Executive Outcomes с рынка частных военных услуг американские, британские и европейские ЧВК заняли ее место на африканском континенте. Действуя все более активно они расширяли географию своего присутствия, которая схожа с картой колониальных владений бывших метрополий.
Среди стран и конфликтов, в которых участвовали западные ЧВК, Либерия, Кот-д’Ивуар, Судан, ДР Конго, Уганда, Сомали и т.д. А такие названия как MPRI, Sandline International, Erinys International, G 4S, Armor Group и другие на слуху у любого, кто хоть раз интересовался проблемой частных военных компаний.
Важным, хотя и не единственным источником заработка для ЧВК в Африке является деятельность, связанная с охраной и – в более широком смысле – обеспечением безопасности месторождений полезных ископаемых, которыми богаты страны этого континента.
Модель работы в данном случае довольно проста. Транснациональные добывающие корпорации заключают контракты с ЧВК, совместно обеспечивают нахождение у власти выгодных им кланов, а после уже под охраной занимаются добычей ресурсов.
Военно-политическое присутствие США в Африке структурно обеспечено деятельностью Африканского командования (AFRICOM). ЧВК часто подряжаются действовать в интересах командования. При этом зачастую американские ЧВК в Африке оказываются в местах вооруженных конфликтов более оперативно, чем собственно армейские контингенты, что лишний раз убеждает экспертов во мнении, что частные подрядчики обрели определенную самостоятельность в американской военной политике.
Надо сказать, что западные ЧВК, хотя и являются сегментом бизнеса, в своей деятельности так или иначе заручаются поддержкой собственных правительств. Насколько эффективной и опасной для конкурентов может быть связка интересов «ЧВК-государство», российские компании знают не понаслышке.
В 2012 году в Нигерии был арестован экипаж судна Myre Seadiver, принадлежавшего российской ЧВК Moran Security Group. По официальной версии – за контрабанду оружия: 14 автоматов АК-47, 20 полуавтоматических карабинов Benelli MR1, 22 винтовок, 8500 патронов. Тогда российская ЧВК столкнулась с мощным противодействием со стороны британской Armor Group, которая давно и плотно работает в регионе, имеет там серьезное влияние, подкрепленное связями с лондонским правительством.
В последние годы к борьбе за континент подключились и китайские ЧВК, успешно осуществляющие тихую экспансию, действуя в жесткой связке и фактически под полным контролем правительства КНР. Названия таких компаний как China SecurityTechnology Group или Hanwei Security Ltd малоизвестны, но в регионе они обеспечивают продвижение интересов и безопасность деятельности таких китайских гигантов как DAR Petroleum Operating Company.
Модель работы подрядчиков из поднебесной завязана на характерные особенности самих китайских ЧВК, которые, по сути, являются госкорпорациями – филиалом Народно-освободительной армии Китая.
Интересно, что сотрудники китайских ЧВК в основной своей массе не вооружены и предпочитают командовать местными субподрядчиками, а в случае конфликтных ситуаций «одалживать» оружие у своих подчиненных.
Кстати, у многих вызвала улыбку новость об открытии украинской ЧВК Omega Consulting Group своего представительства в Буркина-Фасо, но тем не менее военные специалисты провозгласившей независимость Украины еще с 90-х гг. были не менее востребованы, чем российские граждане. Да и сама Украина с ее черноморскими портами была удачным транзитным пунктом для разного рода «людей с опытом». А потому немудрено, что после четырех лет войны на Донбассе, не только русские, но и украинцы тоже решили попытать удачу на африканском континенте.
Как мы видим, на рынке военных услуг Африке не протолкнуться, конкуренция жесткая жестокая, поэтому раньше – без поддержки российских властей – у российских игроков дела шли не очень хорошо, хотя те же РСБ-Групп, Moran Security Group и «Антитеррор Орел» получали отдельные контракты, работали в Сьерра-Леоне, Анголе, Кении и даже в ЦАР.
Экспорт безопасности по-русски
Доподлинно неизвестно, какие цели стоят перед неизвестными русскими военными, столь внезапно и стремительно «оккупировавшими» львиную долю африканского континента, однако доступные отрывочные сведения позволяют увидеть вырисовывающуюся модель взаимодействия России с африканскими странами в сфере безопасности.
Коротко ее можно описать следующим образом: политические договоренности об обеспечении безопасности и физической охраны центрального правительства и госорганов, обучение российскими спецами личного состава африканских военнослужащих (своего рода кадрового резерва) и все это в обмен на исключительные права в концессиях и добыче полезных ископаемых, а также другие преференции для работы российского бизнеса. Попутно – укрепление и рост политического влияния в регионе.
В части дипломатического и разведывательного сопровождения схема отчасти напоминает сирийскую, где удается балансировать между интересами стран-противников. Похожая ситуация – в Судане и Южном Судане, где Россией выстраиваются отношения с игроками, имеющими заведомо враждебное отношение друг к другу.
Возможно, замедленная и относительно вялая реакция европейской прессы на появление российских военных советников и других не имеющих отношения к военному ведомству специалистов также объясняется кулуарными договоренностями с теми же французами.
Ведь появились русские в ЦАР не в марте и даже не в этом году. Зато фигурирующие в прессе Пятой республики названия неких ЧВК Sewa Security Services и Lobaye Ltd, одна из которых (Sewa) якобы зарегистрирована в Индии, вызывает невольное подозрение, что это всего лишь аллюзия к английскомутелесериалу Mc Mafia, где русские бандиты творили свои темные дела через индийские фирмы и порт Бомбей.
Итак, налицо – успешная реализация Россией стратегии экспорта безопасности, хотя и в отличном от изначального заложенного в нее смысла виде.
Вот только в отсутствии понимания конечной цели данных действий следует помнить: когда, по заветам китайских классиков, без боя одерживаешь победу или занимаешь территорию, всегда есть риск, что тебя просто заманивают – и бой будет потом…
Теги: Китай, Россия и США, Центральная Африка, ЧВК