Коррупция и бюрократия — оружие Латвии

В Брюсселе представили аналитический доклад о небывалом размахе коррупции в Европейском союзе. Словно в подтверждение выводов этого доклада в Литве выявили массовые случаи коррупции в дорожном строительстве, которое ведется с привлечением европейского финансирования. Структурные фонды ЕС разворовываются в дотационных странах Евросоюза. Коррупция — одна из причин, по которым страны — доноры европейской интеграции не хотят больше давать деньги Прибалтике.

 

Европейское антикоррупционное агентство OLAF и Директорат юстиции Евросоюза опубликовали доклад о росте коррупции в странах ЕС. Выводы аналитиков неутешительны.

«Коррупция в европейских структурах достигла небывалых масштабов. Если раньше годовой объем хищений из европейских фондов составлял сотни миллионов евро, то теперь он исчисляется миллиардами, — говорится в отчете, — от коррупции страны ЕС ежегодно теряют 323 миллиарда евро, что составляет почти одну треть предложенного ЕС семилетнего бюджета на 2014–2020 годы».

Астрономическая цифра в 323 миллиарда евро, представленная агентством OLAF и Директоратом юстиции, складывается из коррупции во всех 27 странах ЕС плюс коррупции в общеевропейских органах власти. Последняя тоже велика: в 2011 году, например, со счетов Еврокомиссии при невыясненных обстоятельствах исчезло 3,9% бюджета, в 2012 году — 4,8% бюджета.

Неиссякаемый источник извлечения коррупционной сверхприбыли представляет освоение средств, выделяемых из бюджета ЕС: кредитов, субвенций, дотаций.

Коррупция в данном случае понимается в самом широком смысле слова и означает не только прямое разворовывание, но и неэффективное расходование денег, «зарывание в землю» на заведомо не окупаемых проектах, растрату, мошенничество, использование средств в целях личного обогащения.

Коррупция процветает в тех сферах, куда идет больше всего траншей из бюджета ЕС. К примеру, в сельском хозяйстве. По данным Европейской счетной палаты, в 2013 году страны — члены ЕС потратили почти 7 миллиардов евро на обработку земель, заведомо непригодных для ведения сельского хозяйства. Едва ли для специалистов в аграрном секторе было непосильной задачей установить, что земли непригодны для обработки, тем не менее чиновники из Брюсселя предпочли дать, а чиновники на местах — взять деньги из Фонда развития сельского хозяйства ЕС, прекрасно понимая, что эти средства уйдут в никуда.

Особенно разворовывание европейских денег характерно для стран «Новой Европы». Именно они, вступив в Евросоюз, выкачали 150 миллиардов евро дотаций из структурных фондов Союза.

В прошлом году Transparency International объявила о масштабных хищениях при распределении еврофондов в Венгрии, стране — рекордсмене ЕС по доле брюссельских вливаний в структуре ВВП.

«Мы считаем, что фонды Евросоюза зачастую распределяются в Венгрии не вполне справедливо, — заявил глава венгерского отделения Transparency International Йозеф Петер Мартин. — Стоимость большинства проектов сильно завышена, а средства уходят на ничем не оправданные цели. Без преувеличения можно сказать, что сегодня сотни миллиардов форинтов европейских госфондов уходят в карманы непонятно кого».

Не остается незамеченной коррупция и в других паразитирующих на европейской интеграции государствах. Например, в странах Прибалтики.

Министерство транспорта и связи Литвы устроило аудит денежных средств, выделявшихся на дорожные работы в республике, — выяснилось, что основная часть денежных поступлений безбожно разворовывалась региональными дорожными предприятиями.

Под проверку попали 25 объектов Каунасского, Паневежского и Шяуляйского дорожных предприятий, на которых проводились работы по асфальтированию. Во всех случаях были выявлены злоупотребления и хищения. Например, асфальтирование проводилось без заключения договоров, из-за чего заказчики отказывались платить за услуги. Или в документах была указана меньшая площадь асфальтового покрытия, чем было в реальности заасфальтировано.

Еще дорожные предприятия очень любили посылать своих сотрудников кататься за границу за казенный счет. Директора, бухгалтеры, старшие механики и организаторы закупок с удовольствием ездили в командировки, не имеющие никакого отношения к их деятельности. «Повышать квалификацию» особенно любили на Мальте и Кипре, а также в Испании, Турции и на прочих популярных туристических направлениях.

В Литве тоже действовали курсы повышения квалификации, но руководители дорожных фирм предпочитали командировать себя за границу. Курсы там стоят в несколько раз дороже, а полученные на них знания нельзя применить на родине. По праздникам дирекция и бухгалтерия поздравляли себя подарками в виде денежных сумм особо крупных размеров. «Конкурсные» закупки проводились без конкурса каждый раз у тех же поставщиков.

И процветала вся эта «малина» в сфере, где традиционно крутится больше всего денег из еврофондов, — строительстве и ремонте инфраструктуры.

Не поэтому ли прибалтийские эмиссары так носятся в Брюсселе с гигантскими проектами развития инфраструктуры? Ведь все эти проекты предполагают европейское софинансирование, и стоит Еврокомиссии в нём отказать, как эти проекты тут же закрываются.

Почему Прибалтика так яростно рвется выйти из беспроблемно работающего электрокольца БРЭЛЛ? Зачем Литве, Латвии и Эстонии железная дорога Rail Baltica, если всеми специалистами многократно доказано, что на ней не будет ни грузов, ни пассажиров, поэтому она никогда не окупится и не будет приносить прибыль? Почему страны Балтии отчаянно спорят, в какой из них должна находиться штаб-квартира Rail Baltica? Почему Вильнюс и Рига много лет не могли решить, в какой стране должен быть региональный СПГ‑терминал для Прибалтики, и в конце концов Литва обманула Латвию?

Вся эта активность ведется с одной целью: получить именно в свои руки финансирование из структурных фондов ЕС и «распилить» потом европейские деньги.

Самая большая коррупция — в госзаказах, включая те, которые финансируются из еврофондов, заявил в прошлом году бывший министр финансов Латвии Улдис Осис.

«Здесь часто побеждают не те бизнесмены, чьи проекты лучше, а те, у которых есть короткая дорожка к тем чиновникам, кто принимает решения по этим делам. Именно поэтому эффективность этих проектов на государственном уровне и уровне самоуправлений очень низкая. В целом приходится признать, что фонды ЕС и раньше, и сейчас остаются источником безответственности, коррупции, бюрократии и лени на всех уровнях», — говорит Осис.

Безответственность, коррупция, бюрократия и лень на всех уровнях в странах Прибалтики не последние из причин, по которым европейцы твердо решили не давать им больше денег в прежних объемах.

Последний год при обсуждении нового семилетнего бюджета ЕС неизменно ищутся способы перестать кормить паразитов из Восточной Европы. В рамках перехода к «Европе двух скоростей» предлагается закрыть структурные фонды и отказаться от политики выравнивания. Есть предложения забрать деньги у Прибалтики и передать их странам Восточной Европы.

Прибалтийские республики уже сейчас раз за разом остаются без европейских денег. Дотации фермерам из фондов Евросоюза уже решено уменьшить. Доля национального софинансирования проектов с европейским участием будет увеличена с 15% до 45%.

Давать Прибалтике деньги на выход из БРЭЛЛ Евросоюз не хочет. Возникли проблемы с европейским софинансированием Rail Baltica. Проект Висагинской АЭС тихо «загнулся», потому что денег на атомную станцию Брюссель не дал. Теперь так же тихо «загибается» литовский СПГ‑терминал, который так и не получил в Евросоюзе статуса регионального, а с ним и европейского финансирования.

Только ли из-за «брексита», проблем в еврозоне и усиления евроскептиков в странах «Старой Европы» Брюссель нынче стал так прижимист? Нет. Просто Евросоюз в новых условиях не может позволить себе роскошь заваливать Прибалтику деньгами, заведомо зная, что в этих странах деньги разворуют.

Александр Носович