Эксперт: о Вагнере и Прибалтике
Пятидневная война России с Грузией в 2008 году была победоносной, но выявила ряд недостатков в вооруженных силах и возможностях России. В результате этого конфликта последовали широкие реформы и крупнобюджетные военные закупки.
С 2015 года российская операция в Сирии играет роль полигона для реорганизованных российских вооруженных сил.
Что говорит российское выступление в Сирии о достижениях, которые были сделаны? Какие конкретные возможности открыла для себя Россия? Какие отрасли вооруженных сил больше всего выиграли от реформ и закупок, а где происходит отставание в развитии? Может ли операция в Сирии рассказать нам, какие реформы были более или менее успешными и что все это означает для стратегического баланса России с НАТО?
На эти вопросы американских экспертов отвечал российский военный эксперт Антон Лавров в вашингтонском Центре стратегических и международных исследований (CSIS). Модератором выступала старший советник и директор программы «Россия и Евразия» Центра стратегических и международных исследований Ольга Оликер.
Газета «СЕГОДНЯ» тоже задала военному эксперту свои вопросы: первый, касающийся заявленной темы, а второй затронул наши балтийские реалии.
1. Какую роль играют ЧВК, наподобие ЧВК Вагнера, в Сирии и как они координируют свою деятельность с регулярными российскими войсками?
«Наемники из так называемой ЧВК Вагнера изначально прибыли в Сирию для охраны нефтяных и газовых месторождений в пустыне от набегов ИГИЛ. Они были наняты сирийскими олигархами за долю в прибыли от продажи ресурсов с них. Затем, когда они стали серьезной многочисленной силой, их использовали и для штурмовых действий — отбитии у ИГИЛ новых месторождений и небольших населенных пунктов. Нет никаких данных, что они находятся в прямом подчинении командования российской группировки в Сирии или получают финансирование от министерства обороны. В то же время во второй половине прошлого года во время наступления против ИГИЛ в пустыне их действия с российской стороной наверняка координировались — хотя бы для того, чтобы не попасть под российских удар. Нельзя исключать, что взаимодействие с ними в этот период было еще более тесным и к ним временно прикомандировывались для наведения авиации и получения разведданных. Понятно, что взаимодействовать с русскими из Вагнера было гораздо легче, чем с местными, иранцами или ливанцами».
2. Согласны ли вы с оценкой некоторых военных аналитиков, что Прибалтика могла бы быть завоевана российскими войсками в течение нескольких дней?
«У России нет вблизи границ с Балтией достаточно серьезной группировки сухопутных войск для наступления. Войска тут также одними из последних получают современное вооружение. Так что оценки про несколько дней слишком оптимистичны».
Лаконичный ответ на второй вопрос может кого—то порадовать, а кого—то и огорчить. Дело в том, что нет никаких признаков того, что Россия готовится решать межгосударственные или внутренние проблемы недипломатическим путем. Однако вряд ли наращивание на ее границах военного контингента НАТО останется незамеченным и безответным. Тут остается только надеяться на рассудок и политическую зрелость наших латвийских политиков, которая, судя по всему, находится пока в процессе пубертатного периода.
Олег МЕРКУЛОВ,
собкор газеты «СЕГОДНЯ»
в Вашингтоне.