Колонки: Михаил Бударагин: И снова наступает эпоха искренности

Сытые нулевые в общественном смысле (и газета ВЗГЛЯД не уставала писать об этом) были временем не слишком искренним. Все играли друг с другом в поддавки и выдавали желаемое за действительное. Но теперь врать уже некому. Накануне весны миру вообще положено меняться, замирать на переломе и неожиданно обновляться – в этой привычной каждому круговерти каждый раз кроется пусть маленькое, но чудо. Мы все о весне давно уже знаем, и грязь, авитаминоз, холодный еще ветер ничуть не мешают нам радоваться марту так, как будто не было никаких мартов год или два года назад. То же самое – и с эпохами, которые проживает общество. Каждый раз, когда время прилизанного вранья уходит и настает пора честного сбрасывания масок, радости от самого этого факта ничуть не мешает ни то, что это уже было, ни то, что выглядит искренность, честно говоря, так себе. Но то ли кризис тому причиной, то ли естественный ход времен, но начало года – это прямо откровение за откровением, на любой вкус. Еще и месяца не прошло, но не терпится людям. Вот футболист Комбаров говорит возмущенно, а что это, мол, деньги-то платить собрались в рублях, да где это видано. Детское хамство, конечно, особенно на фоне игры, которую демонстрирует сборная России, не умеющая главного – бороться на поле до последней секунды. За контракт в валюте, стоит думать, бороться будут куда жестче.

Время прилизанного вранья уходит, настает пора честного сбрасывания масок (фото: Reuters)

Спортсмен мог бы и промолчать, конечно, но что ему терять, в самом деле? В «Барселону» его уже точно не возьмут, а деньги нужны, довольно расшаркиваться. Разумеется, теперь уже все знают, что футболистам, оказывается, платили в валюте. Интересно, а с какой стати? Пожалуй, тут не обойдется без расследования и соответствующих выводов, спасибо Комбарову, удружил, не стерпел. Но ведь честный человек: хочет зарплату в валюте, и все тут. Или вот актер Алексей Панин, известный в основном дебошами и сексуальными откровениями, становится героем дня, рассказывая, как ночует в Петергофе, у вокзала, дочь ждет. И как-то сразу понятно, что есть у любого человека на этот счет точка зрения: Панина можно жалеть, можно осуждать, но эту роль – актер-скандалист – он играет отлично. Каждое его интервью – повод, каждое слово – симптом. Прочтите для порядка беседу с каким-нибудь Сергеем Светлаковым, главной новой звездой сытого времени. Там же просто выхолощенная, пустопорожняя болтовня о том, какой Светлаков замечательный. И таких Светлаковых было столько, что отличить их друг от друга невозможно. Панин – не очень хороший пример для подражания, но он хотя бы живой и хотя бы вообще ничего не боится, в отличие от коллег по цеху, которые привыкли оглядываться на каждый чих и прятаться под стол по любому поводу. Честный мерзавец остается мерзавцем, но зато честности – не отнять. Как не отнять ее у главы РЖД Владимира Якунина, который зло и неожиданно откровенно выговаривает любителям рыться в чужом белье. По мне, так Якунин – тоже не самый приятный персонаж, но он с некоторой даже болью рассуждает о вещах достаточно сложных для человека его статуса и беседует слишком откровенно для руководителя госмонополии, который мог бы сказать третьему помощнику второго секретаря прислать пресс-релиз, из которого не будет понятно вообще ничего. Таких пресс-релизов каждый журналист прочел за свою жизнь сотни, и уж лучше интервью, чем все эти никчемные бумажки. Я не знаю, прав ли Якунин и прав ли Панин, не уверен, что правы депутаты Сидякин и Савченко, которые только что вернулись из Антарктиды. Но мы навсегда запомним, как некто Павел, помощник Сидякина, написал свой крик о помощи (умудрившись подставить не только начальника, но и всю Думу разом) – это же было честно, волнуется человек, места себе не находит, да как не написать-то. Депутаты тоже хороши, конечно, но в Антарктиду поехали, флаг хотели водрузить куда-то, как будто детская мечта. Не в альпийском шале сидят, и то хлеб. Время, как сказал бы Михаил Зощенко, нервное, каждая секунда на счету, а на притворство уходит слишком много времени. И не то чтобы все прямо жаждали искренности: она неудобна, а иногда и просто вредна. Более того, искренность слишком легко разыграть, так что не стоит особенно усердствовать: скоро эта игра войдет в моду, еще месяц-другой можно просто наслаждаться, а потом придет какая-нибудь Собчак с компанией и все испортит уже окончательно. Два-три месяца есть еще, наслаждайтесь. Сейчас же – да, действительно, кто-то играет, кто-то искренен просто по глупости, а кому-то все уже осточертело: и пусть все это уже было, но и весна ведь случалась сколько раз, просто однажды – особенно это приятно после долгого застойного потребительства с его торжеством пластмассовых людей с накачанными губами – многим надоедает притворяться, хвастаться ненужным барахлом и липовыми социальными статусами, а хочется хоть на секунду почувствовать, что есть еще хоть что-то настоящее. Не «хорошее» или «плохое», не «правильное» или «неправильное», а живое. Как ополченец Моторола, которого убивают, убивают, хоронят, хоронят, а он все равно идет в бой. Он еще на похоронах Порошенко простудится: не зря ведь живое всегда побеждает целлулоидную мертвечину.

Теги:  РЖД, гражданское общество, общество, Владимир Якунин, Алексей Панин