Школа невезения (вводное и историческое)
Сейчас, после феерического выступления молодого, но уже особо, хотя и альтернативно одарённого юноши в Бундестаге, как-то школьная тема подвсплыла. О ней о поговорим, о школе средней. Я хоть и потребитель в этом сегменте образования, но таки двух детей «выпустил» непосредственно, одного – опосредованно, ещё по одному – учатся. Ага, непосредственно и опосредованно. Да ещё, было дело, изучал историю развития образования с прикладными целями.
Так вот. У меня есть слово. И это слово – о школе. И это слово – пиздец.
Например, ну ни фига я не понимаю, почему ботанику и прочую биологию вместе с химией учат в школе годами, а прикладные основы права – ни разу нет. В результате успешный ученик школы хорошо знает про пестики-тычинки, но ни хера не разбирается, к примеру, в своих трудовых правах. А, когда (что часто бывает) его обманет работодатель, он ему будет про перекрёстное опыление рассказывать, защищая свои права? Или уверенное знание формулы серной кислоты поможет не повестись на лохотрон имени очередной финансовой пирамиды?
При этом обращу внимание просвещённой публики, что, по ст.28 ГК РФ, детёныш частично дееспособен начиная с 6 (!) лет, и может, к примеру, совершать «сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или, с согласия последнего, третьим лицом для определённой цели или для свободного распоряжения». То есть те 5 тыс.руб., что дала бабушка, десятилетний оболтус может смело потратить на элитного дворового котёнка от лучших подзаборных производителей на зоорынке, и фиг ему кто это запретит. И продавцу по закону хрен кто что скажет, потому как свобода договора (ст. 1 ГК), и по данной устной сделке (ст.159 ГК) цена была установлена соглашением юридически дееспособных сторон, действующих своей волей и в своём интересе. Ну, там два батальона блох как бонус шли, и глисты в комплекте.
Вот и бродят по просторам Руси юридически безграмотные и финансово бестолковые толпы. Чем им поможет знание структуры молекулы при трудоустройстве (неважно кем)? Или знание классификации царства растений, когда их на примечания мелким шрифтом разводить будут, ставя на деньги? Оторванность школы от реальной жизни поразительнейшая.
Я ни в коем случае не призываю лишить детей тех порций знаний, что вкладывает в их головы родное среднее образование: дети должны быть высококультурны, образованы и далее по списку. И таки да, я согласен в целом, что программа советской средней школы была мало не лучшей в мире по своему времени, и во многом актуальна сейчас. Но, сука, кто сказал, что её не следует доработать напильником под время текущее? В части большей приближённости к реалиям дня? Да хотя бы потому, что юридическую защиту гражданина (плохую-хорошую, не суть), в СССР монополизировало государство, а сейчас этот гражданин с точки зрения гражданского права находится в конкурентной среде, и никто ему по умолчанию на помощь не придёт.
А естественнонаучная парадигма советского школьного образования, то есть его заточенность под условные «пестики-тычинки» и прочую физику с географией, случилась ни разу не от хорошей жизни, а обусловлена исторически. Дело в том, что в ХХ веке, если кому интересно, в России (СССР) было три вселенских срача на тему организации школы.
Первый из них – это рубеж веков, XIX и ХХ. Российская империя, ага. Любителям попиздеть на тему её офигеть какой отсталости в области народного образования предлагаю идти в задницу сразу. Или можно сначала в Президентскую электронную библиотеку записаться, почитать источники тех времен по образовательной дискуссии, и потом, если до мозга не дойдёт, уже идти по обозначенному адресу. Образование в Российской империи было вполне на уровне мировых стандартов того времени, а то, что образованных было немного – так мировые стандарты такими были. Вон, первые психологические тесты (времён Первой мировой), в США сделанные, два варианта имели – для грамотных и для неграмотных. Подробности той эпохальной битвы расписывать не буду, отмечу, что в итоге всё свелось к двум вариантам школ – классическая гимназия и реальное училище (церковно-приходские и прочие земские не берём, это, в основном, началка). Первые готовили детвору с прицелом на университет, госслужбу, всяческое гуманитарное-фундаментально-научное, а вторые – выпускали техников с заточкой (если потянут) далее на инженера. Так что программы обучения там и там различались существенно. В гимназиях – упор на гуманитарное, естественнонаучный раздел преподавался в рамках общих представлений; в реальном училище – ровно наоборот.
Когда в 1917м по осени у нас случилось то, что лет через пять после революцией назвали, то, в строгом соответствии с песней «Интернационал», до основания разрушать стали нафиг всё, включая школу. Нет, подвижников там хватало более чем, и цели ставили они перед собой очень даже благородные. Однако, как это часто бывает, в системе образования тож, победили в 20-е не самые умные, а самые пиздливые, вовремя вооружившиеся трескучестью «революционных» лозунгов. Здесь Н.К.Крупской особый коммунистический привет – ну можно же было как-то менее пламенно систему образования Российской империи ненавидеть?
Её неутолённая замещающая страсть к воспитанию чужих детей в том числе привела к тому, что в 20-е годы не было, пожалуй, ни одной педагогической идеи, которая была бы не проверена на беззащитном советском ребёнке. Нельзя сказать, что всё-всё было бессмысленным: работы Бехтерева, Басова, Блонского, Выготского, практическая деятельность Макаренко относятся именно к этому историческому периоду. А назывался весь этот движ педологией, которая так и не сумела стать наукой: споры о том, что именно есть педология продолжались до определения Блонского (1932): «педология – наука социальная, изучающая закономерности возрастного развития ребёнка и подростка на основе ведущей роли закономерностей классовой борьбы и социалистического строительства СССР». Согласитесь, внушает пафосом? Хотя сами по себе работы и учебники Блонского весьма толковы.
Но было уже поздняк метаться, поскольку в педологии правила бал идея социальной биопластичности тов.Залкинда (автора «12 сексуальных заповедей пролетариата») и верных ему Шапиро и Гельмонта. Охуенная по своей незамутнённой классовой чистоте вещь: ежели ребёнка оградить от вредного классового влияния, значить, и загнать его в коллектив, то его можно даже не учить. А коллектив надо грамотно воспитывать в духе марксизма-ленинизма, тогда его член, то есть детёныш, изменит в силу пластичности свою психику, эти изменения закрепит, и обязательно передаст, закреплённые, по наследству. То есть, идеологически изнасиловоав псевдореволюционной трескотнёй ребёнка, мы имеем уже в первом поколении коммуниста воспитанного, во втором и последующих – коммуниста врождённого, и ниипёт. И пох на все буржуазные заморочки имени индивидуальности психического развития и прочей шняги. А, ещё детишек над на различные группы поделить, в зависимости от…. – ну, там по выбору, кто как хочет, тот так дрочит. Сам Залкинд по сознательности делил, Блонский – по сложной системе соответствия психического и физического возраста (не совпадающего к тому же с паспортным). То есть, по Залкинду, пионерские собрания вместо уроков были самое то. Не, нуачо – по-любому проще на уроке передовицу «Правды» читать, чем урок в соответствии с планом вести; и образования профильного не нужно. А отдельные несогласные не только погоды не делали, им даже делать её не давали самым беспощадным образом. Тот же Басов в 39 лет был разжалован из педагога в ученика слесаря, и через полгода умер от заражения крови, повредив чем-то ржавым конечность (1931); Макаренко по конфликту с Крупской был снят с руководства колонией им.Горького, и только крыша НКВД сохранила его для педагогики (им не то, что было пох на Крупскую, им с беспризорниками делать реально что-то надо было); Чуковский почти на 20 лет зарёкся публиковать сказки в стихах для детей.
То есть к началу 30-х годов советская школа в целом радостно накрылась кобылячим половым органом и превратилась в бесконечный пионерский слёт. Есть такой интересный рассказик у Ильфа и Петрова, «Разговоры за чайным столом», погуглите, камрады, там маленький текст.
Надо признать, что системе народного просвещения повезло – не все большевики забыли качественное имперское образование, и не все были ебанутыми на всю голову коньюнктурщиками, а Сталин – так вообще был меньше всего им. Поэтому, для начала, в 1931м обошлись мягко, Постановлением ЦК ВКП(б) о структуре школы, а также увещеваниями в «Правде». Потом посмотрели на школу более пристально, опять офигели, и и в 1936м родили Постановление ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов», где педологию умножили на ноль, особо не разбираясь в тонкостях споров её апологетов.
Залкинду по закону воздаяния прилетела ответочка (он умер от инфаркта сразу после партсобрания на тему этого Постановления); Крупскую с зам.наркома просвещения, конечно, не сняли, но впредь разрешали, максимум, принимать в пионеры и торговать лицом в президиумах, периодически каясь на тему «новой оппозиции». Макаренко переехал в Москву.
С другой стороны, наглухо зачехлили практически все направления психологии, включая психоанализ (а ну нас в стране в 20-е школа была мощная), ряд по-настоящему новаторских педагогических сюжетов (тот же Шацкий). Выготскому и Басову «повезло» посмертно, их учения не тронукли и признали: про второго мы касались выше, а первый, «наше психологическое всё», умер от туберкулёза в 1934м.
Встал всего один, но исключительный вопрос – чему детвору учить? Опять-таки, многие в ЦК ВКП(б) умели и любили читать, тот же Сталин. И тому же Сталину ни разу не в падлу было перенимать полезный опыт ненавистного царизма. Вот и вспомнилась идея Министерства народного просвещения имени волнений 1905-07 годов об увеличении часов преподавания естественных наук, «безвредных» с политической точки зрения.
В итоге получилась школа с упором на естественнонаучный цикл и его творческое осмысление, а гуманитарные предметы преподавались жёстко и ортодоксально, совершенно и в принципе не поощряя мысль ученика. Результатом стало то, что СССР имел реально большое количество талантливых учёных-естественнонаучников, конструкторов, инженеров, и ни разу не имел столь же большое количество талантливых гуманитариев – философов, историков, правоведов, экономистов, тех же пропагандистов, наконец.
Тогда, ИМХО, и заползла в мозги интеллигенции либеральная бацилла. В силу феномена каузальной атрибуции человек всегда будет интересоваться психологией, политикой, общественной жизнью. Даже если он, прости, Господи, секретный физик. А пытливый ум учёного ни разу не удовлетворится идеологическими штампами, он будет искать возможность развития идей, при невозможности – альтернативы. Гуманитарию ещё хуже. Ему судьба была или зубрить бездумно, или вылетать из профессии нахуй. А вот те, кому жопа мозги заменяет, тому комфортно. Вот и получили полудебилов-идеолухов на окончание СССР.
А про 90-е и дальше мы завтра поговорим, во второй части.