Никаких переговоров с баранами: Венгрия показала, как вести дела с майданом
Венгрия отказывается от переговоров с Украиной по закону об украинизации образования и требует просто отменить этот закон без всяких разговоров.
Борьба соседей Украины с тамошним законом о принудительной украинизации школьного образования вышла на новый уровень. Показательное событие произошло в конце минувшей недели на организованном Советом Европы форуме в Будапеште. Делегация украинского парламента пыталась провести встречу с венгерскими депутатами, чтобы «объяснить» им закон, но венгры от проведения такой встречи отказались. Об этом рассказала вице-спикер Верховной рады Ирина Геращенко.
Закон, подписанный в конце сентября Петром Порошенко, предполагает, что со следующего года преподавание на каких-либо языках, кроме украинского, может осуществляться только в начальных классах. С 2020 года не остается уже никаких исключений. Закон был написан и подписан ради борьбы с русским языком и русским влиянием, однако «за компанию» прилетело также полякам, венграм, румынам и словакам.
Самую жесткую реакцию майданное правительство получило не из Москвы, хотя большинство населения Украины думает и говорит по-русски. Авангардом сопротивления очередной нацистской выходке (на каком основании кто-то решает за других, на каком языке им получать образование?) стала Венгрия. Там не ограничились острыми комментариями, а прямо пообещали ставить Киеву палки в колеса во всех возможных вопросах. А теперь еще и отказались обсуждать эту тему собственно с украинскими депутатами.
Большинство венгров на территории Украины живут в Закарпатье — это 150 тысяч человек. В нескольких районах области они составляют большинство. На этих приграничных территориях нет вообще ничего украинского, кроме флагов на административных зданиях. У жителей — венгерские паспорта, они говорят на венгерском языке и ходят в венгерские заведения общепита. Венгерские власти платят там пенсии и финансируют местные деловые и культурные проекты.
В том, что касается «школьного» вопроса, венгры могут сделать ставку на развитие частных учебных заведений, ведь этого никакие законы не запрещают. Вместе с тем в Будапеште рассчитывают на адекватную реакцию международного сообщества, то есть на осуждение закона и его отмену. Но с украинскими депутатами, повторим, обсуждать этот вопрос они не хотят. Почему?
Во-первых, потому, что все понятно и без балабольства в привычном для Верховной раде стиле. Если в законе черным по белому написано, что преподавание — только по-украински, то бессмысленно убеждать, что не все так однозначно. Глубокомысленные размышления чиновников министерства образования насчет того, что Украина обороняет Европу от красной чумы и потому дети в школах должны говорить не на родном языке, а на государственном, тоже не внушают ни малейшего доверия.
Вторая причина состоит в том, что с Украиной при ее нынешней власти, как все уже давно убедились, договориться невозможно. Нарушение обещаний вошло в привычку еще после исторической встречи Януковича с оппозицией и послами. В России все помнят, как в Киеве четыре года назад говорили: не будет никакого Бандеры, не будет никакого НАТО, никто не против русского языка. Чем дело закончилось, всем известно. У других соседей Украины — свои списки претензий, но суть в том же: в Киеве при нынешней власти врут так же легко и стабильно, как и воруют.
Третья причина нежелания венгров разговаривать с украинскими депутатами метафорически сформулирована в известном фильме: «Я буду разговаривать только с пастухом, а не с его безмозглым бараном». В Будапеште прекрасно знают, что насильственная украинизация соседней страны имеет свой источник не в Киеве и уж тем более не в том провинциальном цирке, который называется Верховной радой. И нет никакого смысла тратить время на разговоры с теми, кто ничего не решает.
Судя по истерической реакции майданного правительства, в Будапеште выбрали самый действенный метод. Никаких переговоров с киевскими жуликами. Никаких полутонов. Никаких компромиссов. «Закон» противоречит конституции Украины, международным нормам и здравому смыслу, он должен быть отменен. Если он не будет отменен, то Венгрия решит вопрос со своими соотечественниками каким-нибудь другим способом.
Возможно, России следовало бы принять формальное или неформальное участие в работе «околоукраинской» группы, которая совместными усилиями вынудит Киев отменить противоправный закон. Общая работа могла бы позволить наладить сотрудничество в деле демонтажа элементов провинциальной псевдодиктатуры. В будущем этот опыт, несомненно, пригодится. А вот представителей Верховной рады звать туда действительно незачем.
Сергей Гуркин