Петр Порошенко: туманное будущее на фоне роста политической турбулентности
Все действия киевской власти на сегодняшний день подчинены исключительному одному — политическому самосохранению, что является залогом физического самосохранения и возможности присвоения коррупционной ренты. Именно этим объясняется тот факт, что Петр Порошенко в последние несколько месяцев развил необычайно бурную дипломатическую активность. Многочисленными зарубежными визитами и встречами с сильными мира сего Петр Алексеевич имитирует субъектность и рукопожатность, которой можно прикрыться от политических оппонентов, а также пытается продемонстрировать последним, что в президентском кресле он еще способен выполнять функции гаранта притока ресурсов извне.
Впрочем, на внешнеполитическом направлении украинский президент потерпел ряд чувствительных фиаско. Во-первых, 20-минутную июньскую встречу с Дональдом Трампом назвали провалом даже отдельные представители киевской власти и ее медиаобслуги. А совсем недавно Белый дом впервые обвинил Киев во вмешательстве в избирательный процесс во время выборов президента США, что в отличие от пресловутых «русских хакеров» является правдой (скандал вокруг т.н. «амбарной книги» «Партии регионов» и Пола Манафорта, экс-главы штаба Трампа).
Во-вторых, Североатлантический альянс, несмотря на все усилия Порошенко, принявшего в Киеве генсека НАТО Йенса Столтенберга, не дал согласия на начало диалога о получении Украиной Плана действий по членству в НАТО, лишь «приняв во внимание» стремление Украины.
В-третьих, по итогам прошедшего 13 июля в Киеве саммита Украина-Евросоюз не было подписано итоговой декларации: Нидерланды, ФРГ, Франция не пожелали включать в текст совместного заявления фразу о том, что ЕС «признает европейские стремления Украины и приветствует ее европейский выбор». Замглавы Администрации президента Украины Константин Елисеев признал, что декларацию не подписали из-за отсутствия консенсуса. Словом, либерализация визового режима и ратификация невыгодного для украинской экономики Соглашения об ассоциации с Евросоюзом (вопреки мнению нидерландских избирателей), где прописана невозможность вступления Украины в ЕС, завершили процесс украинской евроинтеграции.
Отдельным пунктом следует отметить критику Запада по вопросу борьбы с коррупцией на Украине, о которой высказывался практически каждый представитель западного истеблишмента, с которым встречался Порошенко в последнее время. Госсекретарь США Рекс Тиллерсон и вовсе заявил, что «не имеет смысла для Украины воевать за тело на Донбассе, если она потеряет свою душу в коррупции».
Понятно, что на Украине после «майдана» здравая политическая конкуренция задавлена буквально-таки могильной плитой: общество, занятое вопросами экономического выживания в погружающейся в социальный ад стране, не обратит внимание на указанные выше факты, а оппозиционные «антимайданные» силы слабы и разобщены для того, чтобы использовать неблагоприятные тенденции для официального Киева в свою пользу. Но неизбежно обострится внутривидовая борьба: оппонирующие Порошенко группы внутри власти (ультрарадикальное крыло киевского режима в лице Александра Турчинова, Арсена Авакова и примкнувшей к ним Юлии Тимошенко) явно сделают соответствующие выводы и примутся куда активнее давить на теряющего внешнюю поддержку Порошенко. В планах оппонентов Порошенко — либо ограничение полномочий президентской ветви власти путем конституционных изменений, либо выход на досрочные парламентские выборы, которые должны стать прологом к выборам президентским.
К слову, инициативу о конституционных изменениях озвучили в унисон бывший и действующий премьер-министры Арсений Яценюк и Владимир Гройсман соответственно. Степень близости Гройсмана и Порошенко, чьей вотчиной является Винницкая область, несколько преувеличена, и чем дальше, тем больше появляется линий разлома между премьером и президентом: горизонт политического планирования Владимира Борисовича уходит далеко за горизонт президентства Петра Алексеевича. Чувствуя слабость Порошенко, Гройсман начинает набирать политическую субъектность, которую затем можно конвертировать в электоральные, финансовые и прочие бонусы.
Не Гройсманом единым: прочие соратники Порошенко продолжают дистанцироваться от него. Заявление об отставке написали министр информационной политики Юрий Стець, на неопределенный срок в отпуск ушла глава Нацбанка Валерия Гонтарева (к которой накопилось множество вопросов у антикоррупционных органов), от занимаемой должности отстранен главный налоговик Украины Роман Насиров (над ним также нависает «дамоклов меч» правосудия). В целом, украинские политики никогда не отличались верностью одному единственному покровителю: как говорится, вовремя предать — это не предать, а предвидеть. Потому нетрудно спрогнозировать, что процесс «развода» Порошенко с ближайшим окружением с течением времени будет лишь набирать обороты.
Еще одним неблагоприятным фактором для Порошенко является снижение управляемости парламента. Ситуативное объединение олигархических и ориентированных на Турчинова-Авакова-Тимошенко депутатских групп не позволило снять неприкосновенность со «своих» нардепов и привлечь их к уголовной ответственности, чего добивался кум Порошенко генпрокурор Юрий Луценко. Кроме того, еще трое нардепов покинули и без того трещащую по швам правящую коалицию (формально, напомним, состоящую из «Блока Петра Порошенко» и аваковско-турчиновского «Народного фронта»), что затруднит принятие инициированных как Порошенко, так и западными кураторами законопроектов.
Кстати, об олигархах. Несмотря на падение внутриполитического веса целого ряда представителей крупного капитала за последние три года, «в засаде» находится Игорь Коломойский. Игорь Валерьевич не только не выполнил договоренности с властью о покрытии убытков государства, понесенных при национализации «ПриватБанка» (планировалось до 1 июля 2017), но и начал судебные процессы по возврату финучреждения. Коломойский, наверняка затаивший обиду на Порошенко, все еще владеет серьезными финансовыми и медийными ресурсами, которые могут быть использованы оппонентами Петра Алексеевича в борьбе с последним.
Рейтинги же Петра Алексеевича оставляют желать лучшего: по данным социологов, это 11−12% при антирейтинге порядка 80%. По всем соцопросам Порошенко проигрывает Тимошенко во втором туре президентских выборов, если еще сумеет выйти в него.
Фактически, последними политическими «активами» Порошенко на внутренней арене остаются силовые структуры в лице Генпрокуратуры и СБУ (притом их лояльность далеко не абсолютна) вкупе с медийными ретрансляторами, а на внешней — низкий уровень доверия Запада к оппонентам украинского президента и «российская агрессия» (впрочем, «продавать» ее все сложнее, а назначение спецпредставителем США по Украине Курта Волкера по итогам переговоров президентов РФ и США на G-20 в Гамбурге дает шанс перезапустить переговорный процесс по конфликту на Донбассе).
Снижение политической активности до начала сентября, когда начнется новый политсезон, дает Порошенко и его команде определенное пространство для маневра. У Петра Алексеевича еще есть шанс избежать малопочетного статуса «хромой утки» за более чем полтора года до плановых президентских выборов-2019, но это именно тот случай, когда промедление смерти подобно.
Впрочем, грызня на политическом Олимпе Украины имеет весьма опосредованное отношение к украинскому народу, ведь вне зависимости от имен власть придержащих сворачивать с тропы социально-экономической деградации и архаизации государство не намерено.
Денис Гаевский, Киев