МАКС-2017: мечтать не вредно
Очередной МАКС, открывшийся на этой неделе, показывает: наша страна, несмотря ни на что и даже на санкции, остается авиационной державой. В первый день ВИП-гости во главе с президентом Владимиром Путиным любовались новейшим многоцелевым МиГ-35. И ведь впрямь было на что посмотреть!
Истребитель свечой взмыл в небо, на зависть супостатам проделал на бешеной скорости все мыслимые и немыслимые «петли», «горки», «бочки» и практически завис в воздухе в фигуре «кадушка». Следом примчалась группа истребителей-бомбардировщиков Су-34 (ау, Сирия, где ты?) в сопровождении пары Т-50 пятого поколения, которые устроили натуральный воздушный бой...
Как всегда, в программе авиашоу запланированы демонстрационные групповые пролеты «Русских витязей» на тяжелых истребителях Су-30СМ, «Стрижей» на МиГ-29, «Соколов России» на Су-27 и Су-34. Заметьте: они летают на российских, до последней заклепки отечественных самолетах. И как летают! А еще есть у нас стратегические бомбардировщики Ту-160, ударные вертолеты Ми-28 «Ночной охотник», Ка-50 «Черная акула», Ка-52 «Аллигатор» и...
И получается, что Россия, конечно же, авиационная держава, но вся в погонах, с голубыми петлицами. Скорее держава военно-авиационная.
Даже единственная гражданская новинка за последние четверть века — пассажирский «Сухой Суперджет 100» взялся удивлять гостей, будто подвыпивший экс-десантник в День ВДВ разбиванием кирпича о голову. Лайнер со взлетной полосы круто взмыл в небо в стиле перехватчика, затем сымитировал неудачную посадку и на втором круге сел по-истребительски: по крутой глиссаде, с коротким пробегом. Любители экстрима аплодировали мастерству пилотов, а иностранцы еще и спрашивали: пассажирскому-то лайнеру зачем такие кунштюки? Ему бы плавность, комфорт, надежность и безопасность. Вот уж действительно: за что ни берутся эти русские — все одно пулемет получается. Тоже дело нужное, но нам-то, пассажирам авиакомпаний, они пока ни к чему.
А где и как проявил себя отечественный авиапром в гражданской авиации? Вот цифры, от которых берет оторопь. В 2001-м в России эксплуатировалось 46 иностранных гражданских воздушных судов. В начале 2017 года из 579 магистральных самолетов, эксплуатируемых в стране, иностранного производства были 494. О малой авиации и говорить нечего — ее у нас просто нет, если не считать еще советских «кукурузников».
А может, не станет и большой: закупки авиакомпаниями российских самолетов Ил-96-300, Ту-214, Ту-204 практически прекращены. Хотя самолеты в своей основе очень хорошие. Еще во времена СССР зарубежные специалисты в один голос утверждали: у советских самолетов великолепный планер, а западным конкурентам они уступают лишь «начинкой». Но построенный уже после распада СССР «Сухой Суперджет» на две трети состоит из заграничных комплектующих, включая французские двигатели, — и почти не летает: средний налет даже у российских эксплуатантов в прошлом году составил 3-3,7 часа в сутки против 9 часов у иностранных лайнеров. Неудивительно, что российскую новинку не хотят покупать ни за рубежом, ни внутри страны — невыгодно!
Причем главная беда SSJ 100, создание которого обошлось стране втрое дороже, чем планировалось, не в недостатках конструкции или низком качестве исполнения (хотя и это есть), а в полном отсутствии наземного сервиса. Из-за чего при каждой грошовой поломке лайнеры неделями простаивают на земле в ожидании подвоза нужной запчасти.
Об этой проблеме на МАКСе-201-7 справедливо говорил Владимир Путин: «В наших планах нарастить долю российской авиатехники на внутреннем и мировом рынке, для этого нужно не только улучшать ее качество и надежность, но и развивать систему послепродажного сервиса. Нужны склады, нужны запасные части, нужна подготовка кадров, сервисные центры нужно открывать...»
Все это есть у западных авиастроителей, и боинги с эрбасами летают по три десятка лет по 9 часов в сутки. Этих «старичков» покупают или берут в лизинг по всему миру, ибо уверены: производитель гарантирует техобслуживание и ремонт своей продукции в определенные договором сроки по всему миру — будь там война или революция, землетрясение, наводнение или великая сушь. И ведь обеспечивает, не жалея сил и денег!
Кстати, иностранные самолеты, бороздящие российское небо, прилетели к нам из дальнего зарубежья, сменив за годы трудового стажа не одного эксплуатанта. Три четверти этих лайнеров зарегистрированы на Бермудах, остальные — в Ирландии. Казалось бы, совсем не «авиационные» страны. Но на рынке международных авиаперевозок они пользуются авторитетом из-за высокого качества контроля за техническим состоянием своих самолетов. И очень прилично зарабатывают на этом.
В России государство субсидирует авиапром немалыми деньгами. «Отрасли сейчас оказывается достаточно широкая поддержка. Только в прошлом году в рамках программы «Развитие авиационной промышленности» на эти цели было направлено почти 52 млрд рублей, а в этом году планируется 60 млрд», — сказал Владимир Путин в Жуковском, где при открытии МАКСа-2017 прошло заседание по развитию гражданского авиастроения. Но, по данным Счетной палаты, иностранных авиастроителей мы субсидируем впятеро щедрее! Ибо около 50 млрд рублей ежегодно они получают за счет льгот — большинство иностранных самолетов ввозятся в Россию с освобождением от таможенных пошлин и налогов. А ежегодные платежи по лизингу (54% самолетов российских авиакомпаний эксплуатируются по договорам лизинга или аренды), техобслуживанию и ремонту самолетов составляют около 225 млрд рублей (сегодня из-за падения курса — больше). Итого по совокупности 300 млрд рублей ежегодно уходит за рубеж.
Эти деньги платим мы, пассажиры! Платим за доступность авиатранспорта (очередей за билетами нет), за комфорт, надежность, безопасность. Тем временем отечественный авиапром отдает богу душу. Хотя мог бы жить с песнями!
Учтем: по данным российского Минтранса, за период с 2017-го по 2020-й России потребуется замена до 300 ныне эксплуатируемых воздушных судов. А общая потребность российских авиакомпаний в поставках пассажирских самолетов до 2035 года составит 1,7-2 тысячи воздушных судов. Но российские заводы нынче выпускают лишь около 30 пассажирских самолетов в год.
Вице-премьер Дмитрий Рогозин предлагает решить проблему кардинально: рассмотреть вопрос о прекращении поставок самолетов зарубежных производителей. «Через 10-15 лет России необходимо перейти на эксплуатацию самолетов исключительно российского производства, отвечающих всем современным требованиям, — поясняет свою радикальную мысль Рогозин. — Основными покупателями российской авиатехники на первых порах должны стать госкомпании и госструктуры».
Но какой техники — вот в чем вопрос. Отечественный монополист — Объединенная авиастроительная компания — рассчитывает на успех новейшего магистрального самолета МС-21, опытный образец которого в мае сделал первый пробный вылет. На авиасалоне МАКС-2017 новый лайнер не летал, поскольку проходит испытания на Иркутском авиационном заводе. А в серию он может пойти не раньше конца 2018 года.
Тем не менее на МАКСе российская Red Wings договорилась с «Ильюшин Финанс Ко» о поставке 16 МС-21-300 в операционный лизинг на 12 лет. На четыре самолета будут установлены российские двигатели ПД-14, на остальные — канадские Pratt & Whitney. Эта авиакомпания два года назад начинала эксплуатировать «Сухой Суперджет 100» (SSJ 100), но скоро отказалась.
Теперь хочет снова рискнуть. За что будет награждена суперскидкой на МС-21 — 45 млн долларов вместо каталожной стоимости в 90 млн. К тому же, по словам гендиректора Red Wings Евгения Ключарева, риски эксплуатанта защищены условиями договора. «Ведь МС-21 — новый продукт, никто не знает, как он будет летать...» — говорит первый покупатель.
А покупателей на SSJ 100 Россия теперь ищет в Африке. На прошлой неделе замглавы Минпромторга Георгий Каламанов сообщил о переговорах с Нигерией, Замбией, Ганой и Намибией. На Россию надежд мало — обожглись. Хотя генеральный директор «Аэрофлота» Виталий Савельев анонсировал подписание на МАКСе соглашения с производителем SSJ 100 «Гражданские самолеты Сухого» на поставку еще 20 машин (в компании уже есть 30, и она от них, прямо скажем, не в восторге). Насколько «доброволен» новый договор — большой вопрос. Тем более что надлежащий сервис для обслуживания самолетов так и не создан.
Голос
Никита Кричевский, экономист
— Санкции санкциями (привыкли уже), а бизнес бизнесом. Как следует из публичного сайта устроителя МАКСа ОАО «Авиасалон», стремление участвовать изъявили 173 иностранных и 521 российская компания. Из наших, как говорится, «все», а из зарубежных (по алфавиту) — фирмы из Бельгии, Великобритании, Германии, Италии, Ирана, Китая, Мексики, Нидерландов, Норвегии, США, Турции, Франции, Чехии, Швейцарии, ЮАР, Японии и даже, пардон, Лихтенштейна (оттуда пожаловала компания с ярко выраженным лихтенштейнским происхождением «Нестеров Авиэйшн», именно так, по-русски). Приехали такие гиганты, как Airbus, Boeing, Pratt and Whitney, Rolls-Royce (авиадвигатели), Honeywell (электронные системы автоматизации и управления), и прочие топовые товарищи. Наш авиапром, похоже, не только не заметил санкций, но, наоборот, воспрял духом, что наглядно подтверждается на МАКСе.