Эдуард Лимонов: Наш император и их Стоун
Будут ещё другие серии, но я о первой. Мои впечатления. Моё личное мнение.
О Стоуне. Стоун ненавидит родное его американское правительство и государство, и потому в такой же степени вынужден любить нашего Императора. Ничего особо исключительного в противостоянии знаменитейшего режиссёра с Америкой нет. Он не единственный, кого гордыня выводила на противостояние с Отчизной-Родиной.
Ничего удивительного в феномене ненависти к отчизне нет. Куда более распространённое явление, чем представляется с первого взгляда. Бодлер писал, помните в его «Путешествии»: «Что гонит нас вперёд? Тех, — ненависть к отчизне…» Обыденно так, Бодлер о ненависти к Отчизне.
То же чувство заставляло Вольтера дружить с Фридрихом Вторым Великим, пока не поссорились. И Вольтер же воспел нашего Петра Первого в ущерб европейскому королю-рыцарю Карлу XII.
И мелкий, в сравнении с Вольтером и Бодлером, Фейхтвангер, ездил к Сталину, а Уэллс к Ленину.
Ещё в связи с диалогами Путин-Стоун можно вспомнить книгу Грэхэма Грина «Getting to know the general» о дружбе Грина с генералом Омаром Торрихосом, из Панамы. То же чувство вело Грина к генералу-парашютисту, восставшему против Америки.
На них было любо-дорого смотреть. На Путина-Стоуна.
Cтоун — такой себе всклокоченный гигант с редеющей шевелюрой и большим лицом льва, и наш Президент — аккуратненький, ладный, умненький. Стоун радостно сам перечисляет, буквально подсовывает Путину основные грехи США и её элиты. Постоянно ставит Путина в ряд с американскими президентами. Тут и Рейган, и два Буша, и Клинтон. Мелькают Хрущёв и Брежнев, и нетрезвый Ельцин.
Фильм начинается с красных и чёрных кадров. Ельцин, серпы и молоты, красное заливает экран в первых кадрах. Путин и Песков по коридору идут.
— Будем импровизировать, никаких правил, — говорит режиссёр.
— Откуда вы родом?
— Отец работал на заводе. Он был механиком… Его потом отправили в действующую армию…
Я поздний ребёнок… Я жил очень в таком свободном режиме, много времени проводил во дворе…
— А затем Вы поступили на службу в КГБ в 1975 году?
— Я поступил на юридический факультет, потому что хотел работать в КГБ.
Кадры молодого Путина трогают. Все пиджаки ему велики…
— Ельцин был больным человеком?
— Я не считаю себя вправе давать оценки…
— В 1996-м я приехал в Москву, а 1 января 2000 года я стал исполняющим обязанности президента… Я первый раз отказался…
— Почему? (Путин объясняет почему и добавляет: «Я думал тогда только об одном, о безопасности моих детей…»).
Путин показывает Стоуну тронный зал.
— Говорят, вы хотите быть царём?
— Вопрос не в том, чтобы иметь много власти, а в том, чтобы распорядиться той что есть.
— Многие называют вас царём…
— Ну и что? (Действительно, ну и что? — Э. Л).
— У Вас бывают плохие дни?
— Но я же не женщина…
Стоун:
— Ну вот, вы оскорбили половину американцев…
На экране Джордж Буш-младший:
— Я посмотрел ему в глаза и сказал, что можно доверять этому человеку…
Путин:
— На следующий день после 11 сентября у нас были запланированы ядерные манёвры. Я отменил их…
Ходят между деревьями. Сзади между ними переводчик.
Путин:
— Американцы сами вырастили и Аль-Каиду* и Бен Ладена…
Стоун (как бы поддакивая, — Э. Л):
— Кейси, директор CIA хотел устроить переворот в России.
Путин:
— У нас сложилось устойчивое мнение, что США на словах говорят о совместной борьбе с терроризмом, а на самом деле используют террористов…
Путин обмахивает пылинки с колен. Клинтон на экране, Буш Младший на экране:
— Сегодня мы приветствуем (перечисляют страны Восточной Европы принятые в НАТО, и их вступление в НАТО).
Путин:
— Вот, а говорили нам, что восточная граница НАТО не может быть дальше границы Восточной Германии.
Хроника. Путин в Мюнхене, ещё совсем молодой. В зале Маккейн. Реагируя на речь Путина, многие виновато усмехаются.
Путин:
— Мы не позволим нами манипулировать. Наша открытость была такова, что американцы сидели на наших ядерных заводах.
— Я думаю, Вы получаете оценку намерений США.
— Да, конечно.
Стоун:
— В ней (в России) всегда видели врага. Многие говорят, что США хотят развалить Россию, подчинить её.
Кадры на Красной площади, май 2016-го, парад Победы. Показали Сталина и Жукова на мавзолее. Показали старую хронику 1945 года, когда наши бросают гитлеровские знамёна к Кремлёвской стене.
Стоун:
— Вы не подходили к Горбачёву, не поздоровались.
Путин:
— Его приглашают по протоколу.
Стоун:
— Жаль, что не было посла США.
Заключение:
Режиссёр Оливер Стоун показал себя бОльшим российским ястребом, чем президент России Владимир Владимирович Путин.