Из России на пенсию: почему миссия посла США в Москве оказалась невыполнима
Владимир Ардаев, обозреватель РИА Новости
Посол США в России Джон Теффт возвращается в Вашингтон, и на его место, похоже, прибудет другой дипломат-тяжеловес — рок-музыкант и мормон, в прошлом — посол в Китае Джон Хантсман. Три года назад одни встречали Теффта в Москве как конструктора "цветных революций", другие — как Геракла, направленного сюда, чтобы расчистить "авгиевы конюшни" вражды и недоверия, оставленные его предшественником — демократом Майклом Макфолом. Что бы там ни было, но факт остается фактом: Теффт уезжает в тот момент, когда отношения между двумя странами испорчены как никогда, в том числе и в результате "дипломатической войны".
По призыву Обамы
Джона Теффта экс-президент Барак Обама направил послом в Россию в 2014 году. К этому времени он уже оставил государственную службу и занимал должность директора Форума бизнес-лидеров корпорации RAND, вспоминает генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов, который много лет лично знает покидающего Москву дипломата.
"Его миссию в то время можно было обозначить как damage limitation — ограничение ущерба, нанесенного деятельностью предыдущего главы американской дипмиссии Майкла Макфола. А ущерб, особенно в области дипломатических контактов, был нанесен немалый", — говорит Кортунов.
Однако не все видели в Теффте этакого "голубя мира" — и для этого были веские основания. Так, в 2000 году он был направлен послом в Литву, где не без его усилий удалось успешно провести референдум о вступлении страны в ЕС, вопреки воле пришедшей к власти Социал-демократической партии. Грузино-осетинский конфликт 2008 года случился в тот момент, когда послом США в Тбилиси сидел именно он, Теффт. А "Евромайдан" в Киеве произошел вскоре после того, как он оставил должность главы дипмиссии на Украине.
"Приход Теффта на должность посла воспринимался в Москве настороженно. В конце 2013-го российско-американские отношения уже сползали к тому конфронтационно-кризисному состоянию, которое с тех пор стало еще более системным, а опыт работы Теффта послом в Грузии и на Украине в период "цветных революций" не добавлял России оптимизма в отношении тех сигналов, которые Вашингтон посылал Москве этим назначением", — вспоминает эксперт Международного дискуссионного клуба "Валдай", редактор американского издания Al-Monitor Максим Сучков.
Добродушного вида человек с потешными усами регулярно появлялся там, где нужно было срочно спасать или в сложных условиях реализовывать внешнеполитические интересы Белого дома — и нередко его миссия "дипломатического спецназовца" оказывалась вполне успешной.
Работа над ошибками
Задачи, стоявшие перед Теффтом в Москве, были очень трудными, и со многими из них ему все же удалось справиться, утверждает Андрей Кортунов. Прежде всего они касались восстановления рабочих контактов с российскими государственными структурами, которые к концу периода деятельности Макфола оказались почти полностью свернутыми.
"С Майклом Макфолом никто из российских официальных лиц не хотел даже встречаться — за исключением разве что профильного департамента МИД. Джон Теффт сумел эту тенденцию преодолеть — хотя бы частично, — и сделал он это вполне профессионально", — рассказывает Андрей Кортунов.
Теффт не вызывал отторжения в российском руководстве. Он был нормальным и высокопрофессиональным дипломатом, который стремился не политизировать проблемы российско-американских отношений, утверждает программный директор клуба "Валдай" Дмитрий Суслов.
"На фоне Макфола Теффт не воспринимался как человек, миссией которого было спровоцировать внутриполитическую нестабильность в России. Он концентрировался на том, чтобы лишить дипломатическую миссию Штатов в России какой-либо политической коннотации. Этим самым он оставался "рукопожатным", принимаемым в российском руководстве. Это давало возможность сохранять каналы общения. А сохранение этих каналов позволило не допустить перетекания российско-американской конфронтации в неконтролируемую эскалацию", — говорит эксперт.
Новый посол демонстрировал принципиально иной, нежели у его предшественника, дипломатический стиль. Он избегал публичных выступлений, до минимума свел свои контакты прессой. В посольстве царили характерные для него жесткие методы руководства, зато редкие обнародованные им высказывания о стране пребывания звучали вполне доброжелательно.
"Одним из наиболее трогательных образов, которые навсегда останутся в моей памяти после лет, проведенных в России, будет ежегодное шествие "Бессмертного полка" в День Победы. Видя, как десятки тысяч россиян идут под взорами стольких ушедших героев, вспоминаешь о том, каких человеческих потерь стоила Вторая мировая война и что особенно высокую цену заплатили народы Советского Союза", — написал Джон Теффт в одном из своих блогов по-русски.
И все-таки в сухом остатке у Теффта — предельное недоверие между Москвой и Вашингтоном с одной стороны. С другой — дипломат не смог добиться от Кремля даже малейших уступок, что, очевидно, требовали от него в Белом доме.
Особенно неудачным для российско-американского диалога оказался последний, нынешний год, когда США ввели новые санкции против России и вспыхнула "дипломатическая война" с сокращением дипмиссий, сотрудников посольств, отъемом дипломатической собственности.
"Ему выпало быть послом во время перехода власти от Обамы к Трампу — и это был не самый легкий период: возникли проблемы в самом Госдепартаменте, которые не разрешены до сих пор. Научиться понимать и адекватно интерпретировать политику Трампа тоже было не так просто", — напоминает Андрей Кортунов.
Немалую роль в том, что реальное состояние двусторонних отношений в период работы Теффта не улучшилось, а значительно ухудшилось, аналитики связывают с изменением самого предназначения посла, который из фигуры, самостоятельно принимающей решения, во многом превратился в проводника политической воли руководителей своего государства.
Теперь Теффт возвращается домой — на отдых, на пенсию.