В списках не значатся
С января из Федерального банка данных (ФБД) о детях-сиротах и детях, оставшихся без попечения родителей, убрали анкеты ребят, которым в 2016 году исполняется 18 лет. Даже если подросток родился в декабре и до совершеннолетия ему остается почти год, его фактически лишают шанса найти родителей в последние несколько месяцев. Потенциальные мама с папой могут узнать о таком сироте, только если сами приедут в интернат. А потому подростки все чаще сами берутся за поиск родителей, рассказывая о себе в соцсетях.
Семнадцатилетняя воспитанница детского дома в городе Усть-Катав Челябинской области Александра Гуровская ищет себе маму через соцсети. Ее анкеты уже нет в федеральной базе данных – как и анкет других детей, рожденных в 1998 году. Это при том, что Саше только недавно исполнилось 17 – день рождения у нее 22 декабря. Несмотря на это, практически весь год потенциальные родители могли не увидеть ее анкету в Федеральном банке данных.
Почти шесть лет Александра провела в детском доме. В 2015 году Сашу забрала в семью одна женщина. Но через восемь месяцев девочка сама попросилась в детдом: по словам Саши, для своей приемной семьи она оказалась просто «талоном на питание».
«Меня вернули 22 января 2016 года. Мы были разные, постоянно с ней скандалили, она не понимала меня и уходила от общения. Ее интересовали только одни мужчины. Я целыми днями ревела. Потом ее сын меня избивал, – рассказала «НИ» Саша Гуровская. – Я не выдержала и сказала, чтобы она меня отвезла обратно. Хотя, когда мы с ней только знакомились, начинали общаться, я была уверена, что она хорошая. А потом она мне постоянно повторяла, что я ей не нужна, потому что она ждет своего мужчину из тюрьмы».
Сейчас Александра хочет получить профессию воспитателя, чтобы потом работать с детьми. Пока она помогает сотрудникам своего детдома, играет с младшими воспитанниками. Несмотря ни на что, Саше очень нужна мама: «Главное, чтобы она понимала меня, а я ее. Очень хочу, чтобы мама не уходила от общения со мной, а советовала и направляла». К слову, одна потенциальная мама уже написала Саше в соцсети.
Анкеты подростков удаляются из ФБД, чтобы сделать статистику более радужной, рассуждает в беседе с «НИ» эксперт Общественной палаты РФ по вопросам социального сиротства Александр Гезалов. «Главное – статистические данные. Проще удалить анкеты старших подростков из ФБД, дождаться, пока они выпустятся, а затем всем рассказывать, как у нас все хорошо с семейным устройством. А у нас тем временем ежегодно выпускается 15 тысяч человек. Старших подростков буквально готовят к тому, что их никто даже рассматривать не будет», – говорит собеседник «НИ».
Еще один воспитанник детдома, на сей раз в Кемеровской области, – Михаил Ш., которому в июле 2016 года исполнится 18 лет. Он решил действовать не через соцсети, а написать открытое письмо на «Радио России». В нем подросток рассказал, что в детский дом попал три года назад – его привела туда родная тетя, которая, как рассказывает мальчик, регулярно избивала его. Отец умер, мать лишена родительских прав. Сейчас Миша учится в 11-м классе, готовится поступать на экономический факультет. Подросток очень старается – троек за четверть никогда не получал, сейчас усиленно готовится к сдаче ЕГЭ, в школе на хорошем счету. Родителей Мише очень не хватает. «Очень хочу в семью, так как у меня никого нет из родных, а хочется, чтобы рядом был близкий человек, чтобы в нужный момент подсказал, направил куда надо, посоветовал. Вредных привычек у меня нет», – рассказал в письме на сайте социального проекта «Детский вопрос» (его курирует «Радио России») воспитанник детдома.
Через соцсети пытаются найти родителей и совершеннолетние выпускники интернатов. Так, 19-летняя Алина К. из Новосибирска рассказала, что ей очень нужна мама. «Многие мне в соцсетях писали, что я больная идиотка, раз в 19 лет не могу одна жить. Но я больше десяти лет провела в детдоме, и родительской любви не видела, – поделилась с «НИ» девушка. – Очень тяжело жить одной. О своей семье и не думала. Я пока не готова к такой ответственности».
Из ФБД убирают анкеты не только семнадцатилетних подростков, но и неугодных, сложных детей. «Есть такие неперспективные дети, которые, например, стоят на учете по делам несовершеннолетних. И считается, что они заочно уже никому не нужны, – рассказал «НИ» Александр Гезалов. – Анкеты многих таких детей не найти. А это как минимум нарушение законодательства и прав ребенка. Но у нас в каждом детдоме своя монополия – что хотят, то и делают».