Владимир Габулов: Жирков и Кокорин хотели остаться в "Динамо" до лета

Контракт Габулова с «Динамо» закончился, с новым клубом определенности пока нет.

Сейчас у 32-летнего российского голкипера отпуск. Контракт с «Динамо» закончился, с новым клубом определенности пока нет. Зато есть время приехать в родной Моздок — увидеть родителей, пообщаться с друзьями и родственниками. А еще Владимир вместе с братом Георгием организовал в своем городе шикарный трехдневный турнир для мальчишек в рамках Детской футбольной лиги. Корреспондент «СЭ» побывал на этом теплом мероприятии, а по его окончании обстоятельно поговорил с Габуловым-старшим. Владимир Габулов: «Советую Кокорину уехать. Но не сейчас».

Мы сидим на стадионе, где Владимир делал первые футбольные шаги. Только что закончилась церемония награждения, отгремела музыка, радостные мальчуганы уже разбежались в разные стороны с грамотами, медалями и наградами. Турнир прошел на ура: уютная атмосфера, отличная организация, музыка и красивые матчи.

— Если вспоминать времена вашего детства, сильно изменились условия для футбола в Моздоке?

— Да. Когда мы росли, здесь вместо газона была просто площадка. Вместо трибун — горка, совсем не оборудованная. Поле мы каждой весной общими усилиями чистили от бурьяна, камней, кирпичей. Возле ворот насыпали песок и опилки, чтобы было чуть мягче. Зимой всей командой брали в руки маленькую скамейку и убирали с ее помощью снег. Летом, в жаркую погоду, земля засыхала и превращалась в настоящий бетон. Но нам все это нисколько не мешало. Мы были безумно счастливы и с огромным удовольствием играли. Сейчас условия стали лучше — благодаря прошлым властям республики удалось построить маленький детский стадиончик и постелить искусственный газон.

— Самым талантливым ребятам помогаете пробиться наверх, переехать в более крупный город?

— По возможности. Если у ребенка есть определенные задатки, перспектива, то, конечно же, мы пробуем — но речь идет только о том, чтобы помочь организовать просмотр. Если мальчишка талантлив, его обязательно возьмут. А по дружбе и знакомству никого не пристраиваем. Все должно быть честно, в футбол по блату не играют.

ПРЕДЛОЖЕНИЯ ЕСТЬ: И ИЗ РОССИИ, И ИЗ-ЗА РУБЕЖА.

— Перейдем к насущным делам. Ваш контракт с «Динамо» закончился, сейчас вы свободный агент. Что дальше?

— Окончательной определенности пока нет. Поступают предложения, которые требуют времени для обдумывания. Пока не тороплюсь с решением.

— Предложения из России?

— И из России, и из-за рубежа.

— Европа?

— Давайте пока не будем называть конкретные страны. Ограничимся общим понятием — из-за рубежа.

— А российские клубы, которые интересуются, из верхней половины таблицы?
— (Смеется). Пока не вижу смысла это уточнять. Все-таки предложения не до конца официальные. Я для себя определился не спешить, хочу хорошо отдохнуть, провести отпуск и уже ближе к 20-м числам принимать решение.

— Но самое главное — карьеру вы завершать ни в коем случае не собираетесь?

— Конечно, я хочу играть дальше. Сил и амбиций у меня достаточно. Просто спортивные амбиции — вещь, которая требует определенных условий для реализации. И речь идет даже не о деньгах. Хочется, чтобы организация в клубе, его цели, тренерский коллектив максимально привлекали.

— Статус свободного агента, огромный опыт, российский паспорт — со стороны кажется, что проблем с поиском нового достойного места работы вообще не должно быть.

— Надеюсь на это. Но скажу честно — брату Георгию даже чуть больше предложений поступило (смеется). У него сейчас тоже заканчивается контракт с «Крыльями», продлен не будет.

— Есть вероятность, что вы будете вновь играть в одной команде? Пересекаются какие-либо варианты?

— Пока нет.

— Сильно удивились, что «Крылья» не захотели оставить у себя Георгия?

— Удивился, конечно же. Он ведь провел в целом очень хороший сезон, был достаточно результативен. И с точки зрения качества футбола играл стабильно, без серьезных спадов. Почти всегда выходил в основном составе, за исключением отрезка в самой концовке чемпионата. Словом, не до конца понял решение самарского клуба. Может, там какие-то политические моменты со стороны главного тренера имеют место, именно он решил не продлевать соглашение. Но, как уже сказал, когда другие российские команды узнали, что Георгий становится свободным агентом, предложения буквально посыпались.

— Ваш первый тренер, Виталий Абаев, в шутку сказал мне, что вы «испортили» Георгия, посоветовав ему как-то из нападающего переквалифицироваться в полузащитника.

— Мне кажется, со своей головой Жорик может быть полезнее в созидании, чем в реализации. Хотя забивать тоже умеет. А в одно время в детстве он пытался и воротах играть. Но потом тренеры сказали — ни в коем случае! Два голкипера в одной семье — перебор (смеется).

— Есть мечта вновь выступать в одной команде?

— Наш общий отрезок в «Анжи» был запоминающимся. Особенно яркое событие — матч на «Энфилде» против «Ливерпуля». Мы, конечно, проиграли, но зато оба вышли с первых минут. Отличное время, получали тогда большое удовольствие. А мечта соединиться в одном клубе вновь — да, конечно же, есть. Надеюсь, она реализуется когда-нибудь.

— С тех пор как ваши футбольные пути разошлись, Георгий в каждом очном матче грозится забить вам?

— (Смеется). Да! Но ни разу за, кажется, шесть матчей ему это так и не удалось. Хотя постоянно очень старался. Помню даже самую первую нашу очную игру. Брат выступал за «Аланию», я — за «Динамо». Все моменты у соперника создал Жора, все удары нанес он — такое огромное стремление было отличиться. Но не получилось. А после желание только возросло. Но пока держусь!

УВОЛЬНЕНИЯ ЧЕРЧЕСОВА НЕ ПОНЯЛ.

— Чем для вас стал прошедший сезон? Временем, которое хочется быстрее забыть? Опытом, способным помочь в дальнейшей жизни?

— В первую очередь — огромным разочарованием. Другие слова подобрать даже сложно. Произошедшее и осмыслить до конца не получается. Я прекрасно понимаю негативные эмоции, огромную боль, которую испытывают болельщики «Динамо». И полностью разделяю с ними эти чувства. Невозможно принять и осознать случившееся. Но все равно жизнь продолжается, нужно идти дальше и выходить из трудной ситуации.

— Давайте двигаться с самого начала. Перед стартом сезона клуб был наказан за нарушение финансового fair-play, многие лидеры «Динамо» уже покинули. Тревожных мыслей еще не появлялось?

— Даже в той ситуации я не допускал мыслей, что мы можем рухнуть так низко. Да, понимал, что будет тяжело. В первую очередь ведь трудно перестроиться психологически. В прошлом сезоне мы бились за призовую тройку и попадание в еврокубки. Держа в голове такие же цели, провели и летние сборы, готовили себя внутренне к борьбе за высокие места. И тут накануне чемпионата случился переворот: ушел главный тренер, покинул «Динамо» и ряд важных игроков. Произошел перелом, когда с точки зрения эмоций было уже непросто выходить на поле. Хотя мы все равно всегда ставили задачу набрать три очка. Но во многих матчах упускали победу, добивались лишь ничьих или даже проигрывали. И принять это было очень тяжело. Когда ты привык побеждать, побеждать и побеждать, а тут вдруг победы перестали приходить….

— Станислав Черчесов ушел за неделю до старта чемпионата. Как восприняли отставку в команде?

— Я очень сильно удивился и до последнего не понимал, что вообще происходит, зачем все это нужно. Нам косвенно что-то объясняли руководители, какая-то информация публиковалась в прессе. Но до конца понимания все равно не было. Его и сейчас нет. Говорили о нарушении fair-play, о смене курса развития, но это, конечно, не совсем понятно.

— Тем более еще при Черчесове «Динамо» здорово выглядело в контрольных матчах — яркая ничья с «Аяксом», отличная победа над «Монако»…

— Да. Я вообще считаю, что игра с «Монако» — лучшая по качеству для «Динамо» за последнее время.

— Приглашение Андрея Кобелева себя не оправдало?

— Не хочу говорить так категорично. С уважением отношусь и к Станиславу Саламовичу, и к Андрею Николаевичу. С моей стороны будет неправильно ставить оценки. Я как действующий футболист не должен рассуждать о правильности назначения или отставки тренеров.

— Федор Смолов приходил к нам недавно в редакцию и выразил точку зрения: Кобелеву и его помощникам не помешало бы двигаться в ногу со временем. Методы работы Андрея Николаевича действительно устарели?

— Каждый человек сам решает, что ему говорить. Но я, опять же, как действующий футболист с четко убежденными принципами, не могу высказываться в критических тонах в адрес тренера или руководства. Я — подчиненный, должен выполнять свою работу на футбольном поле.

ПЕРВЫЕ ТРЕВОЖНЫЕ МЫСЛИ О ВОЗМОЖНОМ ВЫЛЕТЕ ПОЯВИЛИСЬ ЗИМОЙ.

— Помните момент, когда в душе впервые появилась тревога: возможно, команде предстоит бороться даже за выживание?

— На зимних сборах. Когда ушли Кокорин и Жирков.

— Это некий переломный момент?

— Лично для меня — да. Я, конечно же, все равно не опускал руки, старался, выкладывался, но внутри себя понимал, что без двух таких мастеров высокого уровня нашей команде придется очень тяжело, если не получится найти равноценную замену.

— Ходят разговоры, что Кокорин и Жирков были готовы остаться в «Динамо» до конца сезона и в «Зенит» зимой особо не рвались.

— Я и с Сашей, и Юрой близко общался и общаюсь по-прежнему. И такое желание с их стороны действительно присутствовало.

— Почитал конференцию на вашем официальном сайте. Болельщик написал в середине мая слова поддержки, заметив: «К игрокам претензий нет, видим, что все бьются до последнего, выкладываются. Проблема не в вас, а в комплектации». Вы поблагодарили и ответили: «Вы правильно оцениваете ситуацию». То есть согласны с мнением, что состав «Динамо» был слишком ослаблен, и ему трудно было бороться даже за выживание?

— Вы знаете, в футболе не бывает какой-то одной причины. Всегда есть комплекс факторов. И комплектация в зимнее трансферное окно — один из них. Хотя и не мое это дело — оценивать селекционную работу клуба, однако выражаю свой взгляд. И сейчас, по прошествии времени, уже можно говорить об этом. Много матчей мы, к примеру, провели без полноценного центрального защитника, выходили играть на этой позиции номинальные крайние. И в атаке были проблемы. Уход Кокорина и Жиркова — это тоже вопрос комплектации. Однако, повторю, дело не только в этом, а в комплексе причин, которые и вылились в итоговый результат.

— Признайтесь честно: когда выходили на последний матч с «Зенитом», верили, что спасетесь?

— Да. Искренне. И даже при счете 0:0, пускай нас немного «возили» и создавали у наших ворот моменты, все равно верил — один гол «Динамо» может все перевернуть. И ничья могла бы теоретически стать положительным результатом. Поэтому выходил на поле, старался и надеялся, что еще ничего не потеряно.

— Отставка Черчесова стала неожиданностью. А увольнение Кобелева за три тура до конца?

— Мы совсем не побеждали. Когда команда постоянно проигрывает — со стороны общественности и болельщиков такой шаг напрашивается. Вопросы всегда в первую очередь к тренеру. Хотя футболисты тоже несут ответственность. К тому моменту мы уступили во всех матчах, кроме ничьей с «Амкаром».

— Всех поразил именно момент этого решения — за три тура до конца, когда новому человеку уже сложно что-то серьезно изменить.

— Может, со стороны руководства это был уже некий эмоциональный шаг как реакция на последние поражения.

— Что можете сказать о Сергее Чикишеве? Большая часть России его фамилию услышала едва ли не в первый раз. Вы были знакомы?

— Конечно, здоровались на базе всегда, он долго работал с молодежной командой.

— А опыта во взрослом футболе не имел. Тем не менее, руководство сделало на него ставку. В команде не удивились?

— Я принял это как должное. Как и все. Мы, футболисты, должны подчиняться решениям руководства. И главному тренеру. Так что полностью выполняли требования Чикишева.

— И верили, что он способен вытащить «Динамо» из той ситуации?

— Конечно. И тренер делал для этого все возможное.

МНЕ ПРОСТО СКАЗАЛИ: «КОНТРАКТ ПРОДЛЕВАТЬ НЕ БУДЕМ, РАССМАТРИВАЙ ДРУГИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ».

— Почему «Динамо» решило не продлевать с вами контракт?

— Однозначно ответить сложно. Осенью руководство предложило рассмотреть вопрос заключения нового соглашения, инициировал процесс Кобелев. Но, вступив в переговоры, я попросил перенести все обсуждения до конца первой части сезона, чтобы ничто меня не отвлекало от футбола. Мне дали понять, что ответ нужно дать до 15 декабря. В начале зимы у меня случилось несчастье у родственников, я отъехал в Моздок. 15 числа специально вернулся и еще раз хорошо пообщался с руководителями. Пообещали сообщить об итоговом решении. И вот уже перед возобновлением чемпионата мне сказали, что желание клуба продлить контракт отпало. И после этого я перестал попадать в стартовый состав.

— Связываете эти два факта?

— Допускаю, что они связаны. Пусть перед началом весенней части у меня была небольшая травма, однако уже по зимним сборам было видно, что на меня рассчитывают не на 100 процентов, как это было осенью.

— Тем не менее, два матча вы провели.

— Сначала я вышел в единственной весенней игре, в которой мы победили, — против «Уфы». Потом сыграл еще и с «Краснодаром». Вот после того матча тренер предъявил мне претензии во втором пропущенном голе, и я перестал выходить на поле.

— После тех 1:4 вы еще и выступили со словами: «Это позорное поражение, и ответственность за него несут как футболисты, так и тренерский штаб».

— А разве это не так?

— Безусловно, так. Но есть мнение, что Кобелев обиделся на эту фразу.

— Возможно, реакцией на мое интервью стало дальнейшее непопадание в состав. Но мне ничего не объясняли.

— Нежелание «Динамо» продлевать соглашение — не следствие расхождения в финансовых условиях, которые клуб якобы хотел ухудшить?

— Не могу сказать однозначно. Мне просто сообщили, что вопрос нового контракта более неактуален. И еще сказали, что я могу рассматривать предложения, если они поступят.

— В сумме за три периода вы провели в «Динамо» семь лет. Можете сейчас, по прошествии времени, назвать клуб родным, главным в вашей карьере?

— Я испытывал здесь сильные эмоции, провел много запоминающихся матчей, случались красивые победы, тяжелые поражения, травмы… И, естественно, клуб для меня не чужой. Частичку сердца я оставил в «Динамо». Но я не разделяю команды на родные и неродные, потому что везде старался выкладываться на 100 процентов — хотя бы для того, чтобы быть честным перед самим собой.

ПРИЗЫВАЮ ВЛАСТИ СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ: НЕ БРОСАЙТЕ «АЛАНИЮ»!

— Что ощущает человек, невольно прочувствовавший на себе две печальные истории российского футбола, — развал «Анжи» и «Динамо»?

— (Грустно улыбается). Не один я пережил их, давайте сразу это заметим. Схожего действительно много. Клубы с огромными амбициями, созданными шикарными условиями, отличным подбором футболистов — и вдруг случается резкий и быстрый перелом. Он в обоих случаях был очень болезненным — как для меня, так и для других ребят, дважды проходивших через это. Все мы сильно переживали, связывали с каким-то злым роком. В «Анжи» нас просто в один день всех собрали и сообщили о смене курса, не было времени осмыслить все и переживать. А история с «Динамо» случилась как-то плавнее, медленнее, но в итоге команда все равно вылетела. Все длилось на протяжении сезона, и даже сейчас, в отпуске, хочешь не хочешь, а все равно думаешь об этом. Заноза в сердце останется навсегда. Когда трудишься целый год, а результат все равно отрицательный, безболезненно это не пройдет.

— Верите, что «Динамо» в кратчайшие сроки сможет возродиться и вернуться в премьер-лигу?

— Надеюсь на это. Если руководство клуба примет правильные решения, пригласит сильного главного тренера и футболистов высокого уровня (разговор состоялся еще до назначения Юрия Калитвинцева. — Прим. «СЭ»), если будут решены проблемы в организационной части, то, конечно же, «Динамо» должно вернуться в РФПЛ.