Родовой рок
Стечение трагических обстоятельств ломает и сильные личности.
Общаясь с людьми, волею судеб оказавшимися за решёткой, убеждаюсь в верности изречения Зигмунда Фрейда: "Корни преступлений следует искать в детстве". И тем вернее высказывание, чем моложе преступник. Неволя перекуёт молодую душу, и невидимыми станут корни, ставшие предвестниками трагедий.
Суеверные люди назвали бы жизнь Вадима (имя изменено по просьбе осуждённого. - Прим. авт.) чуть ли не роком судьбы, которая ещё в утробе матери отметила малыша родимым пятном на всё лицо. И таки довела его злодейка до этапа. Оптимисты, вероятно, нашли бы выход из тяжёлой жизненной ситуации, дали бы парню кучу советов, но неизвестно, как бы сложилась судьба этих оптимистов, выпади на их долю испытания, пережитые Вадимом.
Архивное дело
За час до вынесения приговора он согласился встретиться с журналистом. В разговоре выяснилось, что одиннадцать лет назад в криминальном очерке, опубликованном в "ММ", я рассказала о трагедии, с которой начались несчастья в семье Вадима ("Хозяйка жизни", 19 февраля 2005 г.).
Кратко передам содержание публикации. В 2001 году на маму Вадима Елену, известного в те годы врача-гинеколога, началась настоящая охота. Первое покушение произошло в сквере на месте бывшего кинотеатра "Современник". Вечером, когда Елена возвращалась с работы, неизвестный воткнул нож в подреберье. К счастью, ранение оказалось не смертельным.
Тогда преступника так и не нашли. Елена с пятилетним сынишкой переехала к отцу Василию Митрофановичу. Родительский дом находился в посёлке Красная Башкирия. Вскоре неизвестные чуть ли не до смерти избили соседку, которая занимала вторую половину частного дома. Как потом выяснилось, приняли её за Елену. Спустя месяц, семья едва не взлетела на воздух: кто-то разжёг костёр и открыл газовый кран на магистрали, проходившей недалеко от дома. Огонь вовремя потушили, кран завинтили.
21 ноября 2002 года на милицейский пульт поступил звонок: мужчина кричал, что его дочь убили трое неизвестных. На место происшествия примчались оперативники Абзелиловского РОВД. На своём веку сыщики повидали всякого, но и они поразились исступленной злобе, с какой убили несчастную. Отец Елены рассказал, что проснулся от истошного крика. Неизвестный, спрятав лицо под чёрным чулком, ударил его железным прутом по голове. Теряя сознание, старик слышал дикие вопли дочери и внука. Очнувшись, пенсионер увидел, как из комнаты с обезумевшими глазами выбежал маленький Вадик. Дед Василий ринулся в спальню: три мужика убивали его дочь…
Он назвал имя подозреваемой - недавняя подруга дочери. Она жестоко отомстила разлучнице. Задержали киллеров: человека, недавно освободившегося из колонии, и его подельника-наркомана. Они сразу же выдали заказчицу - сорокавосьмилетнюю владелицу ювелирного салона Зинаиду. Наёмники удивлялись сатанинскому остервенению, с каким она орудовала кувалдой, убивая Елену. Подельников осудили, а Зинаида упорно добивалась статуса умалишённой. Добилась. Уфимский суд признал её невменяемой.
Мальчик, на глазах которого озверевшая тётка убила мать, потерял дар речи. Лишь со временем Вадим стал разговаривать.
Исповедь за решёткой
Трудно вызвать на откровение человека, которого отделяют прутья решётки. Спрашиваю, как сложилась его судьба после смерти матери. Раны, полученные при нападении, вскоре свели дедушку в могилу. Отец ещё раньше, когда Вадиму было два года, оставил семью. К тому же, во время трагических событий он отбывал наказание в местах лишения свободы.
- Никто не захотел меня брать, - говорит Вадим. - Сжалилась тётя, мамина сестра. Да, не до меня ей было - пила. Кормить кормила, не голодал. Считай, рос на улице, перестал её слушаться. Дотерпела она до моего 12-летия и отдала в интернат.
Нетрудно представить, как жилось мальчику среди чужих детей, которые особенно жестоки к новеньким. Тем более Вадима было за что изводить. В интернате хотели было избавить мальчика от родимого пятна, отправить на операцию, да денег не нашли.
- Поначалу травили, потом появились друзья, - продолжает Вадим. - Учился на тройки. Три года прожил в интернате. Когда исполнилось 15 лет, из колонии вышел отец и забрал меня. Жить пришли к той же тёте. Пить стали на пару. Месяца через два ушёл я от них. От мамы на левом берегу осталась комната. Жильё снесли как ветхое, и мне дали комнату в коммунальной квартире. В 16 лет стал жить один. Поступил учиться в техникум на автомеханика. Специальность нравилась, машины люблю и водительские права есть…
Увлекался Вадим компьютерами, мог поменять в системном блоке запчасти. Жил трудно. Сумма пенсии по потере кормильца и стипендия чуть больше пяти тысяч рублей. Журналисту Вадим сказал, что денег на жизнь не хватало, потому и решил он поменять жильё и взять доплату. Но говорят, деньги хотел потратить на пластическую операцию, чтобы избавиться от родимого пятна.
Риелтор квартиру тут же продала, деньги не вернула, якобы искала подходящее жильё. Бездомного парня временно селила то в одну комнатушку, то в другую. Последний адрес - коммуналка на два хозяина в районе улицы Завенягина. Перевёз Вадим в комнату свой нехитрый скарб. Самой ценной вещью был фотоаппарат. Дешёвенькая мыльница была особенно дорога - друзья на день рождения подарили. Однажды фотоаппарат пропал, что сильно расстроило Вадима. Взять вещь мог только сосед.
Апофеоз отчаяния
Вадим рассказал о событиях новогодней ночи. Отмечали праздник в доме знакомых. Супруги разругались, и женщина выставила гостей за дверь. Вместе с другом Александром поехали в комнатку Вадима. По дороге нетрезвые приятели прикупили спиртного.
Александр не самая лучшая компания для парня, которому едва минуло 18 лет. 33-летний Александр не работал, злоупотреблял спиртным, но Вадим, не избалованный вниманием и дружбой, ценил старшего товарища.
На кухне продолжили встречу Нового года. Звуки застолья привлекли хмельного соседа, 30-летнего Салавата. В комнате почивал его гость - дядя Дамир. Сели за стол, выпили и переругались. Вадим стал допытываться, где его фотоаппарат. Салават поначалу отрицал свою причастность к пропаже, но после нескольких затрещин и ударов сознался в краже.
Материалы уголовного дела свидетельствуют: садистское избиение, а потом и убийство двух людей спровоцировал Александр. Он бросился с табуретом на Салавата, а потом, схватив ножку от развалившегося стула, стал бить по голове. С Дамира, прибежавшего на помощь племяннику, снял скальп, обрушив на голову железный корпус магнитофона. Бил жестоко, словно показывая молодому другу пример - делай, как я. И незлобивый Вадим словно обезумел: схватив молоток, бил по телу, голове. Алкоголь и вид крови разбудили в нём зверя. Кто знает, какие чувства владели им в тот миг. Мстил ли он за жуткую смерть матери, за своё сиротство и неприкаянность? Вымещал ли злобу за обман риелтора, оставившую без денег и крыши над головой? Вероятно, кража дешёвенького фотоаппарата стала последней каплей, взорвавшей терпение настрадавшейся души.
После кровавой бойни, стремясь скрыть следы преступления, они подожгли картонную коробку и убежали. Только бдительность соседей спасла жильцов от большого пожара. Дядя и племянник скончались в больнице. На них не было живого места…
- Очень жалею и раскаиваюсь, что так случилось, да поздно. Мне друга жалко. За меня заступился.
Наивный. Ведь если бы не агрессивный дружок, разборка закончилась бы синяками да шишками.
По словам Вадима, ни тётя, ни отец на приговор не придут: "Зачем я им нужен?" Передачки носит другая тётя. Десять лет назад она не приютила сироту - своя семья дороже. Есть у Вадима и сводная сестра, которая тоже не желает родниться.
Челябинский областной суд приговорил Александра к 16, а Вадима к 14 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Приговор мягкий: за убийство двух человек обычно назначают не менее 18 лет. Судьи обязаны быть беспристрастными, однако и они люди, которые не формально подходят к судьбам, вникая в обстоятельства дела.
Пройдут годы, и Вадим, оказавшись на свободе, пополнит ряды бомжей. Риелтор всё же вернула деньги за жильё. Всю сумму, 400 тысяч, он отдал потерпевшим.