«Извлечь плод могут и в Нефтекамске!»: женщину отправили домой из уфимской больницы с мертвым телом ребенка внутри
В Уфе роженицу из Нефтекамска с мертвым ребенком внутри отказались принимать в главной республиканской клинике и отправили обратно домой, где она скончалась из-за заражения крови. Полтора года длилось следствие, и вот, наконец, прокуратура подписала обвинительное заключение по уголовному делу в отношении экс-заместителя главного врача РКБ им. Куватова. Медика обвиняют в смертельной халатности – ведь именно она отказала несчастной женщине в операции, чтобы не портить статистику смертности клиники.
Все началось с того, что днем 17 мая 2019 года 42-летняя жительница Нефтекамска Наталья Каримова, находящаяся на 34 неделе беременности, неожиданно почувствовала себя плохо. Беременность давалась Наталье сложно – во-первых, ЭКО, во-вторых, сказывался возраст и имеющиеся хронические заболевания. Боль и тяжесть внизу живота нарастали, поэтому будущая мать решила перестраховаться и обратилась в больницу по месту жительства. Казалось, самое страшное позади, но уже через сутки малыш вообще перестал шевелиться. Перепуганная Наталья начала тормошить врача (вдруг ребенок умер!), и ей сделали УЗИ, которое показало, что плод жив, но у него серьезная гипоксия, поэтому, учтя все риски, медики приняли решение отправить роженицу в РКБ им. Куватова.
От Нефтекамска до Уфы ехать 200 километров и 4 часа. Жара, тряска, страх за малыша серьезно отразились на самочувствии Натальи, но самое страшное ее еще ждало впереди.
— Приехав вместе с мужем в РКБ, женщина узнала, что ее малыш все же умер. А далее началось что-то невообразимое: заместитель главного врача клиники, которая ее принимала и осматривала, напрямую заявила – здесь тебя кесарить не будут. Мол, РКБ – больница 3 категории, здесь проводят сложные операции, а извлечь мертвый плод могут и в Нефтекамске. У них 2 категория, вполне с этим справятся. Вы представляете – женщине, у которой внутри находился мертвый ребенок, которая и без того была вымотана и сильно ослаблена, было сказано возвращаться обратно домой и там оперироваться! Никакие мольбы, уговоры не помогли. А самое ужасное, что по всем документам, такое решение было принято не единолично заместителем главного врача, а якобы целым врачебным консилиумом. Но это неправда, нам удалось доказать, что некоторых врачей в тот день и вовсе в городе не было, — рассказывает Александр Войцех.
СЕПСИС ПРИВЕЛ К ТРОМБОЭМБОЛИИ
Получив отказ, супруги были вынуждены вернуться обратно в Нефтекамск – снова 4 часа тряски, боли – так что, когда несчастную поздно вечером привезли в роддом, женщина была уже в бессознательном состоянии. Наталью прооперировали, вытащили мертвого ребенка, но начался сепсис – стремительное заражение крови. Врачи удалили роженице матки, но состояние ее стремительно ухудшалось. 19 мая 2019 года, в свой собственный день рождения, Наталья скончалась, не приходя в сознание…
Тогда следователи в Нефтекамске сразу же возбудили уголовное дело. Казалось бы, сейчас все выяснится, виновных накажут, но все пошло не по плану.
— Само собой, никакой следственной работы в Нефтекамске не велось, ни медицинские документы, ни биологические образцы с результатами обследований не были изъяты. Очевидно, что дело бы зачахло, если бы не последовало активных действий со стороны потерпевших. При этом в заключение о смерти патологоанатомы писали, что женщина умерла от тромбоэмболии легочных артерий. Мол, у нее был тромбофлебит, который и привел к таким последствиям. Но когда Наталья проходила полное обследование перед ЭКО, в ее карте сохранились записи о том, что у нее не было никакого тромбофлебита. Более того, это именно сепсис и изменение состава крови и привели к тромбоэмболии. У нее ж там все внутри сгнило, все внутренние органы поражены были, — возмущается Александр Войцех.
Сама обвиняемая – бывший заместитель главного врача РКБ (позже врач уволилась из больницы и открыла собственную частную клинику – Ред.) свою вину категорически отрицает. Ей было предъявлено обвинение не во врачебной ошибке, ведь врач даже не попытался спасти женщину, а именно в бездействии, халатности.
— За все время следствия со стороны обвиняемой не было ни одной попытки переговорить с потерпевшими. Она предпочла нанять одного из самых высокооплачиваемых адвокатов республики, вместо того, чтобы элементарно извиниться. На очной ставке вела себя высокомерно, заносчиво. Про возмещение причиненного вреда даже заикаться нет смысла. Полтора года шло следствие, но поразительный факт – только после смерти адвоката прокуратура, наконец, подписала обвинительное заключение. Так что будем надеяться, что все виновные в этой чудовищной истории получат по заслугам, — отмечает юрист.