Оперетта на лезвии ножа

Провинция - единственное место подлинного чувства, убеждён Сергей Шалагин.

Под занавес первого фестиваля "Виват, оперетта!", прошедшего в Магнитогорске, представляем вниманию читателей интервью с художественным руководителем театра "Петербургская оперетта", заслуженным артистом России Сергеем Шалагиным. Беседа получилась интересной и поучительной.

Двадцать с лишним лет Сергей Шалагин служил в престижном Санкт-Петербургском театре музыкальной комедии, исполнял в спектаклях ведущие роли и мог бы по сей день наслаждаться спокойствием. Но - наступил "…кризис во взаимоотношениях артиста и воплощении жанра, которого от тебя требуют".

- Всё, что происходит в современном театре, подвержено дикой коррозии, - начинаем разговор за час до программы "Десять оперетт", сотканной из лучших сцен и арий творений Кальмана, Легара, Александрова, Гладкова... - Оперетта как жанр пограничный изначально вынуждена балансировать на лезвии ножа, не опускаясь до пошлости и тру-ля-ля. Поэтому обращаться с ней нужно тонко - только тогда она ответит взаимностью. Сегодня же в театрах, за редким исключением, эпоха воинствующих распиаренных дилетантов, предлагающих вопиющую пошлость и бездарность, но на красивом блюдечке. Я не против восприятия художника, фантазия большого профессионала - это бриллиант, рождающий новые тенденции. Мне довелось учиться у великого режиссёра Бориса Александровича Покровского, и это пожизненная прививка от пошлости. Но и безумная тяжесть, потому что всегда равняешься на заданную мастером планку. А взамен предлагают жвачку и мерзость, да ещё в жанре, который я обожаю. Наконец, настал предел терпению. Впрочем, мне повезло: друг просто так дал денег на спектакль, который хотел поставить на сцене театра музкомедии, тем самым, по сути, подарив его. Это породило смуту: все шептались - мол, пятая колонна, театр в театре, пошли интриги, которым я чужд категорически. Так друг, дав денег, сам о том не подозревая, встал у истоков нового театра. Тот самый спектакль - "Собака на сене" - стал его началом и до сих пор в репертуаре.

- То есть в пору, когда всем государственным театрам вечно не хватает денег, вы замахнулись на театр коммерческий, прекрасно понимая, что господдержки не будет.

- Да, и существуем в такой форме уже 15 лет, хотя сытой жизнью это назвать, конечно, нельзя. У меня уникальный коллектив - это спецназ оперетты. Как верблюды, таскаем на себе реквизит, девочки отпаривают костюмы, мальчики развешивают декорации, все терпят мои крики и после жутких переездов выходят играть. Сейчас у нас полуторамесячный гастрольный тур: Сургут, Нижневартовск, Магнитогорск, Курган, Тюмень, другие города. Возвращаемся домой, а через несколько дней Прибалтика.

- В провинции аншлаги?

- По-разному.

- То есть правду говорят: не строят в провинции театры, потому что никому они там не нужны.

- Бред. Вот Рубцовск - богом забытое место на границе Казахстана и Алтая. Но театр они обхаживают, как пасхальное яичко: из дома несут половички и собирают по два аншлага подряд. В расфуфыренном родном мне Красноярске снобизм: зачем нам твоя оперетта, мы лучше в Милан слетаем. Провинция - единственное место подлинного чувства, я в этом убежден. Мы играем на сценах огромных театров Казани, Алма-Аты, Москвы, Питера… Но ездим и в небольшие городки, где собираются истинные ценители искусства. Потому и держимся: у нас есть свой зритель от Калининграда до Камчатки.

- "Собака на сене", "Обыкновенное чудо" и прочие спектакли - зачем было переносить на сцену оперетты советские фильмы?

- Моя покойная жена Светлана, режиссёр, мечтала поставить "Собаку на сене" как дипломный спектакль со мной в роли Теодоро. Знакомая со студенчества с Геннадием Гладковым, поехала к нему, и он напел ей на кассету все музыкальные номера, этот раритет до сих пор у меня хранится. У Гладкова "Собака на сене" - полноценная трёхактная оперетта, в которой музыки гораздо больше, чем в фильме. В пьесе блистательная драматургия - конечно, мы поставили её. Потом было "Обыкновенное чудо" - заказали Геннадию Игоревичу к пяти номерам, исполняемым в фильме, написать ещё 30 - получилась оперетта.

- Чего нет в опереттах у вас, последователя чистого искусства?

- Той самой пошлости и лжи. Вот звонят продюсеры: какая фишка у вас в спектакле? Меня разрывает от злости: какая фишка? Что вы хотите: чтобы на коньках играли, полуголые выходили на сцену? У нас на сцене ярчайшее половое воплощение: женщину любят, ей целуют руки, не рискуя попасть за это под суд. А мужчина - это не просто штаны, это отношение к женщине. Не хочу задевать "радужных" флагов, но оперетта жива, пока живы отношения женщин и мужчин. Без прикрас, хитростей прочей мишуры там показаны любовь, ревность - зритель соскучился по этому. А если это ещё и приправлено гениальной музыкой Кальмана, Легара, Штрауса… Нельзя не быть влюблённым в оперетту - она не простит. Знаком со многими народными драматическими артистами. Разумеется, они подшучивают: у нас Шекспир, а у тебя что? Но как-то одному из них пришлось играть дуэт Пеликана и Каролины из "Мистера Икс" - не получилось. Талант, профессионализм есть, а понимания жанра нет - и всё рушится. Потому что нельзя играть оперетту как драматические артисты и петь как оперные певцы.

Надо всё делать так, как того требует оперетта: с той самой наивностью, лёгкой небрежностью, искристостью, а главное, некой иронией и самоиронией. Как любой умный человек, говоря о том, что его трогает, и рискуя впасть в некий пафос, прикрывается иронией - лишь бы она не переросла в сарказм и цинизм. И мы всегда балансируем - тем и сложен этот жанр. Не обязательно делать батман на 180 градусов - можно всего лишь поднять ножку, но сделать это изящно и легко.

- Значит, вы против того, чтобы оперные певцы пели оперетту?

- Отнюдь. Верх профессионализма - уметь всё. Настоящий певец должен петь и эстраду, и оперу, и мюзиклы - вопрос в голосе и вкусе. Тут уж всё зависит от учителя: даст он возможность полюбить Хренникова так же, как Верди, - получится разноплановый артист, который не будет заламывать рук: "Не опущусь до оперетты!" Даже великий Светланов гениально дирижировал опереттой - и не считал это ниже своего достоинства. А как поёт оперетту Доминго!

- Идите сами преподавать - учите правильно.

- Рад бы - не зовут. Да и некогда. Курс - это почти семья, а как быть с гастролями, театром?.. Словом, пока работаю "в полях".