Юрий Семин: «Вклад Смородской? Да, было тяжело все восстанавливать».
– Как и где отпраздновали чемпионство?
– Самое главное празднование было на стадионе, с болельщиками. Вышли к нашему монументу – паровозу, отблагодарили людей, которые нас очень поддерживали, наполняя стадион не только дома, но и на выезде. Они чувствовали, что ребята играют сердцем, потому и пришли. Люди праздновали – и мы с ними. Вот это было настоящее торжество.
– А потом, за кадром?
– Ну, в раздевалке как обычно оказалось шампанское. Пришли руководители клуба, председатель совета директоров, глава РЖД, Аркадий Дворкович. Прозвучали теплые слова. Затем отправились в небольшой ресторанчик, ребята заказали. И там узкой компанией друг друга поздравили, вот и все.
– С актером Бариновым?
– Разумеется. Это нас может не быть, а Баринов в таких случаях всегда есть (смеется).
– Ресторан был заказан до матча?
– Не знаю. Думаю, все решилось на ходу.
– Вы в этом плане суеверны? Шампанское, ресторан, золотые футболки наготове…
– Очень суеверен. В свое время президент «Локомотива» Валерий Филатов по-тихому все заказывал. Где-то было запрятано у него, потом в нужный момент появлялось.
– Мокрый от шампанского костюм, который был на вас в субботу, восстановлению подлежит?
– Восстановим. Все-таки шампанского было высокого качества.
– На последний тур в Тулу повезете основной состав?
– Кто не травмирован, все поедут обязательно. А уж кто сыграет, посмотрим. Молодым, может, дадим чуть больше времени, – тем, кто меньше играл в сезоне.
– И легионеров не отпустите? Фарфана того же, например.
– Не-е-ет, никого. Никто не отпрашивался, что радует. Все уйдем в отпуск с 14 числа. По травмам посмотрим, правда. У Тарасова рассечение сильное. С Ману Фернандешем беседовал, говорит – хочу играть.
– На автобусе поедете?
– Да.
– Вопрос к тому, что у вас уже был похожий автобус. Чемпионский, из Ярославля, в 2004-м. Веселое такое транспортное средство.
– До возвращения из Тулы, думаю, уже напразднуемся и закончим с этим делом. Но вообще – по настроению, как пойдет.
– Возвращаясь к чемпионской игре с «Зенитом», можете сказать, держали ли изначально в голове ничью?
– Знаете, выходим-то всегда играть на победу. Но важен баланс. «Зенит» – серьезная команда: ошибешься в акценте – либо чересчур глухая оборона, либо перекос в атаку, – можно не угадать ни там, ни здесь. Поэтому просил играть сбалансированно. На мой взгляд, получилось: успевали вперед и не пропускали контрвыпадов. Первый тайм – «Зенит» в какие-то моменты имел преимущество по владению мячом, мы оборонялись практически всей командой. Это, полагаю, и дало потом результат.
– Когда во втором тайме «Локомотив» очень заметно придавил гостей, не опасались, что заиграетесь и пропустите быстрый ответ?
– Нет. При наших атаках очень хорошо располагались защитники и один из опорных. Мы закрывали почти все зоны, предотвращая контратаки соперника. Правда, мне казалось, что нужен еще один футболист в нападение. В итоге такое решение и было принято, вышел Эдер. Хотелось немножко раньше это сделать, но все вроде бы шло достаточно неплохо, поэтому взяли паузу. А потом дополнили атаку португальцем – и угадали.
– Изначально хотели выпустить именно Эдера? Не Ари?
– Именно Эдера. Изначально.
– Он чемпион Европы – и при этом игрок замены в «Локомотиве». Хотя и ценный. Как Эдер это переживает? Не куксится, не жалуется?
– Любого футболиста такое нервирует. Эдер, допустим, прекрасно сыграл против «Динамо». Прекрасно! Но не забил, а от форварда все-таки ждут голов. И тут надо отдать Эдеру должное. Тренер, бывает, тоже ошибается. Однако ни разу со стороны португальца не было недовольства или халтуры на тренировках. Работал с энтузиазмом, по максимуму. Вот что самое важное. На мой взгляд, он начнет забивать. При той работе, которую он выполняет в высшей степени профессионально, уйдет доля невезения, и все наладится. Я бы хотел, чтобы Эдер остался в «Локомотиве». Надеюсь, удастся договориться с ним о продлении контракта.
– А сам он чего хочет?
– Думаю, того же, – остаться. К нему все в команде относятся с уважением, и сам он парень хороший. Уже знает пять языков – учит шестой, русский. Принимает традиции клуба, страны, ему здесь нравится.
– В предпоследнем туре случились 0:2 от «Краснодара». Встряхивали команду после этого «народными методами»?
– Применили простые футбольные средства. С упором на то, что у нас не получалось в последних матчах. И тут, слава Богу, не было больших разногласий, все хотели побыстрей справиться с ситуацией. Что-то неординарное затевать не пришлось, но мы много разговаривали, собирал игроков группами, общались индивидуально. Все знали, чего нам не хватает. Но было важно ни в коем случае не зацикливаться на каких-то элементарных ошибках. Мы ведь неплохо играли в Краснодаре, хотя те самые простые ошибки совершили. Нельзя было предавать им излишнее значение в ущерб командной игре.
– Несмотря на два пропущенных в Краснодаре мяча, в атаке в последних матчах проблем у «Локомотива» было больше. Никак не могли забить.
– Так и было отчасти. Но посмотрите на нашу группу атаки: Фарфан, Ари, Эдер, Миранчуки, Фернандеш. Они ведь не могли системно утратить все сразу. Сколько моментов было у нас против «Ахмата»? Правильно, много. Значит, все шло по плану. Разве что реализация подводила, а это поправимо, если есть, кому реализовывать. При наличии моментов голы обязательно придут.
– Согласны, что Миранчуки немножко «наелись» к финишу, сохранив технику, но подрастеряв голевую остроту?
– Согласен. Но это первый их совместный сезон, в котором они провели почти все матчи от и до. Апрель и май для команд, игравших в еврокубках, вообще сложные месяцы. Те четыре игры в Лиге Европы, которые мы провели в этом году, наложили отпечаток. Тут и ранний старт, и чисто физические моменты, с играми через два дня на третий. Может, следовало чуть усилить ротацию, но мы играли основной обоймой и слегка подсели, этого не отнять. По статистике все видно: несколько меньший объем работы стали давать, снизился процент выигранных единоборств. Что в таком случае выходит на первый план? Психология, воля. Вспомните финал Кубка России. Перед ним мы тоже были не в лучшем состоянии, но сумели собраться. Так же и с «Зенитом». Никакая не тренированность, а именно психология решила все. Команда целый год напряженно работала, естественно, возник небольшой спад. Но футбол мы показали в субботу очень хороший.
– Вас часто спрашивали о нужности для сборной Денисова и Миранчуков. Скажите, а Игнатьев, по-вашему, достоин национальной команды?
– Конечно. Дело не только в потрясающем голевом пасе Эдеру. Игнатьев может играть на обоих флангах при двух схемах – в четыре или пять защитников. Способен исполнять обязанности крайнего хавбека слева и справа. Он этим и хорош, универсал. В процессе матча всегда могу использовать его в нескольких амплуа. И КПД Игнатьев дает стабильно высокий. Очень конкретный футболист: когда подключается к атакам, у него в голове уже есть готовое продолжение. Потому что бывший нападающий, видит все на два-три хода вперед в атакующих действиях.
– Продление с вами контракта за два тура до окончания чемпионата – знак чего? Все-таки притязания «Локомотива» на золото были очевидны давно. С другой стороны, если бы клуб подождал один-два тура, это ничего не изменило бы.
– Не рассматриваю ситуацию в этом плане. Просто очень благодарен главе РЖД Олегу Белозерову и совету директоров, это в большой степени их инициатива. Мне предложили, я подумал, высказал главе компании свое видение. Ведь что такое «Локомотив»? Одно из подразделений громадной процветающей корпорации, которое не должно от нее отставать в имидже и развитии. Всегда так было, и это для нас очень хорошо. А руководителям, оказавшим доверие, искренне благодарен.
– Какие-то требования выдвигали при продлении контракта?
– Как уже сказал, поделился видением. Все, о чем говорили, лежит в спортивной плоскости, не в финансовой. Но это наши внутренние моменты.
– Можно сказать, что завоеванное золото позволит зарыть в землю, простите за штамп, топор войны между вами, президентом клуба Ильей Геркусом и спортивным директором Эриком Штоффельсхаусом?
– Никакого топора нет – есть рабочие разногласия, не всегда совпадающие взгляды на развитие клуба, команды. Я имею свое мнение на этот счет, и к нему, считаю, должны прислушиваться. Все-таки прошел все уровни и фазы клубной жизни. Видел период, когда «Локомотив» из топ-команды превратился в ни на что не претендующего середняка. А сейчас мы вернулись в группу участников, претендующих на самые высокие места. И в это поверили люди, болельщики, пришедшие на нас в последних матчах и дома, и на выезде. Вот что самое главное. Остальное – чисто футбольные, рабочие моменты, которые можно назвать и разногласиями.
– Считается, что споры и противоречия помогают двигать дело вперед.
– Согласен, это нормально. Одно только скажу. Работал со многими президентами клубов: Валерием Филатовым, Игорем Суркисом и другими. Никаких футбольных разногласий у нас не возникало. Но вообще такое бывает: разное понимание, разное видение. Надеюсь, в итоге мы поймем друг друга. Единственное, чего не люблю – когда вмешиваются в мою работу.
– Были попытки?
– Того, что сказал, вполне достаточно.
– Ольга Смородская в интервью «СЭ» предположила, что в чемпионстве «Локомотива» есть и ее вклад. Согласны?
– Никакого ее вклада нет, так и напишите. Очень тяжело все восстанавливалось.
– Из всех ваших титулов, которых было много…
– …из двенадцати российских одиннадцать «Локомотив» взял при мне.
– Внушает. Так вот из всех титулов, включая зарубежные, насколько высок в вашем рейтинге нынешний?
– Сложно сравнивать. Мы начали этот путь со дна турнирной таблицы. В команде произошли громадные изменения. Очень благодарен игрокам, не только тем, кто много играл, но и тем, кто реже выходил на поле, оставаясь при этом профессионалами, на совесть тренируясь, поддерживая важную для побед атмосферу. Вот им – самое большое спасибо. А сравнивать – дело неблагодарное. Психологически легких чемпионств не бывает. Вспоминаю, как выиграл золото в киевском «Динамо», когда мы создали 15-очковый отрыв от «Шахтера», победившего в тот год в Лиге Европы. Разве забудешь плакаты болельщиков не маленьком старом динамовском стадионе, на которых было написано: «Не уходи!»? Там, в Киеве, у меня были такие же слезы, как и в эту субботу в Москве.