Мальчик преткновения. Почему мать ребёнка-инвалида отказалась от помощи?

В Краснодарском крае разгорается громкий скандал вокруг матери ребёнка-инвалида, которая отказалась везти его на обследование в Москву. В прошлом году 9-летнего Даню сбила машина и мальчик оказался парализован. Волонтёры собрали почти 300 тысяч рублей на реанимобиль, который должен был доставить ребёнка в одну из столичных клиник, но в последний момент операция сорвалась.Мать Дани Ирина неожиданно отказалась везти сына в Москву, посчитав, что краснодарские врачи ничем не хуже столичных, и обвинив благотворителей в желании нажиться на горе её семьи. Сами волонтёры уверены: Ирина изменила своё решение под давлением местной администрации.

"Почему я должна его жалеть?"

— Очень жалко ребёнка, никогда не думала, что с Данечкой случится такая трагедия. Старались, старались, чтобы учился хорошо. Запоминал всё налету. В школу пошёл подготовленный, — едва сдерживая слёзы, рассказывает о внуке 60-летняя Татьяна Горлова.

В кубанском посёлке Приреченский, где живут Горловы, пожалуй, нет ни одного человека, который не знал бы трагическую историю этой семьи. Всё произошло 26 сентября 2017-го, когда 9-летний Даня вместе с мамой возвращались домой. Мальчик выбежал на дорогу, и в этот момент на огромной скорости его сбила полуторатонная "Волга", за рулём которой сидел настоятель храма Всемилостивого Спаса отец Максим. В тот день священник возвращался из Краснодара в Нефтегорск, где его ждали жена и шестеро детей.

С тяжелейшими травмами мальчика доставили в детскую краевую клиническую больницу. Мало кто верил, что он выживет, но кубанским врачам удалось вытащить Даню с того света. Ребёнок пережил семь сложнейших операций, выжил, но остался прикованным к постели.

C момента аварии ребёнок сменил несколько больниц, пока в январе 2018-го врачи не признали его паллиативным пациентом и не перевели в детский хоспис ГКБ № 3, а спустя ещё четыре, в апреле, мать Дани Ирина забрала его домой.

На самого священника завели уголовное дело, но вскоре его замяли. Горловы пожалели многодетного отца и заключили с ним мировое соглашение, а взамен тот стал крёстным отцом мальчика и ежемесячно выплачивает семье по 10 тысяч рублей.

Девятилетний Даня, прикованный к постели, единственный мужчина в семье. Отец мальчика ушёл, когда Ирина была ещё беременной, и с тех пор больше не появлялся. Помимо матери у мальчика есть бабушка и прабабушка.

Все они живут в кирпичном доме на одной из улиц Приреченского. Снаружи он кажется вполне обычным, но внутри — ужас: штукатурка слезает слоёным пирогом, обои вспучились, а места мало. Даня с мамой ютятся в одной комнате, соседнюю, более чистую и просторную, заняла бабушка Татьяна, а вот 90-летней прабабушке места не хватило. Её поселили в бане возле дома.

Татьяна открыто заявляет, что в сентябре выгонит свою дочь с ребёнком-инвалидом на улицу, а на их место поселит 90-летнюю прабабушуку, чтобы та не ютилась в бане.

— Его, Даню, никому не жалко, почему я должна его жалеть? — задаётся вопросом Татьяна, впрочем, добавляя, что если Ирину после этого лишат родительских прав, то она возьмёт опеку над её сыном и тогда, вероятно, ему дадут квартиру.

Со всеобщей разрухой в доме контрастируют новенький холодильник, стиральная машина и кондиционер. Всё это привезли Горловым волонтёры, которые активно помогали семье. Но с недавних пор между благотворителями и семьёй Дани пробежала чёрная кошка. Ирина и Татьяна Горловы называют волонтёров аферистами и считают, что ими должна заняться прокуратура. Камнем преткновения в их отношениях стала транспортировка Дани в одну из столичных клиник.

Солнце в ладошках

С директором фонда "Солнце в ладошках" Еленой Ивановской Ирина Горлова познакомилась в хосписе, где лежал Даня. Ивановская предложила семье помощь, и та согласились. Помимо бытовой техники волонтёры фонда стали привозить в дом Горловых матрасы, питание и одежду. Помощь существенная, если учитывать, что вся семья жила на маленькую пенсию Татьяны и те 10 тысяч, которые давал отец Максим.

Потом фонд по согласию матери начал собирать деньги на транспортировку Дани в столичный НИИ неотложной детской хирургии и травматологии. На эти цели волонтёры собрали 240 тысяч рублей. Деньги на отправку Горловых в столицу собирал и виновник ДТП — отец Максим.Везти ребёнка должен был комфортный реанимобиль в сопровождении медиков, а когда 8 июля машина оказалась у крыльца дома Горловых, Ирина неожиданно для всех передумала везти сына в столицу. А ещё через три дня, 11 июля, когда фонд поднял шум, в доме Горловых высадился десант из местных чиновников, который убедил Ирину в необходимости внепланово госпитализировать Даню в местную больницу, хотя плановое обследование было назначено лишь на 6 августа.

Волонтёры, всё это время помогавшие Даниилу, убеждены, что Ирина не хочет лечить своего ребёнка и лишь пытается улучшить за его счёт своё материальное состояние.

— Фонд быстро собрал 240 тысяч рублей, чтобы отвезти ребёнка в Москву, мать при этом не была против, а в самый последний момент начала кричать, что никуда Даню не повезёт. Я считаю, что эта семья не собирается своего ребёнка лечить, а лишь хочет нажиться на горе, — считает волонтёр Ирина.

По её мнению, которое поддерживают и другие волонтёры, мать Дани поменяла решение под давлением местной администрации.

Впрочем, бабушка Дани утверждает: именно она настояла, чтобы мальчика не везли в Москву. Она так и сказала дочке: уедешь в Москву — можешь не возвращаться. Татьяна считает, что ребёнка там убьют или отдадут на органы.

— Я не верю волонтёрам. У них есть медобразование? Они не знают, можно ли Дане 15 часов в машине или лучше на самолёте. Я сказала Ирине, если ты поедешь, то больше сюда не приезжай! — рассказывает Татьяна.

Сама Ирина и не отрицает, что хотела бы переехать с Даней в просторную квартиру в Туапсе и продолжить реабилитацию там, но утверждает, что фонд обманывал её с самого начала. Обещали любую помощь, а в итоге под её подписью собирали 240 тысяч на транспортировку мальчика в Москву, о чём она не просила.

— Я и сейчас говорю, что ему (Дане. — Прим. ред.) нужно улучшить жилищные условия. Памперсы, конечно, тоже неплохо, но лучше помочь улучшением жилищных условий. Где-то, где почище. Архипку, Туапсе, хорошие города. Настоящую квартиру со всеми удобствами. А фонд обманул. Мы открыли счёт, но фонд не перечислил туда ни тысячи. Без моего согласия заказали реанимобиль, о котором я не просила. А кто определил, что в Москве лучше? Да и в Москву с пустым кошельком ехать нельзя.

Сейчас Ирина враждебно настроена к фонду, она ни при каких обстоятельствах не отправит Даниила в московский центр реабилитации. Её полностью устраивает краевая клиническая больница в Краснодаре. Там Даниилу уже назначили массаж, иглоукалывание, поставили капельницу.

Нет потенциала

Краснодарские врачи подтверждают, что Ирина действительно собиралась отправить Даню в Москву, но, по их словам, никто от этого решения её не отговаривал.

— Сначала мама говорила, что хочет лечиться только в Москве, мы пошли навстречу, организовали все анализы, а потом, когда приехала машина, мама поменяла решение. Нам она объяснила, что не поехала, потому что ей не дали наличных денег, — говорит заведующая детской поликлиникой Людмила Соловьева.

Кроме того, по её словам, Ирина показала волонтёрам не все документы, а именно — акт от 18 января, в котором говорится об отсутствии у ребёнка реабилитационного потенциала.

В свою очередь глава местной администрации Анатолий Тищенко утверждает, что местные власти делают всё возможное, чтобы помочь семье Дани.

— Я считаю, что у нас достаточно квалифицированные врачи. У нас медицина неплохая. Я бы в такой ситуации тоже бы не отправил (ребёнка) в Москву, — говорит Тищенко.

В администрации города Горячий Ключ, к которому относится посёлок, видимо, тоже не видят необходимости везти ребёнка к Москву.

— Сейчас ребёнок находится в детской краевой больнице по рекомендациям врача и пожеланию мамы, потому что она доверяет только кубанским врачам. У мамы есть на руках документы, что у ребёнка нет реабилитационного потенциала, и мама понимает, что 15 часов в реанимобиле — это очень сложно, — утверждает руководитель отдела по вопросам семьи и детства администрации города Юлия Барышева.

При этом, по словам чиновницы, у Горловых нет острой необходимости в улучшении жилищных условий.

— Остро вопрос о смене жилья пока не стоит. Я считаю, что эти условия адекватны. Не для вас и меня, например, а для мамы и Даниила. Понятие чистоты — относительное. О нарушении санитарных норм речи не идёт, — добавляет Барышева.

Волонтёры уверены, что чиновники просто отодвинули их, чтобы избежать критики, и отказываются помогать семье, пока Ирину не лишат родительских прав.