ГОДЫ И ЛЮДИ: ФОРВАРДЫ ЦДКА
В шести довоенных чемпионатах победителями по три раза становились динамовцы и спартаковцы Москвы. Команда ЦДКА выступала гораздо хуже, особенно в первых турнирах. Весной 1936-го она заняла четвертое место, осенью того же года оказалась на последнем, восьмом, а в 1937-м тоже заняла последнее, девятое место. Однако затем последовал прогресс: в 1938-м – второе место, в 1939-м – третье, в 1940-м – четвертое. Самыми же славными годами в истории клуба стали послевоенные. Игроки в красных футболках с пятиконечной звездой на груди в 1945 –1951 годах редко покидали поле побеждёнными. Пять раз за эти годы они становились чемпионами, и история армейского клуба тогда читалась как одна из основных глав советского футбола.
О какой бы из великих команд ни заходила речь, всегда и прежде всего оценивается вклад в её достижения, внесённый игроками атаки. Нисколько не принижая роль футболистов других амплуа, мы всё же знаем, что победы приносят голы, а забивают их чаще всего форварды. Писать же о них всегда легче, когда можешь опереться и на личные впечатления, пусть детско-юношеские, но оттого, возможно, не менее, а даже более яркие. Мне к тому же посчастливилось в своё время редактировать статью Бориса Андреевича Аркадьева «Приоритет атаки» и во время общения с этим замечательным человеком многое узнать о его подопечных.
Аркадьев ещё в 1940-м, возглавляя «Динамо», совершил тактическое открытие, получившее название «организованный беспорядок», когда пятёрку нападающих научил постоянно меняться местами при развитии наступления. Естественно, придя в ЦДКА, он стал кропотливо подбирать пятёрку нападения, которая отвечала бы его идее-мечте.
Ещё с 1938-го в армейском клубе на левом краю нападения играл пришедший из «Металлурга» (эту команду тогда возглавлял как раз Аркадьев) Григорий Федотов, а в 1939-м на правом фланге атаки появился Алексей Гринин, перешедший из московского «Динамо». В 1940-м к ним присоединился Валентин Николаев, до того игравший в «Локомотиве», в 1944-м, уже при Аркадьеве, пришёл из «Спартака» Владимир Дёмин, а в 1945-м из команды Авиаучилища – Всеволод Бобров. Понятно, что, кроме перечисленных, были в команде и другие нападающие, но именно в этих пятерых тренер не только поверил, но и создал (вместе с ними, конечно) неповторимый квинтет.
Это сейчас мы знаем их всех как выдающихся игроков, заслуженных мастеров спорта, но в армейский клуб только, пожалуй, Федотов пришёл уже достаточно известным бомбардиром, выступавшим, правда, на левом фланге. Центрфорвардом он стал при Аркадьеве. Причём в качестве тактической новинки тренер часто использовал игру со сдвоенным центром нападения (Федотов – Бобров), и тогда правый инсайд Николаев присоединялся к двоим полузащитникам, а схема становилась очень похожей на те, что появились лишь в конце 50-х – начале 60-х годов. Любопытно, что тактические ходы Аркадьева вызвали к жизни ответные, применявшиеся Михаилом Якушиным в «Динамо» (впрочем, трудно сказать, кто из двоих великих тренеров был тут первооткрывателем), но об этом уже рассказано в статье «Форварды «Динамо».
В своём классическом виде (Гринин, Николаев, Федотов, Бобров, Дёмин) армейская пятёрка нападения выступала в течение пяти сезонов – с 1945-го по 1949-й. И за это время ЦДКА три раза становился чемпионом СССР, причём подряд трижды (1946–1948), что тогда произошло впервые в истории наших клубных чемпионатов. Однако и в ходе этой пятилетки кто-то из пятёрки периодически выбывал из-за травм – обычное в футболе дело, но, увы, травмировались чаще остальных Федотов и Бобров (то один, то другой, такого, чтобы оба были травмированы одновременно, кажется, не было), из-за чего приходилось менять тактические схемы. Но – удивительное дело – практически никогда не чувствовалось, что на место великого мастера выходит игрок запаса. Не чувствовалось потому, что так слаженно, мощно, решительно действовала вся пятёрка нападения, что практически любая замена проходила едва ли не безболезненно. Хотя сейчас представить себе не могу, как можно было не заметить отсутствия Федотова или Боброва, но ведь в этом уверял меня Борис Андреевич, считавший (я всё же не сдерживал улыбки), что их отсутствие замечал только он.
И вот в 1950-м легендарная пятёрка нападения прекратила своё существование. Закончил выступать Федотов, перешёл в ВВС Бобров. Но каркас, если можно так выразиться, остался: Гринин, Николаев и Дёмин выступали практически без замен. А в линию нападения вернулся из полузащиты Вячеслав Соловьёв, появилась сразу группа молодёжи (Коверзнев, Чайчук, Зайцевский), которая воспитывалась на примере и рядом с «классиками». Это не для красоты сказано: если легендарная пятёрка оказала влияние на многие другие наши команды, что же странного – она воспитала и собственную молодежь.
К несчастью, Григорий Иванович Федотов прожил недолго (1916 – 1957), как и Владимир Тимофеевич Дёмин (1921 – 1966). Не стал долгожителем и Всеволод Михайлович Бобров (1922 – 1979), однако успел оставить ещё и яркий след как тренер в футболе и особенно в хоккее с шайбой, где, кстати, был и олимпийским чемпионом, и чемпионом мира. Он остался в истории как единственный наш игрок, который был капитаном олимпийских сборных страны по футболу и хоккею с шайбой (к слову, он виртуозно играл и в хоккей с мячом).
Алексей Григорьевич Гринин (1919 – 1988) в качестве старшего тренера возглавлял армейские команды мастеров, грозненский «Терек», алма-атинский «Кайрат», а главное в его тренерской карьере – в течение 22 лет(!) с небольшими перерывами он трудился в детско-юношеской школе ЦСКА. Но, безусловно, главным наследником, или последователем, или преемником тренерской школы Аркадьева стал Валентин Александрович Николаев (1921 – 2009).
Аркадьев несколько раз говорил мне о том, что свои тактические задумки, неожиданные ходы он проводил в жизнь через Николаева, предварительно обсуждая их с ним. И вот как распорядилась судьба: именно Валентин Александрович привёл ЦСКА к победе в чемпионате СССР в 1970-м, спустя 19(!) лет после такого же последнего успеха Аркадьева.
Мне довелось множество раз брать интервью у Николаева, беседовать с ним перед микрофоном на радио и телевидении, да и в приватной обстановке. Но расскажу в заключение об одном, как мне долгое время казалось, смешном случае, получившем продолжение спустя три с лишним десятка лет. Начало было положено в Ташкенте, когда в борьбе армейцев с динамовцами разыгрывалось звание чемпиона СССР. В повторном матче после нулевой ничьей динамовцы вели к перерыву 3:1. В овальный дворик стадиона «Пахтакор», напоминавший патио, выходили окна раздевалок. Проходя мимо раздевалки ЦСКА и вовсе не собираясь прислушиваться, невольно всё же услышал, как шумит на футболистов Валентин Александрович, используя к тому же крепкие словечки.
В этом же дворике после матча, в котором армейцы вырвали победу (4:3), Николай Озеров пригласил к микрофону перед телекамерой тренера чемпионов и задал вопрос: «Что вы сказали команде в перерыве?». Николаев напрягся и после секундной паузы сказал: «Ну, прежде всего я напомнил о славных традициях клуба…».
И вот, когда в 2001-м вышла книга о Валентине Николаеве под моей редакцией, мы с Олегом Винокуровым пригласили его в нашу телепрограмму «Футбольная кухня» на канале «7ТВ». Провожая его к машине по окончании программы, я не удержался и напомнил ему о тех ташкентских моментах. Он рассмеялся и сказал: «А ведь знаешь, почему я не сразу ответил Озерову? После сумасшедшего второго тайма я вообще не помнил, о чём говорил в перерыве. А Озерову сказал о том, о чём говорил до матча. Ругался? Да если бы ты мне сейчас не сказал… Если б кто другой сказал, я бы вообще не поверил».
А тогда в телепередаче он столько интересного вспомнил о «команде лейтенантов», что ещё не раз и не два долг велит мне об этом писать…