Стратегия СЗФО нуждается в перезагрузке
Стратегия развития Северо-Запада до 2020 года забуксовала на третьем году реализации – объемы промпроизводства падают, а из 45 приоритетных инвестпроектов реализовано только шесть. В регионах надеются на корректировки документа, которые может привнести Федеральный закон о стратегическом планировании.
Долгосрочная стратегия социально-экономического развития СЗФО до 2020 года была утверждена распоряжением Правительства РФ 18 ноября 2011 года. В 2012 году был утвержден план реализации стратегии. Куратором исполнения программы выступал Минрегион РФ.
Как говорят эксперты, тех ярких экономических достижений, которые постулировались при создании стратегии, пока не видно. «Уже три года мы реализуем стратегию развития округа, но по всем основным показателям, к сожалению, не удалось выйти на те объемы и планы, которые мы для себя ставили – эти три года, как и первое полугодие 2014 года, демонстрируют не очень благоприятную экономическую ситуацию в округе, – признается помощник полномочного представителя Президента РФ в СЗФО Сергей Зимин. – И сейчас мы должны пересмотреть наши стратегические цели, наши задачи на ближайшую и долгосрочную перспективу».
В частности, промышленное производство на Северо-Западе в 2014 году снизилось на 1,3%, при том что по России зафиксирован 1,5% рост. В сельском хозяйстве объемы производства также снижаются – рост есть только в производстве мясной продукции. Снизилось производство молока, яиц. Несмотря на рекордный рост заработной платы по бюджетному сектору – в 2013 году рост составил 10% к 2012 году, растет и просроченная задолженность по заработной плате. Сложная ситуация складывается на рынке труда. Экономика округа испытывает серьезный недостаток рабочих кадров, и эту проблему бизнес решает самостоятельно – за счет привлечения мигрантов, чем провоцирует социальную напряженность.
Холостой перечень
Неэффективность действующей стратегии становится очевидной на примере реализации региональных инвестиционных проектов, получивших статус приоритетных в феврале 2012 года. Этот перечень должен был стать основным инструментом реализации стратегии. По словам заместителя председателя экспертного совета АНО «Стратегическое партнерство по экономическому и социальному развитию СЗФО» Александра Викторова (в 2011 году занимал пост замглавы Минрегиона и курировал разработку стратегий федеральных округов – прим. ред.), это был первый опыт для министерства по составлению таких перечней, и у ведомства не было четких критериев отбора проектов. Всего по России приоритетными были признаны 190 инвестпроектов на сумму в 6 трлн рублей, от Северо-Запада было заявлено 45.
Однако на сегодняшний день реализовано только шесть проектов из этого списка. Еще 11 проектов находятся в разной стадии реализации. По остальным никакого движения нет. «Регионы жалуются на то, что собственными силами эти проекты довести до конца невозможно. То есть когда формировали эти списки, регионы не рассчитали свои силы и возможности, – говорит эксперт. – Если проекты включены в перечень приоритетных, они должны иметь защиту и гарантии со стороны федерального центра. Понятно, что с деньгами туго, значит, надо включать иные механизмы». По словам господина Викторова, перечень инвестпроектов СЗФО требует актуализации и системной проверки. Какие-то проекты следует добавить, какие-то исключить из списка. Например, от приоритетного проекта по производству льняных изделий в Вологодской области сначала отказался региональный Минсельхоз, а Минпромторг и вовсе инициировал банкротство предприятия.
Вопрос терминологии
Новую жизнь стратегии может дать принятый в июне 2014 года 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации», подразделом которого является вопрос о стратегическом развитии макрорегионов. Впрочем, здесь появляется терминологическая коллизия. Если Сергей Зимин склонен полагать, что понятия «макрорегион» и «федеральный округ» равнозначны, то, по мнению заместителя директора Департамента стратегического развития и госполитики в сфере территориального планирования Минэкономразвития Елены Рожковой, разница все же есть. По словам чиновницы, округ – это не единица административно-территориального деления, а административно-управленческая структура. «Но федеральный округ является частным случаем макрорегиона», – уверила госпожа Рожкова. В целом, по ее словам, утвержденная три года назад стратегия оказалась не системной и не была вписана в полной мере в рамки госуправления. Не было понятно, кто является субъектом, «держателем» стратегии, а план ее реализации был сугубо «прогнозный» и мало опирался на реальные цели и задачи.
А главной проблемой действующей стратегии является необеспеченность этих планов федеральным финансированием. Теперь же под стратегические планы макрорегионов могут быть подписаны соответствующие госпрограммы, по которым, в свою очередь, предусмотрены федеральные транши. Пока что госпрограммы получили только три макрорегиона – Дальний Восток, Арктика и Северный Кавказ. Получит ли деньги Северо-Запад – пока неясно, но для формирования новой стратегии СЗФО и ее госпрограммы понадобится не меньше 2-3 лет, рассказала чиновница.
Регионы требуют координации
От любой федеральной инициативы субъекты Федерации ждут прежде всего денег, признаются в регионах. Однако грамотная стратегия поможет решить и проблемы межрегиональной кооперации, и распределения инвестиционного потенциала. Министр экономического развития Карелии Валентин Чмиль считает, что нужно смириться с тем, что Петербург стал «черной точкой», которая поглощает человеческие и производственные ресурсы других регионов Северо-Запада, и перестать вкладывать деньги в пустующие территории отдаленных областей, где проживает зачастую 50-100 человек. Эти поселки нужно расселять. По словам заместителя губернатора Вологодской области Алексея Кожевникова, нужно прекратить нездоровую конкуренцию регионов и их борьбу за инвестпроекты. «В попытке опередить всех и привлечь инвестиции регионы понастроили индустриальных и технопарков, которые стоят полупустые. Если в инвестполитике не будет системы, мы просто съедим сами себя», – заключил заместитель губернатора.